— Из чего это она сделана? Кость? Нет, не кость… Не глина, не металл…
— Это фарфор, мастер гном, — объяснил маг, — особым образом обожжённая глина с добавками, у вас он ещё неизвестен.
— «У вас»? — хмыкнул гном, внимательно посмотрел на мага и ничего не сказал.
— Друзья мои, я понимаю, что у вас ко мне множество вопросов, но давайте отложим ответы на них до тех пор, когда к нам присоединятся наши друзья, в противном случае мне придётся отвечать на одни и те же вопросы дважды. А пока займёмся обедом, надеюсь, он неплох. Прислуги из людей у меня нет, поэтому обслуживать себя будем сами. Разумеется, я с громадным удовольствием исполню роль слуги при фройляйн Алаэтэль, — маг вежливо поклонился красавице эльфийке.
Девушка подарила ему ослепительную улыбку:
— Мой господин, позвольте узнать, как есть ваше имя?
— А разве я не представился? — удивился маг, — впрочем, действительно, кажется, нет. Прошу меня извинить! Забыл! Эта суматоха у Франкенхаузена у кого хочешь отобьёт память! Итак, как же меня зовут?
— Вы забыли ваше имя, господин? — удивлённо спросила Алаэтэль.
— Нет, конечно же, нет, не в этом дело. У меня много имён, на разных языках они звучат по-разному, и вам, пожалуй, будет трудновато запомнить и произносить некоторые из них. Вот что: я буду Адамом. Да-да, называйте меня Адам.
— Хорошо, мой господин… Адам, — кивнула эльфийка, — наши имена вам известны?
— Разумеется, известны, ведь я давно наблюдаю за вашими приключениями.
— Давно? — переспросил Рупрехт.
— Ответ на этот вопрос мы тоже отложим на завтра, — терпеливо сказал маг, — давайте же кушать, не знаю, как вы, а я проголодался. Вот здесь вина разных сортов, в этом кувшине — пиво, а здесь — крепкие напитки, их нужно пить маленькими рюмками, мастер гном.
— А что вот это такое, нарядное, ярко-жёлтое? — спросила эльфийка.
— Это сок тропического фрукта, который называется ананас, — пояснил Адам, — он очень сладкий, поэтому его лучше пить на десерт.
На некоторое время разговор прервался, наконец, гном, откинувшись на спинку стула, погладил себя по животу и удовлетворённо заявил:
— Клянусь наковальней, я никогда в жизни так вкусно не ел! Больше не могу проглотить ни кусочка! Со мной такое впервые! Господин Адам, вы сказали, что в доме нет слуг, но кто же тогда приготовил этот роскошный пир, кто накрыл стол?
— Я не говорил, что у меня нет слуг, — ответил Адам, потягивая тягучий коричневый напиток из высокой узкой рюмки, — я говорил, что у меня нет слуг-людей. Я живу один, но слуги у меня, конечно, есть, только они особенные.
— А-а-а, магия?
— Ну, пусть будет магия. Это очень несложная магия, поверьте мне.
— Но очень вкусная! — сказал Рупрехт, незаметно ослабляя поясной ремень.
— Еда — одно из важнейших удовольствий, а в жизни их не так уж много, — заметил Адам.
— А как же грех чревоугодия? — с ехидцей спросил гном.
— Грех? Что такое грех? А, да, я вспомнил… Но, видите ли, я не религиозен, не поклоняюсь никаким богам, следовательно, для меня понятие греха не существует.
— Волшебник, да ещё и безбожник! Сожгут, как есть сожгут на костре! — сказал гном, — как вот меня чуть-чуть не сожгли за невинную игру в кости.
— Я думаю, это будет нелегко сделать, — отмахнулся Адам. — Желающие меня сжечь будут сильно разочарованы, ну, если, конечно, вообще уцелеют после этой неосмотрительной попытки.
— Вот как? Вы есть великий воин, мой господин? — с интересом спросила эльфийка, — какое же оружие вы предпочитаете?
— Магию, конечно. То есть мечом, саблей и кинжалом я тоже владею, но размахивать заточенной железкой, чтобы убить одного противника, слишком хлопотно, кроме того, есть риск получить удар в спину… Нет-нет, моё оружие — магия. Правда, я стараюсь избегать насилия, но, к сожалению, это получается не всегда.
— А скажите, герр Адам, — начал Рупрехт, его глаза горели от любопытства.
— Мы же договорились, главные вопросы — завтра, когда наши друзья завершат лечение. Давайте лучше поговорим о вас. Вот ты, мастер Рупрехт, чем собираешься заняться? Ведь ваше путешествие, можно сказать, окончено.
Гном погладил бороду:
— Н-ну… в Рудные горы мне хода нет… Вообще-то, Вольфгер звал меня в гости, говорил, что у него есть неплохая лаборатория, наверное, поработаю пока у него, а там видно будет.
— А над чем ты собираешься работать, если не секрет? — спросил Адам.
— Над Философским камнем, над чем же ещё? Надеюсь, что в последнее время я сделал важный шаг к Великому деланию, и у меня есть ещё пара идей…
Адам внимательно посмотрел на гнома, секунду поколебался и осторожно сказал:
— Я должен тебя разочаровать, Рупрехт. Ты тратишь силы своей души на пустое дело. Философский камень невозможно создать, поверь мне.
— Почему невозможно? — вскинулся заметно побледневший гном — что этому мешает?
— Природа вещей. Видишь ли, Философского камня просто никогда не существовало, да и не могло существовать, этот мир создан без его помощи. Ты, конечно, можешь возразить, что человек научился создавать вещи, которых никогда не было, например, колесо, его природа не знает. Это верно, но беда в том, что существование Философского камня противоречит законам природы, для него нет места в сложном и гармоничном храме мироздания. Идея алхимиков о первоэлементах неверна в принципе. А раз неверна теория, то, как её реализовать на практике? Поверь, мне жаль, что я разрушил твою мечту.
— Но тогда выходит, что и… и бессмертия не существует? — дрогнувшим голосом спросил Рупрехт
— Абсолютного — нет, не существует. Всё сущее смертно, хотя по человеческим меркам срок его жизни может быть очень продолжительным. Небытие, смерть — это обратная сторона бытия, без жизни нет смерти, а без смерти нет жизни.
— Что ж, пусть! Пусть нет бессмертия, пусть нельзя избавить людей от страданий и болезней, но хоть золото из свинца сделать можно? — с отчаянной надеждой спросил гном.
— Можно, — кивнул Адам.
— Ага!!! Слава Творцу! И вы научите меня, господин?! — аж подпрыгнул на своём стуле гном.
— И опять я тебя огорчу, мастер Рупрехт. Ты кое-чего не учёл.
— Чего же?
— Стоимости трансформы. Из свинца и правда можно получить золото, но процесс настолько сложен и дорог, что это золото окажется неизмеримо дороже обычного, его будет просто невыгодно делать. И потом, скажи, зачем тебе по-настоящему много золота?
— Чтобы покупать! — не задумываясь, выпалил гном.
— Я ждал именно такого ответа, но давай подумаем вместе, к чему это приведёт? Если ты выбросишь на рынок слишком много золота, оно сразу упадёт в цене. Золото — это не железо, не медь и не бронза, из него можно делать только монеты и украшения. Золото в цене только тогда, когда его мало. А ты хочешь обрушить рынок…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
