затем где-то рядом раздался звук, словно кто-то щелкнул ногтем по кубку.
А в следующее мгновение перед Джеком возник Повелитель Нетопырей, и на этот раз он не улыбался.
– Джек, – сразу заговорил он, – ты разочаровываешь меня. Что ты пытаешься сделать?
– Прошу прощения?
– Ты только что завершил какое-то слабое заклинание. Неужели ты действительно думаешь, что я не замечу, как ты применяешь Искусство в Хай-Даджене?
– Только в том случае, если применение будет успешным, – ответил Джек.
– Но нет никаких сомнений, что оно оказалось неудачным. Ты все еще здесь.
– Очевидно.
– Ты не в силах разрушить эти стены или пройти сквозь них.
– Да, я уже понял.
– Тебе не кажется, что прошедшее время ложится тебе на плечи тяжким бременем?
– До некоторой степени.
– В таком случае пора ввести дополнительный элемент в твою среду обитания, – заявил Повелитель Нетопырей.
– Ты не упоминал, что у тебя есть еще один Боршин.
Повелитель Нетопырей рассмеялся; откуда-то появилась летучая мышь, несколько раз облетела вокруг его головы и повисла на цепочке, которую он носил.
– Нет, я имел в виду кое-что другое, – заверил Джека Повелитель Нетопырей. – Мне интересно: как долго ты сможешь сохранять чувство юмора?
Джек пожал плечами, рассеянно стирая следы сажи с правого указательного пальца.
– Дай мне знать, когда выяснишь, – ответил Джек.
– Могу обещать, что ты будешь одним из первых.
Джек кивнул.
– Я был бы признателен, если бы ты воздержался от дальнейших попыток применения магии, – сказал Повелитель Нетопырей. – В этой чрезвычайно напряженной атмосфере у них могут быть крайне неприятные последствия.
– Я буду иметь это в виду, – пообещал Джек.
– Превосходно. Извини, что помешал. Теперь ты можешь вернуться к своим обычным занятиям. Прощай.
Джек не ответил – он остался в одиночестве.
Через некоторое время в комнате появился дополнительный элемент.
Сообразив, что он больше не один, Джек поднял глаза, увидел ее медные волосы и полуулыбку и в первые несколько мгновений даже поверил.
Потом он встал, шагнул к ней, шагнул в сторону, рассмотрел гостью с нескольких ракурсов.
– Очень хорошая работа, – сказал он наконец. – Передай мои комплименты твоему создателю. Ты замечательная имитация моей леди Ивен из Неприступной Крепости.
– Я не имитация, и я не твоя леди, – сказала она с улыбкой и сделала реверанс.
– В любом случае ты принесла мне свет, – сказал он. – Могу я предложить тебе сесть?
– Благодарю.
Усадив ее, Джек принес себе другой стул и поставил слева от нее. Устроившись поудобнее, он искоса посмотрел на гостью.
– А теперь разъясни мне твою загадку, – сказал Джек. – Если ты не моя Ивен и не копия, созданная моим врагом, чтобы внушить мне тревогу, тогда что ты такое? Или, если выразиться более деликатно, кто ты такая?
– Я Ивен из Неприступной Крепости, дочь Лорет и Полковника, Который Никогда Не Умирал, – сказала она, продолжая улыбаться; и только тогда он заметил, что с ее шеи свисает серебряная цепочка со странным драгоценным камнем, по форме напоминающим его камеру. – Но я не твоя леди, – закончила она.
– Он проделал очень хорошую работу, – сказал Джек. – Даже голос идеален.
– Я могу почти пожалеть бродячего Владыку несуществующей Теневой Обители, – сказала она. – Джека-Лжеца. Ты так хорошо знаком со всеми формами подлости, что тебе становится все труднее видеть правду.
– Теневая Обитель существует! – возразил он.
– В таком случае тебе незачем приходить в возбуждение при ее упоминании, не так ли?
– Он хорошо тебя обучил, существо. Смеяться над моим домом – все равно что смеяться надо мной.
– Именно такими и были мои намерения. Но я не создание того, кого ты называешь Повелителем Нетопырей. Я его женщина. И знаю его тайное имя. Он показал мне мир в сфере. Из залов Хай-Даджена я видела все, что есть в этом мире. И знаю, что нигде нет такого места, как Теневая Обитель.
– Мой дом видел лишь я, – заявил Джек, – ведь он всегда скрыт в тени. Это великолепный просторный дворец с высокими залами, где горят факелы, с подземными лабиринтами и бесчисленными башнями. Одной стороной он обращен к свету, другой – к темноте. Его украшает множество напоминаний о величайших кражах в истории. В Теневой Обители хранятся предметы необычайной красоты и неизмеримой ценности. В коридорах ее танцуют тени, а грани бесчисленных самоцветов сияют ярче солнца другой половины мира. Вот место, над которым ты насмехаешься: такова Теневая Обитель, и рядом с ней крепость твоего хозяина подобна свинарнику. Верно, иногда там бывает одиноко, но настоящая Ивен придаст ей блеск своим смехом, осенит ее своим изяществом, и Теневая Обитель сохранит свое великолепие даже после того, как мое возмездие отправит твоего хозяина в окончательную тьму.
Она аплодировала беззвучно.
– Ты делаешь все, чтобы напомнить мне, как твои слова и страсть убеждали меня прежде, Джек. Однако теперь я вижу, что, когда ты говоришь о Теневой Обители, твои слова звучат слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я долго тебя ждала, а потом узнала, что ты был обезглавлен в Иглесе. И все же я твердо решила дождаться твоего возвращения. Но мой отец рассудил иначе. Сначала я думала, что им руководит желание заполучить Адское Пламя. Однако я ошибалась. Он с самого начала понял, что ты бродяга, хвастун и лжец. Я рыдала, когда он обменял меня на Адское Пламя, но полюбила того, кому меня отдали. Мой Повелитель добр, в то время как ты безрассуден, он умен, а ты всего лишь хитер. Его крепость существует на самом деле, и она одна из самых могучих на земле. Он обладает всеми качествами, которых нет у тебя. Я люблю его.
Некоторое время Джек разглядывал ее лицо, с которого исчезла улыбка, а потом спросил:
– Как он завладел Адским Пламенем?
– Человек моего господина выиграл его в Иглесе.
– И как звали того человека? – спросил Джек.
– Квазер, – ответила она. – Квазер стал чемпионом Адских Игр.
– Эта информация достаточно бесполезна, чтобы ее могли доверить иллюзии, – заметил Джек, – если она вообще правдива. Тем не менее мой враг чрезвычайно щепетилен и основателен. Прости, но я не верю, что ты настоящая.
– Вот пример ослепляющего эгоизма, который не позволяет тебе увидеть очевидное.
– Нет. Я знаю, что ты не настоящая Ивен, а лишь вещь, посланная для того, чтобы меня помучить, потому что настоящая Ивен, моя Ивен, не стала бы судить меня в мое отсутствие. Она дождалась бы, пока я не отвечу на все обвинения, выдвинутые против меня.
Она отвернулась.
– И снова хитрые слова, – наконец заговорила она. – Но они ничего не значат.
– А теперь ты можешь
