Читаем без скачивания Зачем вы, девочки, красивых любите или … оно мне надо? - Юлия Славичевская

— Почему ты голая?!

Юлия изумлённо распахнула глаза:

— Глаза разуй. Я в купальнике. Это одежда для купания.

Одежда?! Звучит как издёвка. Она меня с ума сведёт! Я начал настаивать:

— Где ты одежду увидела?! Прикройся немедленно!!!

Девчонка спокойно выдержала мой рык и принялась сопротивляться:

— И не подумаю! Я ещё не высохла!

Моё терпение окончательно сдохло! Я её сейчас убью! Нет! Сначала поцелую, а потом убью! Я поставил её перед выбором:

— Или ты немедля оденешься, или я тебя прямо здесь изнасилую!

Эльфийка внимательно посмотрела на меня, оценивая ситуацию и начала одеваться. Внутри кольнуло: я ей настолько неприятен? Додумать эту мысль, я не успел. Из-за кустов показался демон. Исключительно этого мне не хватало для полного комплекта неприятностей! Что ему нужно в моих владениях? Зачем он пришёл? Убивать? Выругавшись и отшвырнув жену за спину, я вытащил кинжал. Один на один я с демоном смогу выстоять, но с ней за спиной будет не просто. Боги дайте ей ума спрятаться и не мешаться под ногами!

Я ждал нападения, приготовившись к бою, и вдруг Юлия вылезает вперёд и начинает орать:

— Ты сбрендил?! Ты на кой ляд к моему коню свои загребущие ручонки тянешь?

Я бы, наверное, меньше опешил, если бы меня по голове стукнули. Она издевается? Не понимает? Да она же скорей всего не знает кто это. Объясняя, я снова пытался прикрыть иномирянку:

— Конь? Ты сумасшедшая! Это демон!

Сейчас свихнусь окончательно и бесповоротно. Эта мелкая паразитка разглядывает демона с неподдельным интересом и заявляет:

— Да-а-а? Никогда бы не подумала! Какая порода интересная. Ну и что, что демон!

— Он плотоядный! — потерял я самоконтроль, разъярённый её беспечностью.

Думаете, испугалась? Как бы ни так! Она кинулась спорить:

— Ты тоже не вегетарианец.

Наше препирательство грозило затянуться надолго: каждый мой аргумент она опровергала своим доводом, пока не зашла слишком далеко: она посмела усомниться в моём праве на неё. Меня захлестнуло волной ярости: мало того, что я держу в пределах видимости противника и постоянно жду нападения, так Юлия ещё и перечит мне. Однако, не смотря на бешенство, я чётко понимал, что мне нужен кто-то, кто способен меня остановить, иначе я её убью или покалечу. Мелькнула здравая мысль «каргаал». Значит, к ней в комнату. Очень надеюсь, что пока я открываю телепорт, нападения не будет. Все, спасибо Богам, мы у неё. И тут вместо того что бы молчать или признать свою вину и молить о прощении, девчонка принялась выдёргивать руку и возмущаться:

— Отпусти руку! Больно!

Глаза застилает пелена ярости, Остаётся единственное желание: сломать непокорной эльфийке шею. Но я правильно рассчитал: кто сможет этому помешать. Кошка начинает рычать и готовится к прыжку. Юлия откровенно не понимает, на какой волосок от смерти она находилась. Её наглость переходит всяческие границы: девчонка смеет выпроваживать меня вон.

Я молча изучаю её лицо. Нет, всё-таки нужно поставить её на место:

— Запомни! Здесь Повелитель, Я! В моей воле казнить или миловать. Жизни моих подданных в моих руках, в том числе и твоя. Я буду решать, что и как тебе делать! — я беру её за подбородок и смотрю в глаза, настойчиво вбивая в её пустую голову первое правило, следуя которому ей надлежит жить: — Ты поняла? Ты ничто и никто здесь! Я твой господин!

По мере того как я говорю, она замыкается и её глаза гаснут, теряя яркость, становятся пустыми и отрешёнными от мира. Меня разрывают изнутри противоречивые желания. Мне нужно настоять на своём праве: повелевать, и она обязана мне подчиниться! Но кто-то внутри меня слабо шепчет: «Прошу тебя, не молчи, произнеси что-нибудь, возмутись и… я тебя поцелую».

У девчонки был шанс, но она молчит… и только в глазах пустота. Уже становится понятно, что не уступит, не скажет, тогда скажу я:

— Сегодня вечером бал. Ты должна присутствовать и выглядеть соответственно своему статусу.

Разворачиваюсь и иду к выходу. Её тихий голос вонзается в спину, причиняя неожиданную боль.

— Ты пожалеешь об этом.

Замерев, я боюсь обернуться. Ты права! Я уже пожалел, когда увидел твои померкнувшие глаза. Но я Повелитель и мне нельзя отступаться от своих решений, поэтому я ответил:

— Я так не думаю!

Направляясь к себе и чувствуя груз вины, я опять пытался найти ответы на множество мучающих меня вопросов: Почему меня задело её отношение? Почему мне не безразлично? Почему мне хочется одновременно свернуть ей шею и зацеловать? Почему она не оставляет меня равнодушным? Какая разница — эта женщина или другая? Но ответов по-прежнему не было или я их, к сожалению, не знал.

Мне чрезвычайно не нравилось моё состояние. Я не привык чувствовать себя виноватым — это чувство не подобает Повелителю. Мысли вновь метнулись к Юлии. Мне подумалось, что на балу было бы не плохо как-то смягчить всё, сгладить. В конце концов, женщины любят развлекаться, и она забудет о размолвке. Если бы я знал…

Бал уже начался, когда объявили её прибытие. Юлия вошла в зал в плаще, голова опущена вниз, капюшон скрывает лицо. Почему она в плаще?! Интуиция даже не кричала, вопила, чтобы я хватал её и тащил отсюда! Видно же, что задумала каверзу! Но! Я! Повелитель!

Она остановилась, не доходя до трона несколько метров, и склонилась в поклоне. Я спросил, с трудом сдерживая эмоции:

— Почему Вы так странно выглядите, Ваше Величество?

Эльфийка гордо выпрямилась и теперь смотрела на меня с решимостью и упрямством. Что она замыслила? Не уступит же, не смирится! Боги, ну отчего она настолько настырная?

— Я бы хотела сделать Вам подарок.

Мои мысли метались, стараясь найти выход. Что же мне делать? Отказать? Позволить? Я решил «прощупать почву»:

— Почему Вы решили преподнести мне такой сюрприз?

И чего я этим добился? Лишь кривой усмешки, быстро скользнувшей по губам и падающих льдинками слов:

— Вы настолько доходчиво объяснили мне моё положение и мой статус здесь, что я решила проникнуться и отблагодарить Вас. Вы позволите?

Что ж, пусть будет, что будет! Я дал разрешение и получил в благодарность:

— Благодарю Вас… мой Господин.

На слове «Господин» девчонка скинула плащ, зазвучала музыка и она начала свой танец. Я окаменел. О, Боги что это? Что опять на ней одето? Она снова одета и раздета одновременно! Когда же это кончится? Мне следовало прекратить танец, остановить эльфийку и примерно наказать, но я не мог. Впервые за много лет, я не мог заставить себя покарать непокорную, а лишь сидел и смотрел. Мозг отстранено фиксировал: сверканье золотых браслетов на руках и ногах; будоражащее воображение лёгкое позвякивание монеток на набедренном платке; мягкая, плавная грация дикой кошки; лёгкая, струящаяся ткань юбки, обволакивающая стройные ножки; обнажённый живот притягивающий взгляд; грудь, прикрытая расшитым лифом, манящая к себе; гибкое тело, сулящее неземное блаженство. Её танец манил и отталкивал, обещал и обманывал, обнажал и скрывал. Что ты делаешь со мной? Как мне выдержать это? Ты принадлежишь мне и не моя!

Музыка, что только не было в ней: топот коней и свист ветра; шелест листвы и звон оружия. Танец вплетался в мелодию, рассказывая без слов. Я слышал песню души: «Стучите, мои мониста стучите! Развейте мою грусть! Звените, мои браслеты звените! Прогоните мою тоску! Струись, шёлк струись! Скрой мою боль!»

Всё закончилось внезапно. Резко оборвалась музыка, наступила тишина и танцовщица застыла в финальном поклоне:

— Вы довольны, мой Господин?

У меня не было слов, я молчал, и она выпрямилась, встретившись со мной глазами. Борьба взглядов. Листва против неба. Спокойствие против ярости. Зачем ты со мной так? Что я сделал тебе? Меня затопило всепоглощающее желание: вытащить её из зала, остаться один на один, прижать к себе, слиться с ней в единое целое. Время! Мне нужно время… Я не могу уступить! Я Повелитель! Мне просто необходимо показать Юлии её место! Я в своём праве! И не собираясь уступать, я подначил:

— Ну что же, Вы подарили Нам прекрасное зрелище: усладу для глаз. Что Вы можете предложить, чтобы усладить наш слух?

Какая же всё же мне досталась язва: «Всё что прикажет мой Господин»! Ну-ну:

— Приступайте, Я жду!

Девчонка выпрямилась, закрыла глаза и запела. Мне хотелось умолять её о прощении. Мне хотелось встать перед ней на колени. Мне хотелось… это сумасшествие! Её пение выворачивало душу. Душу? У меня есть душа? Теперь видимо есть…

Стихла последняя нота, и Юлия ушла, не сказав больше ни слова, не спросив дозволения, не обернувшись. Хрупкая девочка с храбрым сердцем, не сдавшаяся, не покорившаяся. Гордая, желанная… и не моя!

Нам нужно поговорить! Я должен доказать свои права на неё, а она обязана мне подчиниться! Она моя жена! И у неё нет прав и желаний, кроме тех, что я позволю!