Войдя в храм, я спешным шагом дошёл до главной его залы. Здесь всё осталось также, как и пару дней назад. Никаких изменений. Змея собственно нашлась там же, где и лежала, когда я уходил отсюда. Даже поза была такая же, словно она не двигалась всё это время.
— Крыса оказался прав, ты пришёл,— чуть приподняла голову Змея, встретившись со мной взглядом.— В прошлую нашу встречу, ты ушёл и сказал что сделаешь всё сам. И вот ты снова здесь.
— Я решил, что лучше будет получить поддержку собратьев,— ответил я ей, приблизившись к широкому постаменту, на котором лежала моя сестра.
— Крыса сказал тебе чего я хочу?— спросила покровительница, возвращая голову обратно.
— Да, сказал что ты хочешь иметь возможность обращаться в человека,— ответил я ей.— Он попросил изменить твой узор.
— Всё верно. Это моя цена.
— Я сделаю это, но прежде, позволь задать один вопрос. Зачем тебе это?
— Хочу прожить человеческую жизнь. Хочу понять каково это, быть человеком. Если мир выживет, я не хочу нести за него ответственность, но и умирать мне не хочется.
-И ты не веришь, что можешь вознестись, вновь стать бессмертной?
— Нет, не верю. Это не мой путь.
Молча кивнув, я приблизился вплотную к Змее. Всё уже решено. Если у нас и правда мало времени, то будет глупо продолжать вести этот диалог. Лучше просто приступить к работе. И я приступил к работе. Для начала, полностью осмотрел узор Змеи, после чего сравнил его со своим. Я вычленил основные изменения, которые со мной провёл собрат Собака. Сейчас, обладая девятью ключами, мне не составило труда понять весь свой узор. Я даже при желании могу его видоизменить, причём значительно. Однако, теперь я изменю не свой узор, а узор Змеи. Пусть станет человеком, если таково её желание. Она поможет мне, а я оплачу эту помощь.
— Я закончил,— произнёс я, спустя всего пять минут.
— Уже?— спросила Змея.
— В этом нет ничего сложного, когда в твоём распоряжении девять ключей. Первородная энергия слушается меня безукоризненно. Я не видоизменял твой основной узор, лишь очень небольшую его часть, но я добавил к нему узор человека. Попробуй обратиться.
Змея колебалась всего пару мгновений, после чего её тело развоплотилось, чтобы затем вновь появиться предо мной уже в другой форме. На постаменте теперь стояла невысокая, но миловидная девушка с длинными изумрудными волосами до пояса. Не самая красивая девушка по меркам людей, но отнюдь не уродка.
— Какие мягкие,— произнесла Змея, дотронувшись до своих волос.— Ой, а тут прохладно.
Кожа девушки покрылась гусиной кожей, а сама она поёжилась. Да, тут и правда прохладно, наверное. Сам я не чувствую этого, потому как мой узор лишён подобных мелочей. Собаке не было дела до таких нюансов, но я решил, что раз Змея хочет быть человеком, то должна испытывать весь спектр их эмоций и ощущений.
— Спасибо тебе,— вдруг обернулась девушка ко мне и в порыве эмоций обняла, прижав к своему обнажённому телу.
— Благодарность тут излишня, я всего лишь заплатил запрошенную цену.
— Тогда, давай поспешим. Крыса говорил, что времени очень мало. И раз мне теперь не безразлична судьба этого мира, я помогу тебе и собратьям.
Из храма мы вышли вместе. Крыса, Бык и Лошадь нас уже ждали. И надо сказать, что прибывшие со мной собратья выглядели теперь куда более обеспокоенно.
— Брат, перенеси нас всех вот в это место,— произнёс Крыса, стоило ему увидеть меня.
Глаза Крысы сверкнули и в моё сознание попало его воспоминание. В этом воспоминании, Крыса бродит по широкой долине, окружённой двенадцатью горными пиками. Это место, оно мне неведомо. В том смысле, что его раньше никогда не существовало! Я знаю, что в этом мире нет такой долины. Или вернее будет сказать, её не существовало раньше. Это место, находится в удалённой от людских поселений месте. Раньше там были лишь холмы, да реки. А теперь, там вдруг оказались горы! Двенадцать высоченных гор, без какой-либо растительности! А их расположение? Да они же буквально окружили долину, закрыв её собой от всего остального мира. Это место было создано рукотворно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Морские гиганты согласились помочь,— произнёс Крыса, видя моё замешательство.— Эти горы и есть гиганты. Они приняли такую форму, потому что их тела лучше всего подойдут под опоры барьера. Прошу тебя, перенеси нас туда и мы начнём подготовку к битве. На той стороне, я тебе расскажу больше.
— Тогда приступай к рассказу,— произнёс я.— Мы уже на месте.
Мы оказались в долине. Я не стал тянуть. Всё происходящее явно указывало на то, что я чего-то не знаю. Однако, я привык доверять внутренним ощущениям. И вот они-то сейчас буквально кричали, о том что мне стоит послушать Крысу и поспешить.
*****
Рассказ Крысы выдался не длинным, но очень содержательным. И начал он его с того, что признался в кое-чём. Крыса, в отличие от нас всех, изначально потерял не всю свою память. Надзиратель, он же наш «учитель», оставил Крысе добрую часть его воспоминаний. Оставленные ему воспоминания делились на две категории. Кнут и пряник. Пряник — это воспоминания о его прошлой жизни бессмертного. Как сказал Крыса, эта часть его памяти досталась ему не в полной мере, но и того что осталось, хватало, чтобы понимать к чему он стремится. Кнут — это воспоминания о тюрьме. Напоминание о том, что будет, если Крыса вместе со всеми нами провалится. Так и зачем же ему оставили эти воспоминания? Чем он так особен? Всё дело в его натуре. Он изворотлив, хитёр, пронырлив и внимателен. Идеальный лазутчик и соглядатай. Всё это испытание, результат долгой борьбы «учителя» и его группы сторонников, против их политических оппонентов. И поскольку это испытание, это измерение, является чьим-то интересом, то и оставлять всё тут на самотёк никто не собирался. Бессмертные сами установили правила о невмешательстве и сами же их нарушили, причём множество раз. И нарушения правил происходили сразу с двух сторон. Надзиратель оставил соглядатая и помог другой группе заключённых бежать, дабы в случае чего, использовать их в своих целях. Если что, речь сейчас идёт о морских гигантах. Противники надзирателя и его сторонников, в свою очередь, помогли сбежать другим заключённым, дабы разрушить тут всё на корню и поставить авторитет надзирателя под сомнение. И так бы всё и продолжалось, они бы манипулировали нами, что привело бы к какому-то результату, либо разрушению мира и измерения, либо к его сохранению. Однако, между двумя группами бессмертных обострился конфликт. Им надоело ждать. Противники надзирателя начали давить и тот оказался вынужден отвечать. Грядущая битва могла состояться через неделю, месяц или даже год, но теперь, она состоится сегодня.
— Надзиратель предполагал подобный исход,— произнёс Крыса, уже заканчивая свой рассказ.— По этой причине, мой ключ оказался у тебя, чтобы ускорить твоё усиление. Заодно, я стал незрим для других покровителей и смог контролировать ситуацию.
— Значит, Обезьяной помыкает кто-то другой? Кто-то не из лагеря нашего «учителя»?— задал я вопрос.
— Надзиратель сказал, что ему предложили сделку. Честную сделку. Без манипуляций. Разрушение этого измерения взамен на его возвышение.
— И в сделку входила попытка переманить меня на свою сторону,— констатировал я факт.
— Да. Другие покровители все переругались и не собирались спасать этот мир. Ты был единственным, кто мог бы собрать ключи с этой целью.
— Почему «учитель» был так уверен, что я не поддамся на эти уговоры? Мы с Обезьяной долгое, очень долгое время были друзьями.
— Факт вашей дружбы никак не повлиял бы на твоё окончательное решение. Надзиратель об этом знал, а его оппоненты считали иначе. Результат нам известен. Надзиратель был прав.
— Расскажи мне больше об этой сделке. «Учитель» ведь рассказал тебе о ней всё что знает?
— Не совсем так. Он рассказал мне только то, что ему самому удалось узнать. Если вкратце, то его противники сделали ставку на Обезьяну. Он их основной план. Сбежавшие заключённые лишь инструмент. Они должны зародить Хаос, должны вымотать тебя и любых других защитников этого мира. А когда ты ослабнешь, Обезьяна заберёт твои ключи. Владелец двенадцати ключей может распоряжаться судьбой мира как ему вздумается.
