я не выживу… мы умрем тут… умрем… — безумно проговорил Эндрю, скользя взглядом по гладким стенкам трубы.
Тяжело вздохнул, сил никаких уже не оставалось. Так опрометчиво понадеялся, что канализация будет безопасным местом, что тут мы будем одни и сможем легко выбраться на улицу, а теперь возращение в реальность было слишком болезненным. Нет, опасность отнюдь не миновала, а до выхода было еще неизвестно, сколько идти…
— Прости меня, — опустив голову, сказал, — прости, пожалуйста. Это я во всем виноват, мне нужно было оценить все риски, прежде чем вести тебя сюда. Прости… Но мы выберемся отсюда все равно, пусть это и будет сложнее, чем изначально предполагал.
— Нет… — обреченно прошептал тот, — ты, может, и выберешься, а сам — нет. Я погибну здесь. Мне точно известно.
— Не погибнешь, сделаю все, что будет в моих силах, чтобы мы с тобой оба спаслись, — ответил ему, посмотрев на его страдальческое лицо.
— Ты так говоришь только для того, чтобы не отчаивался, — горестно протянул Эндрю: он вообще не верил в то, что мы можем спастись.
— Разве хоть раз тебя обманывал? — задал вопрос, попытавшись улыбнуться, и мой спутник поднял на меня полные ужаса округленные глаза.
— Крысиная нора.
Почувствовал, как мою ногу сжали ужасные тиски, отчего кровь ударила в голову. Успел только рассмотреть передернутое ужасом лицо Эндрю перед собой, а затем под мой невыразимый крик какая-то немыслимая сила потянула меня назад. Попытался уцепиться хоть за что-то, но не сумел — что-то вытянуло меня за ногу из трубы и, схватив за шею, подняло вверх. Увидел перед собой уродливое лицо громилы Маклейна, смотревшего на меня своими бездумными, яростными глазами молочно-белого цвета, а также широкий ряд ровных острых зубов, обнаженных из-за раздвинутых в стороны губ.
— Крыс.. еныш. Я на… шел тебя, — шепеляво из-за мешавшего говорить роторасширителя произнес Маклейн.
Несмотря на нехватку кислорода, от дикого ужаса заверещал, словно резанный, отчаянно размахивая руками и ногами, как его предыдущая жертва до меня. До меня успело дойти только одно — своими огромными руками он сейчас оторвет мою голову…
Столько раз проходил мимо него все это время и каким-то чудесным образом спасался, оставаясь незамеченным, но теперь… Теперь должен был умереть, и понимание этой жуткой неизбежности заставляло меня биться в тисках, крича от предсмертного ужаса.
Маклейн был настолько зол, что просто не смог справиться со своим собственным гневом — вместо того, чтобы оторвать мне голову, он с силой отшвырнул меня на пару метров. Распластался на полу, воя от поглотившей все тело боли и звона в ушах, — уровень воды оказался недостаточным для того, чтобы погасить удар. Прибор ночного видения слетел с моего лба. Превозмогая боль и головокружение, поднялся на четвереньки и увидел, как, тяжело дыша от собственного веса и хрюкая, Маклейн быстро направляется ко мне, чтобы довершить начатое…
Не прекращая стонать и с шумом выдыхать воздух открытым ртом, как мог поднялся на ноги и бросился бежать, натыкаясь на стены и бордюры. Перед глазами все плыло, превращаясь в бесконечный поток размытых пятен и полос. Воздуха катастрофически не хватало: каждый мучительный выдох отдавался режущей болью в груди и горле. Ноги заплетались, задевая выступающие платформы и отколовшиеся от стен кирпичи. Знал, Маклейн бежит за мной — его отвратительное дыхание, похожее на хрюканье, раздавалось буквально возле моего уха, заставляя меня бежать вопреки пронзающей все тело боли. Даже сквозь пелену дикого ужаса, порожденного выбросом гормонов, смутно осознавал, любая моя ошибка, любое промедление закончится для меня страшной смертью — Маклейн, безусловно, разозлился еще сильнее оттого, что его жертва ускользнула в последний момент.
Должно быть, именно такие эмоции испытывают мыши, убегающие от кота. Ощущал себя настолько ничтожным, слабым и жалким, что единственным моим уделом был бег. Действительно был готов пролезть в любую щель, забраться в первую же трубу, как и все остальные, кто сталкивался с этим ужасающим монстром.
Оббежав по кругу весь зал, бросился в хорошо освещенный туннель, но поскользнулся на куске мокрого картона и с истошным криком ужаса упал на пол. Повернувшись на спину и окончательно потеряв рассудок от охватившей меня паники, увидел подбирающегося ко мне рычащего Маклейна-монстра, который уже заносит над головой огромный кулак для удара, который с легкостью проломит мне череп…
Завопив пуще прежнего, уже роняя слезы от предчувствия неизбежного конца, зажмурил глаза и одним стремительным рывком убрался в сторону. Меня тотчас же окатило брызгами сточных вод — в последний момент все-таки чудом уклонился от удара впавшего в кровавое безумие громилы, и его кулак
