на ноги. Нагнулся и поднял девушку с величайшей осторожностью. Та не приходила в себя, отчего сердце замирало в недобром предчувствии. Следовало поторапливаться. Дома есть зелья!
— Несем по очереди. Скажешь, когда устанешь, — Джохж двинулся вперед в темноту, раздвигая густой кустарник руками.
— Никогда, — тихо прозвучало за спиной.
Шагали молча. Джохж показывал дорогу, Хойрей ступал следом.
Кажется, они действительно родились под счастливой звездой. Хойрей поднял голову к черному небу, невольно остановившись ненадолго. Слизнул влагу с губ. Дождь, неясно моросящий все это время, наконец решился разразиться настоящим потоком. И это на руку беглецам. Без должных навыков, скроет лишний шум от возможных монстров, что почти наверняка все же бродят неподалеку.
Джохж подошел ближе и накинул свой порванный плащ на девушку, спасая от ледяных капель.
— Нужно поторапливаться, — тихо произнес он общие мысли.
Хойрей кивнул и поспешно зашагал следом. В самом деле, медлить нельзя ни минуты.
Через некоторое время вышли к тропке, по которой авантюристы приходили из города охотиться на орков. Лишь здесь, наконец-то, сумели выдохнуть свободнее. В головах плохо укладывалась мысль, что они спаслись от неминуемой смерти. Уже успели десяток раз распрощаться с жизнями. И вот живые.
Из-за невозможности перейти на бег, возвращение к стенам города затянулось. По дороге не встретили ни единой живой души. Непогода прогнала желание выйти на охоту даже у тех, кто собирался это сделать.
Лишь когда пересекли городские врата, в груди появилась твердая уверенность: они выжили и будут жить. То, что еще недавно казалось несбыточной мечтой, когда оба парня остались один на один с монстрами в ночных сумерках, обратилось явью при помощи и непосредственном участии одной хрупкой девушки. Впрочем, воспоминания о том, с каким мастерством и неистовством та сражалась с монстрами, вынуждали думать о ней в совсем ином ключе. Хрупкое создание не смогло бы сотворить этого чуда.
До дома дошли незаметно для себя. На крыльце Хойрей придержал дверь, чтобы Джохжу с ношей было удобнее зайти внутрь. Сам застыл, невольно глядя на небосвод за своей спиной. Дождь почти закончился. Край неба начинал светлеть.
Зашел в дом, бегом взбежал по лестнице. Успел открыть перед Джохжем дверь в гостиную залу.
Со стола, на котором стояли тарелки с совершенно точно теперь уже остывшим ужином, в сторону новоприбывших смотрели шокированные глаза авантюристки. Глашва спрыгнула на пол, сделала короткий шаг вперед. Словно приведения отражались в ее глазах мокрые фигуры вернувшихся с того света парней.
Наконец, первый шок отступил. Глашва проглотила вопрос, готовый сорваться с губ, когда заметила некий куль в руках у Джохжа. К своему ужасу, кажется, она догадывалась, кого принесли братья.
— Она живая, — Джохж понял вопрос, повисший в воздухе, который вслух произнести смелости не хватило. Отошел к дивану, осторожно уложил свою ношу. Скинул промокший насквозь плащ. Он слабо спасал от непогоды, слишком дырявый и потрепанный. Но, как говорится, хоть так помогал сохранять тепло, столь необходимое для жизни.
Хойрей вернулся от тумбы с зельем в руках. Вскрыл и без сожаления влил все содержимое в едва приоткрытые губы бледной до невозможности девушки. Джохж поправил сломанную руку, зажатую меж двух дощечек и обвязанную бинтами, вздохнул и уселся прямо на полу подле дивана. Вытянул ноги.
Они дома.
Столь абсурдная еще недавно мысль отказывалась задерживаться в голове. Идиотизм чистой воды. Должны были сдохнуть в этот раз. Почти наверняка.
Глашва смотрела в тишине на смертельно уставших потрепанных авантюристов. Кожа девушки на диване возвращалась к нормальному оттенку. С таким зельем обойдется, что бы ни случилось там, за пределами города. Представить страшно, не то, что думать.
Ничего не говоря, Глашва отошла к тумбе, откуда недавно Хойрей извлек одно из самых ценных зелий, достала еще две стеклянные трубочки. С ними вернулась к дивану, возле которого сидел на полу Джохж и стоял каменным изваянием его брат. Протянула находку парням.
— Выпейте и идите отдыхать, — твердо произнесла она. Голос исключал все возможные возражения, рискни те появиться. — За Халль я присмотрю. Позже поговорим, если захотите. Идите.
Возражений не последовало. Оба были не в состоянии спорить. После бессонной ночи, полной тревог и боли, сознание едва оставалось на месте. Перед глазами все плыло, в ушах шумело. А после выпитого зелья усталость навалилась с такой силой, что оставалось только доползти до кровати и растянуться на чистом белье. Прямо так, не раздеваясь.
Оставшись в комнате одна, Глашва присела на край дивана возле девушки и принялась разбираться с мокрой одеждой. Зелье вылечит, но уже сейчас можно облегчить лишние страдания. Пусть даже эта кроха и не вспомнит о них.
В ожидании возвращения хозяина дома прошел весь день. Глашва отпустила слуг по домам, осталась одна в тишине. Смертельно уставшие, ночные охотники спали мертвым снов. Братья у себя, Халльвега на диване в гостином зале. Глашва хотела быть рядом с той на всякий случай.
За раздумьями пропустила шаги в коридоре. Подняла взгляд к двери, зацепив движение краем глаза.
Зафиру выглядел неважно. Помятый доспех, пыльный, кое-где виднеются пятна крови. Волосы грязные, спутанные. Потерянный вид.
На спрыгнувшую с края пустого и блестящего гладкой поверхностью стола авантюристку посмотрели каким-то обреченным взглядом.
— Они вернулись, — первой нарушила тишину Глашва. Заметила, каким недоверием зажглись глаза ее супруга. Подошла ближе, остановившись меньше, чем в шаге. Обняла своего защитника, прижавшись щекой к жесткому доспеху. Глядя перед собой на диван сбоку, который не мог видеть Зафиру, продолжила короткий рассказ. — Пришли этим утром. Прости, не смогла оставить их одних и предупредить тебя. Спят все трое.
— Трое?.. — ее чуть отстранили, чтобы взглянуть в лицо. Невольные подозрения холодили душу Зафиру.
— Прости, — вновь повторилась Глашва, чувствуя себя немного виноватой. С другой стороны, если бы удалось задержать девчонку, кто знает, увидел бы отец своих сыновей вновь. — Когда Халль обо всем узнала, я не смогла ее остановить. Пыталась, но эта бестия бегает и путает следы слишком хорошо. Возможно, будь моя голова чуть яснее, поймала бы.
— Как ей удалось вернуть их?
— Не знаю, Зафиру. Твои парни были немного не в себе, я отправила их отдыхать. А Халль пока еще не приходила в себя. Зельями напоила, но не знаю, когда очнется. Ей хорошо досталось, — Глашва указала на диван, который в упор не замечал уставший мозг авантюриста. Подошла за Зафиру следом поближе. — Подробности мне не известны. Но, кажется, твоя подруга сделала невозможное. Каким чудом только отыскала и где? Как вернула?..
В комнате воцарилась тишина на добрых десять минут. Наконец, Зафиру сумел отвести взгляд покрасневших уставших глаз с
