Узнав об этом, вице-король выслал вдогон два быстроходных судна с отрядами пехотинцев на борту. Но, как это вообще было принято у испанцев, если в операции принимали участие сухопутные войска, — общее командование ею осуществлял сухопутный офицер. А морские начальники становились на время операции подчиненными ему. Так и теперь: адмирал дон Педро де Арана был подчинен генералу дону Диего де Фриасу Трехо. Пока старшие начальники согласовывали свои действия и проясняли вопрос о прерогативах разных видов вооруженных сил, разрыв меж ними и «Золотой ланью» составлял уже двадцать миль — и догонять ее было безнадежно. Тем не менее испанцы предприняли попытку. Завидев на горизонте корабли погони, Дрейк преспокойно приказал перевести груз «Святого Христофора» на «Золотую лань», если он того стоит. Когда выяснилось, что груз этот состоит из шелка и полотна, Том Муни аж зубами заскрипел:
— Мне начинает казаться, ребята, что Господь решил использовать нас для того, чтобы снабдить всех прачек Английского королевства работой лет на сто вперед! Пусть испанцы подавятся своим полотном, а то «Золотая лань» провоняет тряпьем, как галантерейная лавочка! Для серебра места в трюме не останется, если будем забивать трюмы всем полотном, какое нам попадается!
Полотно оставили на месте, шелк забрали и, переведя на «Святого Христофора» всех пленных испанцев, отпустили пленников восвояси. Попутный ветер крепчал — и расстояние между «Золотой ланью» и преследователями стало увеличиваться. Тем не менее генерал Диего преследовал англичан до темноты. Это был последний день его генеральства и комендантства: за безуспешное преследование Дрейка его разжаловали и отрешили от должности.
Небольшой фрегат был послан вдоль побережья на север — известить местные власти о появлении в этих водах «дьявола Дрейка», ненавидимого испанцами за урон, нанесенный им на Караибском побережье…
4
В Кальяо Дрейк узнал о судьбе, постигшей опережавшую его экспедицию Джона Оксенхэма. Джон, державший свой замысел в секрете даже от Дрейка, решил первым снять сливки с тихоокеанского побережья. «Все золото стекается к Панаме, иного пути нет», — рассудил он. Собрал экспедицию на средства воротил Сити — и отправился к Панамскому перешейку. Пересекши со своими людьми перешеек, он построил на берегу Тихого океана большую пинассу (паруса и сложные детали которой симарруны доставили через перешеек на плечах) — и принялся грабить подходящие к Панаме испанские суда.
Испанцы — цитирую дословно сообщение губернатора Панамы Его Католическому Величеству — поступили так: «От наших соотечественников, которых он пленил, а затем — в соответствии со странным обычаем англичан — отпустил, мы узнали место его базирования. Затем захватили его и всех его людей. Матросов, всех до одного, повесили — а капитана Оксенхэма и трех его офицеров стали допрашивать привычными нашей Святейшей инквизиции методами. Пока ничего существенного узнать не удалось, в связи с чем я, покорный Вашего Величества слуга, назначил день „ауто да фе“, дабы еретики могли предстать перед Богом очищенными огнем…»
Дрейк, узнав о несчастной судьбе своего несчастного соплавателя, искал пути освободить его — может быть, выкупить? — но ничего не смог. Когда 1 марта 1579 года он захватил-таки корабль, увозивший из Лимы драгоценности на сотни тысяч песо, он отпустил его капитана, сеньора де Антона, в обмен на обязательство просить вице-короля Перу помиловать плененного пирата. Но вице-король не внял этой просьбе.
Через четыре дня после того, как Дрейк покинул Кальяо, в тюрьме «Великого города королей» инквизиторы в присутствии главного секретаря вице-королевства допрашивали в очередной раз Оксенхэма и двоих его товарищей (третий умер под пытками полторы недели тому назад). Всем троим по очереди ставились одни и те же вопросы, и хотя пытали каждого по отдельности, так что они не могли слышать показания друг друга, и помещали в одиночные камеры с утра и до заката в день допроса, так что общаться они не могли, — англичане дали одинаковые ответы на каждый из вопросов. Вот эти вопросы и ответы.
1. Как изготовляются английские пушки?
— Не знаю.
Этот ответ глубоко разочаровал испанцев. Ведь с проникновением противника в Южные моря оборона побережья Южной Америки, возлагаемая (в числе множества иных задач) на вице-короля Перу, из незначащей формальности становилась серьезной боевой задачей. И решить эту задачу без превосходства в артиллерии нечего было и думать! При этом необходимо было налаживать выпуск орудий на месте, потому что из Испании привозили орудия крайне низкого качества, те, от которых отказались войска, воюющие в Европе, да и тех крайне недостаточно.
Главный секретарь уже решил для себя, что, если англичане хоть немножко смыслят в литье орудий, — он добьется их помилования, даже если подпортит этим отношения с самой всемогущей Инквизицией! Игра стоила свеч: с отцами-инквизиторами вице-король уж как-нибудь договорится, а главный секретарь, если организует выпуск орудий, получит всяческие блага и поблажки… Да на этом, если умеючи, карьеру можно выстроить! Но увы…
2. Известно ли вам что-либо о том, что королева Елизавета (или какое-нибудь иное, наделенное достаточной для этого властью, лицо в Англии) намеревалась послать военные корабли через Магелланов пролив?
— Нет.
Оксенхэм, кроме краткого отрицательного ответа, рассказал, что четыре года назад богатый девонширский джентльмен по имени Ричард Гренвилл ходатайствовал перед Ее Величеством о получении лицензии на плавание к Магелланову проливу и далее, в Южные моря, ради приискания свободных земель с целью создания колоний, «ибо страна наша имеет большое население, но мало плодородных земель». Королева выдала было ему испрашиваемую лицензию. Гренвилл поспешил приобрести два крепких корабля и вел уже переговоры о покупке третьего, когда Ее Величество узнала, что за Магеллановым проливом уже имеются испанские поселения. Лицензия была немедленно аннулирована, и мистер Гренвилл продал свои корабли. «Королева, покуда она жива, никому не даст такой лицензии, — но после ее смерти, конечно, найдется в Англии моряк, который пройдет Магеллановым проливом».
3. Знакомы ли вы с капитаном Фрэнсисом Дрейком?
— Отлично знаком. Это один из лучших моряков нашего королевства!
4. Не намеревался ли означенный капитан Дрейк пройти через Магелланов пролив?
— В нашей стране нет никого, кто мог бы с ним сравниться и — конечно, если бы только Ее Величество дала ему на то позволение, — он прошел бы в Южные моря Магеллановым проливом.
