Дабы эффективнее подчинить побежденных, завоеватели без зазрения совести «корчевали» их традиции и культуру. «С каждым днем мы становимся все больше похожи на них, – говаривала бабушка Кейтлин. – Медленно, но верно. И если ничего не предпринять, мы исчезнем. Поезжай за океан, в Америку! Я слышала, это огромная страна и люди там живут свободно». Свободно? Как бы не так! Канада тоже скоро подчинится английскому господству. Где же тогда ему искать свободу?
– Damned sassannachs![179]
– Алекс, что-то не так? Тебя что-то мучит, я это чувствую!
Он вздохнул и посмотрел на нее с нежностью. «О, Изабель, оставайся всегда такой, какая ты есть! Обещай, что так будет!»
– Все в порядке. Немного болит голова, mo chridh’ àghmhor.
Какое-то время Изабель наблюдала за ним со скептической улыбкой, но ей тоже не хотелось портить такой прекрасный момент, и она решила не настаивать. Издалека донеслись голоса. Девушка испуганно замерла. Александер знаком призвал ее к молчанию и осторожно сел. По дороге шел отряд разведчиков. При виде солдат Александер вспомнил, что сегодня его очередь дежурить на кухне.
– Och! Should get back tae the barracks! ‘T will be no wee skelping from Coll![180] – пробормотал он, вскакивая на ноги. – А если не голову, то уши – точно!
Изабель не ожидала, что время расставаться наступит так скоро. Пока Александер приводил в порядок мундир, она сидела и смотрела на него. Он наклонился и одернул на ней юбку.
– Мне нужно бежать в казарму! Изабель, я тебя люблю!
Он поцеловал девушку и оторвался от нее с видимым сожалением.
– Когда я снова смогу тебя увидеть? – спросил он, глядя через ее плечо на удалявшийся отряд.
Изабель задумалась. Когда они смогут увидеться? Мать стала строго следить за ее передвижениями по городу, поэтому придется найти способ обмануть ее бдительность. На помощь Мадлен она больше не могла рассчитывать. Попросить Перрену? Нет, она ненавидит англичан еще сильнее, чем кузина Мадо. Что касается матушки Донни, то она ни за что не отпустит ее из дома без надлежащего сопровождения. Оставался Ти-Поль. Мальчик не откажет ей в просьбе, в этом Изабель была уверена. Место встречи? Старая мельница не подходит, нужно придумать что-то другое.
– У стены нашего сада есть небольшая кладовка, там хранятся инструменты. Если увидишь на моем окошке голубую ленту, жди меня там. Думаешь, у нас получится?
– Изабель, ради тебя я пройду пешком до самой Азии! – отозвался Александер уже на ходу.
Глядя вслед бегущему молодому человеку, она засмеялась. Но улыбка быстро померкла. Она не отважилась сказать Александеру, что мать решила выдать ее замуж за другого.
Глава 15. Любовь и музыка
Затаившись в тени, Александер не сводил глаз с дома. Ошибки быть не могло: после полудня он точно видел на окне Изабель ленту! Но на свидание девушка не пришла. Он ждал довольно долго, а потом решил вернуться на улицу и посмотреть, на месте ли знак. Лента пропала… Заинтригованный, он задержался перед домом, размышляя, что могло помешать Изабель. Внезапное недомогание? Необходимость выйти по делам? Но тогда она наверняка отправила бы младшего брата в таверну. Однако хозяин «Бегущего зайца» сказал, что никакой записки для Александера никто не оставлял.
Александер считал, что подглядывать стыдно, однако не смог устоять перед соблазном заглянуть в окно гостиной дома Лакруа. Девушка была там, он прекрасно ее видел. День выдался жарким, и все окна были открыты. На Изабель было очень красивое платье, и это разожгло его любопытство. В один момент она даже подошла к окну и выглянула с таким видом, словно искала кого-то на улице. Он вышел из тени, чтобы подать ей знак, но тут же столкнулся с мужчиной, которого в спешке не заметил. Тот смерил Александера надменным взглядом, одернул камзол из добротной шерсти и направился прямиком к дому. Мгновение, и он уже стоял на крыльце.
У Александера сжалось сердце. Кто это? Друг семьи, дядюшка, кузен? Или все-таки поклонник? Поспешные выводы часто бывают ошибочными, поэтому он решил постоять немного у дома, затаившись в тени оплетенной виноградом ограды. Подстрекаемый ревностью, он в первую очередь подумал о де Мелуазе, которого упомянул в разговоре в тот ненастный вечер брат Изабель.
В десятый раз он посмотрел на часы: двадцать минут десятого. Гостю пора уходить… В десять часов дают сигнал к тушению огней, и любому, кто рискнет прохаживаться после указанного времени по улицам, ждет арест. Наконец через несколько минут дверь открылась и показался тот самый посетитель. Он поклонился Изабель и ее матери, и последняя, наскоро с ним попрощавшись, вернулась в дом. Молодые люди остались наедине. Изабель заметно нервничала и стояла с опущенными глазами.
Александеру, наблюдавшему эту сцену из своего укрытия, захотелось наброситься на незнакомца, когда тот склонился над ручкой его возлюбленной, но он сдержался. Дрожа от гнева и цепляясь пальцами за ржавые прутья ограды, шотландец остался стоять за пологом из листвы. Незнакомец поклонился и, держа перед собой фонарь, пошел прочь. Словно во сне, Александер смотрел, как удаляется огонек. Выходит, Изабель видится с другим?
* * *
– Ти-Поль, ты точно передал записку ему в руки? – спросила Изабель.
– Конечно, Иза! Или ты думаешь, что я вру?
– Нет, конечно нет. Спасибо!
Девушка отвернулась. Она не знала, что и думать. Уже три дня Александер не приходил на свидания. В первый день она даже не встревожилась: наверняка его задержало какое-то важное дело. На следующий день она почувствовала смутное беспокойство. Это было на него не похоже. Если бы Александер знал заранее, что не сможет прийти, он бы прислал Колла предупредить ее. Может, он заболел? Или получил травму во время строевых упражнений? Или, что еще хуже, сделал какую-нибудь глупость?
Ти-Поль по ее просьбе отнес в «Бегущего зайца» три записки. И ничего! Ни на одну Александер не ответил. При этом Ти-Поль сказал, что однажды видел молодого шотландца в Нижнем городе, на набережной де ла Рэн. Что же могло случиться?
Изабель взяла шерстяную накидку и спустилась в гостиную. Матери там не оказалось. Что ж, так даже лучше: не придется врать. Одевшись, девушка вышла на улицу и, сжимая в руке нож, который она решила взять на всякий случай, направилась к солдатскому кварталу.
Посетители таверны разговаривали и смеялись громче обычного. Скрипач наигрывал веселые мелодии, и подвыпившие солдаты под музыкальный аккомпанемент оживленно обсуждали планы своих генералов. С начала июля главной темой разговоров были успехи армии Амхерста и предстоящая кампания. Перспектива скорого окончания войны и славной победы над французами радовала всех. Ну, или почти всех…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
