Читаем без скачивания Огонь в его ладонях. Без пощады - Глен Кук

Эль Мюрид снова вскинул руки и снова уронил их. Небо вновь загремело и обрушило на землю свои огненные копья. И снова огромные камни покрылись трещинами и рассыпались, превратившись в груды щебня. Оставшиеся в живых итаскийцы с волями ужаса бросились на поиски безопасного укрытия.

Эль Мюрид дал сигнал Абд-эр-Рахману.

Отряд легкой кавалерии ринулся вперед, и вскоре первое Каменное Кольцо было полностью очищено от врага.

Эль Мюрид и его эскорт торжественно двинулись к холмику напротив западного Каменного Кольца.

Ученик еще не успел закончить свою молитву, как небо потемнело от тучи стрел. Шаганы лишь с большим трудом успевали отводить их в сторону. Одна из них все же поразила знаменосца в тот момент, когда Эль Мюрид воздел руки к голубому своду мира.

Конница завершила чистку западного Кольца. Вскоре было покончено и с восточным. Воинство Света громко славило Творца, нетерпеливо ожидая момента, когда с упрямым врагом будет покончено окончательно.

Часть гарнизона северного Кольца попыталась бежать. Рахман послал в погоню за ними отряд всадников. Беглецы погибли, прежде чем успели добраться до леса. Оставшиеся в укреплении товарищи ничего не могли сделать для их спасения.

Над равниной витал ужас. Воины пустыни истребляли врагов без пощады. Они не брали в плен даже рыцарей, за которых позже можно было бы получить хороший выкуп.

Наконец Ученик обратил взор на центральное Кольцо, за каменными стенами которого примерно половина северной армии ожидала удара Рока. Эль Мюрид поднялся на обломки того, что осталось от южного Кольца. Воинство Света толпилось за его спиной, готовое добивать раненых и грабить трупы.

Однако герцог и его офицеры выжидали удобного момента. Как только полетели первые стрелы, а вокруг пророка возникло яркое гало, дюжина наиболее отважных рыцарей ринулась в атаку.

Рахман бросил им навстречу своих людей. Но на сей раз он опоздал. Шаганы Эль Мюрида сосредоточили свои усилия на том, чтобы остановить рыцарей. Последний из латников пал в каких-то двадцати футах от пророка. Стрелы летели словно зимний, снежный ураган, а воины-колдуны были слишком заняты, чтобы отвратить их полет.

Оба штандарта рухнули на землю. Погибли два шагана. Смертельный ураган усилился.

— Сияние, окружающее Эль Мюрида, не послужило ему щитом.

Он был настолько сосредоточен, что первая стрела показалась ему не более чем укусом москита. Он обрушил молнии на Кольцо. За каменной оградой нашли смерть сто человек.

Вторая стрела пронзила вознесенную к небесам правую руку пророка. Но он снова обрушил на мегалит молнии. Во все стороны брызнули обломки скал. Люди в ужасе завопили. Воины Рахмана приблизились настолько, что смогли воспользоваться своими короткими седельными луками.

Третья стрела вонзилась в левую сторону груди Эль Мюрида. Хотя она не задела сердца или легкого, удар оказался настолько сильным, что пророк закрутился волчком и рухнул на землю. Это случилось в тот момент, когда удар очередной молнии окончательно обратил в прах стены мегалитического сооружения, защищающего армию Грейфеллза.

Абд-эр-Рахман бросил кавалерию в атаку в надежде завершить дело, прежде чем воины успеют понять, что произошло с их пророком. Воинство Света, словно вешнее половодье, залило центральное Кольцо.

Эсмат успел подскочить к своему господину еще до того, как исчезло сияние амулета. Прикрыв глаза ладонью, он позвал:

— Повелитель!

Эль Мюрид застонал. Любой другой на его месте уже бы умер. Но дьявольская живучесть, проявившаяся в детстве в пустыне и затем позже в сражении при Вади-эль-Куф, его не оставила. Возможно, ему помог амулет. Эсмат схватил валяющиеся рядом знамена и крикнул шаганам:

— Помогите мне сделать носилки!

Воины-колдуны тупо смотрели на него.

— Снимите ремни с мертвецов, идиоты! — рявкнул лекарь и бросил быстрый взгляд в сторону Кольца.

Там шла беспорядочная и кровавая свалка. Все больше воинов пустыни проникали внутрь Кольца через разрушенные стены.

Но вдруг раздался вопль какого-то паникера:

— Ученик убит!!!

Слишком много воинов смогли увидеть склонившегося над телом Эсмата и спешащих с носилками шаганов. Они поверили тому, что услышали.

Лекарь кричал и размахивал руками, пытаясь собрать телохранителей Эль Мюрида. Несколько Непобедимых все-таки вспомнили о своей чести.

Стоящее на грани окончательного триумфа Воинство Света охватила страшная, безумная паника. Близкая победа снова от него ускользнула.

Эсмат со своим господином и дюжиной Непобедимых укрылся в хижине лесоруба в десяти милях к югу от Каменных Колец. Большая часть телохранителей постоянно находилась в лесу, чтобы не прозевать появления вражеских патрулей. Двоих лекарь использовал как вспомогательную силу.

А тем временем где-то там, во тьме ночи, разбегалось Воинство Света. Воины спасались небольшими группами, а остолбеневшие от неожиданно свалившейся на них победы итаскийцы даже не пытались их преследовать.

— Держите его! — приказал Эсмат. — Забудьте, кто перед вами. Мы пытаемся спасти человека, а не миф. — Его слова казались белым балахонам неубедительными. — Если мы не спасем его, — не сдавался Эсмат, — то кто будет беседовать с Богом?

Этот аргумент подействовал, и Непобедимые склонились над своим идолом. Эсмат приступил к извлечению наконечника первой стрелы.

Эль Мюрид застонал и громко вскрикнул.

В помещение вбежал один из наружных часовых.

— Не могли бы вы сделать так, чтобы он не кричал?

— Да пусть исполнится воля Божия, — с вздохом произнес Эсмат и достал наркотик из своего лекарского мешка. Ему так хотелось избежать этого, ведь Ученику лишь ценой огромных мучений удалось избавиться от пагубного пристрастия.

Эль Мюрид потерял много крови, но упрямо отказывался умирать. Эсмат извлек из его тела четыре стальных зубца.

— Когда он сможет двигаться? — поинтересовался командир телохранителей.

— Не скоро. Его трудно убить, но выздоравливает он крайне медленно. Не исключено, что мы проведем здесь несколько недель.

— Да исполнится воля Творца, — с недовольной миной прошептал офицер.

Они провели в хижине целый месяц. Непобедимым дважды пришлось истреблять небольшие патрули итаскийцев. В конце концов они все же выстояли. Отчаяние Ученика постоянно проявлялось вспышками дикой боли. Эсмат, опасаясь гнева Непобедимых, давал своему господину болеутоляющее. Эль Мюрид снова превратился в наркомана.

Воинство Света совершенно развалилось. Те, кто сумел выжить, бежали настолько быстро, что враги просто не могли их догнать. Абд-эр-Рахман не сумел снова собрать своих воинов. Но погибла лишь одна из двух армий.