Читаем без скачивания Голос рода - Галина Гончарова

Итак, есть две недели на поправку здоровья и разработку идеального плана бегства. Действительно идеального, потому что второй возможности уже не будет.

Нужно знать, куда бежать, что брать с собой… хотя последнее проще всего. Только немного денег и одежду.

Герцогские реликвии в безопасности здесь, какие-то книги заведомо бесполезны…

Вопрос: чем будем на жизнь зарабатывать?

Что-то подсказывало девушке, что ни биология, ни юриспруденция тут не в цене, а в мире натурального хозяйства ее навыки по засовыванию полуфабрикатов в микроволновку не пройдут за отсутствием таковой.

Увы…

Готовить Алаис и в бытность свою Таней не умела, да и не для кого было. Семьи-то нет, а одинокая женщина – это существо, которое питается в основном кофе, сигаретами и надеждами на лучшее. Не слишком полезно для цвета лица, зато фигура идеальная. Так что жирный минус.

Стирка?

Что-то подсказывало Алаис, что пневмония будет у нее частой гостьей.

Уборка?

Да, пожалуй. Вот оттирать грязь она может, но не хочется! Откровенно не хочется. А что еще? Еще-то она что может?

Разве что вязать. Это – да, сколько угодно, научилась после того, как поймала себя на обгрызании ногтя. Ждешь любимого вечерами, ждешь, а он все не идет и не идет. Вот и начинаешь нервничать, грызть ногти, а маникюр-то жалко! Пришлось взяться за спицы.

Только вот ничего нового она в этот мир не принесет, кроме кружевных салфеточек. Да и ценятся ли они тут?

Опять же вязание – дело долгое, им на ходу не зай-мешься. Надо место, где сесть, спицы, пряжу купить, да и будут ли ее изделия пользоваться спросом? Ох, не факт. И вообще, вязание – не открытие. Говорят, оно еще у египтян было, так что в местном Средневековье точно есть.

Надо сесть, подумать, что она может еще предложить.

Мода? Фасоны?

Вполне реально. Какая-нибудь модистка или ателье, лавки, как они здесь называются, могут принять ее на работу. Только вот беда, платят там копейки. Выжить хватит, а удрать – уже нет. Да и не привыкла Алаис жить на одну зарплату. Даже в бытность ее Таней любовник помогал и поддерживал. А уж герцогесса…

Алаис точно знала, что быстро себя выдаст.

Книг мало для нормальной жизни в окружающем мире. Требовалось первое – удрать куда подальше. Второе – найти быстрый, относительно легкий и легальный способ заработка (да, и киллерство тоже не предлагать, сил не хватит). Третье – изменить внешность. Четвертое – придумать легенду, которая объяснит все странности в ее поведении. И пока она не продумает второй, третий и четвертый пункты, о первом можно и не думать. Все равно бессмысленно. Бежать, чтобы тебя поймали?

Мы не в дамском романе. Тут, если поймают, шлепком по попе или головокружительным сексом не ограничатся. Таламир таких шуток не поймет, и писец придет и Алаис, и всем ее планам.

Эх, и почему она не Алита?

Та хоть красавицей была…

Моральных тормозов у Алаис особо не было. После работы в администрации? Тормоза? Моральные?! Ну-ну… Она точно знала, что иногда приходится расплачиваться и своим телом в том числе, готова была пойти на это, но… В случае честной и выгодной для нее сделки. И никак иначе.

Некрасиво звучит?

А выглядит еще хуже. Только вот жить хочется.

Алаис лежала на кровати, слушала сорочью трескотню четырех шлюх и думала, что это ей за ту жизнь. Тогда она все делала только для себя. Жила, как ей нравится, гуляла, с кем хотела и как хотела, даже детей не родила…

Вот и получи.

Здесь никто и ничего для тебя делать не станет, а детей рожать придется. Точно. Таламир – мужчина конкретный… Ладно! И на девятом месяце сбежим, если понадобится, но не хотелось бы так рисковать собой, лучше раньше.

Но как жить, где жить и на что?

Голова шла кругом.

Глава 4

Эттан пребывал в состоянии бешенства. То есть был опасен и для своих, и для чужих. Луис уже получил под дых и теперь старался не сблевануть, Вальера с дочерью спрятались, а братьям Луис сам наказал не появляться дома еще пару дней.

Причина бешенства Преотца сейчас лежала на столе, накрытая роскошной шелковой скатертью, и слегка пованивала. Сутки в лесу, жаркая погода, закрытый дом – нетленностью тьерина Мелания не отличалась.

– Как это могло случиться?!

– Судя по ране – несчастный случай. – Луис пытался дышать медленно и ровно, но получалось плохо.

– Что с караульными?

– Сбежали.

– Найти и наказать.

– Да, отец.

– Сделать с ними то же самое, – кивок в сторону трупа не оставлял сомнений, – и тела в муравейник зарыть, чтобы и следа на земле не осталось. Недоумки!

– Вы же все равно хотели убирать Эльнора?

В Луиса полетел бокал с вином. Мужчина привычно уклонился, и алое пятно расплылось на золотистом шелке обивки комнаты.

– Болван! За полгода он такого наворотит… придется убирать его сейчас!

– Как прикажете, отец.

– А я хотел выдать его дочку за Эрико. Приданое нам было бы кстати…

Луис мысленно содрогнулся. Интересно, а за него еще никого выдать не хотели?

Словно подслушав его мысли, Эттан тряхнул головой.

– Тебя, кстати, тоже надо сговаривать. Пора бы уже, да и для Лу жениха приглядывать.

– Так что с предстоящим Эльнором? – невинно уточнил Луис, понимая, что гроза прошла мимо.

– Позови ко мне Эрико. Пусть подстережет его на обратной дороге, ну и… – выразительный жест Эттана Луис оценил. Но – Эрико?

– Может, лучше я?

– Ты мне нужен в Тавальене.

– Да, отец.

Эттан прошелся по комнате, шелестя полами голубой мантии.

– Чтобы Эрико срочно был здесь. Прикажи разыскать его и возвращайся. Нам надо посоветоваться. Есть такой предстоящий Тинур…

По поводу предстоящей акции Луис ничего не испытывал.

Вот тьерину Меланию ему было жалко – угодила соплюшка в жернова, не зная ничего ни о жизни, ни о… да о чем могут знать монастырские воспитанницы? Есть, конечно, обители, где нравы более чем вольные, но Луис подозревал, что это не тот случай.

Был.

А предстоящий Тинур…

Вы всерьез думаете, что можно подняться до высокого поста в Храме Ардена и остаться порядочным человеком? Серьезно?

Никого не предать, не подставить, не солгать, не ударить в спину, не… не… не… Луис-то отлично знал, как приходилось изворачиваться его отцу. Там бы штопор прямым показался!

Так что…

Предстоящим больше, предстоящим меньше.

А где искать этого конкретного предстоящего, Луис отлично знал. В борделе тетушки Клио.

А кто из нас без ма-аленьких слабостей?

Вот сегодняшней слабости уважаемого предстоящего было не больше тринадцати лет. Луис только зубами скрипнул.

Клио посмотрела на Луиса, погладила его по плечу.

– Ты обо мне плохого не думай, это крошка Мари.

При взгляде на детское тело, почти полностью скрытое под мощной тушей, о хорошем Луису почему-то не думалось. В борделе у Клио большинство комнаток были именно такими, с зеркалами. Где в стене, где на потолке.

А то, что через них можно было наблюдать за происходящим… Это знали только избранные. Вот предстоящий Тинур к таковым не относился, а Луис ходил в доверенных лицах у Клио.

– И что?

Луис смотрел и думал, что Лу не намного старше. А если бы ее… вот так… да с плетью…

Убил бы!

Кровожадные размышления оборвал сильный толчок в плечо.

– Да что ты обо мне думаешь, бестолочь! – возмутилась хозяйка борделя. – Чтобы я ребенка этой твари подсунула?!

– А кого?

Луис и сам не заметил, как выдохнул.

– Сказано ж тебе, крошка Мари. Так вот у девчонки сложилось, девятнадцать лет, а выглядит сопля соплей. Ни сисек, ни задницы… для таких милое дело.

Луис кивнул.

– Ладно. Клио, ты можешь приказать им подать вина?

Женщина замерла. Пристально посмотрела в лицо Луиса.

– Вина Тессани?

Род Тессани пользовался не самой доброй славой. Ученые – да, алхимики, лекари, но слава отравителей перебивала все остальное, как запах уборной забивает тонкий аромат дорогих духов.

Луис молча кивнул.

Клио покачала головой.

– Ты понимаешь…

– Да. Но действие будет дня через четыре. Тебя не заподозрят. Клянусь.

Клио вздохнула. Изобразила на лице глубокое раздумье.

Луис не мешал ей, отлично понимая, что это всего лишь игра. Но надо же дать женщине хотя бы вид возможности выбора?

Наконец Клио решилась и протянула руку.

– Давай сюда склянку.

Луис покачал головой.

– Клио…

Предупреждающего тона оказалось достаточно. Женщина скривила губки.

– Ладно. Сейчас я принесу кувшин с вином…

Стукнула дверь.

Луис остался один. И мысленно провалился в тот день, десять… да, уже десять лет назад. Арден милосердный, как же летит время…

– Мама, она такая…

– Да, милый? Она – это тьерина Велора?

Вальера с улыбкой смотрела на старшего сына, который восторженно размахивал руками, рассказывая, какая она – тьерина. Вот такая, и этакая, и еще нежная, и восторженная, и одухотворенная, и…