Читаем без скачивания Сокрытый в Тени Крыла - Вадим Оришин

— Предсказуемо, — хмыкает последний Учиха, — не надо меня недооценивать.

— Конечно, — кивает джоунин, стягивая с глаза повязку.

— Готовы? — спрашивает Хокаге, и, дождавшись кивков, командует, — Начали!

Тело Саске почти сразу покрывается черной вязью печати, в глазах загорается шаринган, сдерживаться он не видит никакого смысла. Какаши же просто атакует, пока несколькими сюрикенами, проверяя реакцию противника. Учиха вскидывает вперед руку, короткая вспышка от молний, и слегка обугленные железки падают на землю арены. Саске тут же складывает печать концентрации, мгновение, и он выплевывает сразу очередь плотных сгустков пламени. Джоунин уходит от атаки, проваливаясь под землю. Саске тут же прекращает огненную технику, прыгает вперед, готовя технику молнии. Оказываясь прямо над тем местом, где скрылся джоунин, Учиха, собрав чакру молнии, ударяет двумя палацами землю, затем еще раз, а затем еще. Чуть в стороне из земли выскакивает Какаши, сразу сближаясь для рукопашного боя. Первая же серия его ударов нарывается на жесткие блоки Саске, и генин, не теряя времени контратакует. Резкие, быстрые удары, каждый из которых несет небольшой заряд молнии, заставляющий Хатаке уклоняться и отступать. Джоунин такого уровня боя от все еще генина не ожидал, Саске действовал быстро, атаковал уверенно, и, главное, опасно. Действия бывшего ученика четко давали понять, Саске тренировался с очень жестким и опытным противником. Джоунин не хотел этого признавать, но он проигрывал в тайдзюцу. Учиха совмещал прямые атаки с простейшей техникой, не велся на уловки, даже сильные удары легко блокировал руками, запитанными чакрой. Рукопашная длилась не больше сорока секунд, и Какаши подменой разорвал дистанцию. Попытался. Саске, проигнорировав иллюзию, сразу атаковал.

— Шоковый бич!

С левой руки генина сорвалась молния, быстро сокращая дистанцию до джоунина. Какаши собрал печать концентрации, плюнув в молнию небольшим зарядом воды. Учиха тут же собрал печати концентрации, вновь начав выплевывать небольшие сгустки огня. И, если большая часть сгустков летела в джоунина, два врезались в оставленную им лужу, испарив ее. Хатаке отметил, что противник Саске был еще и весьма изощренным бойцом, выработавшим у Учихи привычку перестраховываться от всяких неожиданностей. Генин, закончив стрельбу, выхватил десяток сюрикенов, сразу пустив их вперед. Выхватив кунай, джоунин начал их отбивать, но уже на четвертом почувствовал подвох. Оставшиеся шесть сюрикенов пролетели сквозь него, потому как были иллюзорными. Джоунин закрыл и открыл глаз шаринган, усилием воли использовав 'Кай'. Саске лишь ухмыльнулся, на этот раз насмешливо, и вновь собрал печать концентрации. Выдох, и в Какаши летит массивный огненный шар. Джоунин пытается отскочить в сторону, но из-за шара по причудливым траекториям летят сюрикены, и летят в него.

— Земляная преграда, — в последний момент командует джоунин, закрывшись выросшим из земли щитом.

Мимо проноситься огненный шар, в щит один за другим врезаются сюрикены, а в плечо, которым Какаши прижимался к щиту, ударяет небольшой разряд. Левая рука мгновенно немеет, а сразу за этим плечо прорезает боль, пусть и терпимая. Хатаке вновь пытается разорвать дистанцию, уже соображая, как снять эффект от техники. Все же он сильно недооценил бывшего ученика, не дрался в полную силу, а стоило начать уже тогда, когда он понял, что уступает в рукопашной. Саске же выскочил из-за щита и бросился на джоунина, с явным намерением атаковать напрямую. Миг сомнения, и Какаши собирает чакру молнии в действующей руке.

— Чидори!

Он перехватывает генина, атакуя его сильнейшей своей техникой, и рука врывается в плоть противника. Миг, и из спины Саске выплескивается кровь, и он оказывается насаженным на все еще испускающую молнии руку бывшего учителя. Но это не конец, Учиха хватается обеими руками за руку впавшего в ступор Какаши, и заглядывает ему в глаза.

— Тсукуёми!

Его тело распадается на вязкие хлысты тьмы и обхватывает тело джоунина. Миг, и до Какаши доноситься звон бубенца.

— Кай!

Тьма мгновенно исчезает, развеяв иллюзию фальшивого Тсукиеми, и джоунин обнаруживает рядом с собой целого и невредимого Саске, уже успевшего схватить бубенец. Какаши порывается его остановить, но генин уже ретируется, разрывает дистанцию, и, усмехнувшись, потряхивает бубенцом.

— Я же сказал, не стоит меня недооценивать, Какаши-сан, — улыбнувшись, произносит он.

Только теперь джоунин, присмотревшись к юному противнику, понял, что тот сильно вымотан. Рукопашный бой на пределе возможностей, шаринган, постоянный контроль проклятой печати, ниндзюцу, гендзюцу, молодой чунин был еще не настолько выносливым, чтобы легко переносить все это. Но он победил.

— Экзамен считается засчитанным, — громко объявляет Тсунаде, не скрывая улыбки на лице, — Учиха Саске, теперь уже чунин Конохи, напоминаю, в течении трех дней ты должен представить Совету Кланов свою невесту.

— Я помню, — серьезно кивает последний Учиха.

Саске не глядя швыряет бубенец обратно бывшему учителю и покидает арену. Хатаке, не слушая негромкие разговоры Совета, ошеломленно смотрит вслед своему бывшему ученику. Смотрит, и гордится им.

Последний из Учих вышел из душной резиденции Каге, потянулся, отдышался. Все прошло даже легче, чем он думал. Но остался один, последний, и самый главный шаг. На скамейке, всего-то десятке шагов от него, сидела Такара, и делала вид, что любуется облаками. Сделав глубокий вдох, Саске шагнул вперед. Он прошел лишь половину расстояния, разделявшего их, когда девушка поднялась и шагнула навстречу. Когда они остановились, между ними остался всего один шаг. Такара с легкой насмешкой смотрела на Саске. Тот просто с улыбкой смотрел на нее, чувствуя за спиной множество взглядом, направленных на них.

— Удачно? — со все той же насмешкой спросила она.

— Конечно, — кивнул он.

— Поздравляю.

— Спасибо, — Саске кивнул, опустив руку в карман, — Такара?

— Да, Саске?

Парень опустился на одно колено и протянул девушке обручальное кольцо, которое когда-то носила его мать.

— Ты выйдешь за меня?

Девушка оценивающе взглянула на него, на кольцо. Ее лицо стало задумчивым, она медлила несколько долгих томительных секунд, прежде чем ответить:

— Нет.

Кажется, половина Конохи в этот момент не удержала разочарованного выдоха. Саске искренне удивился, но девушка тут же добавила:

— Я знаю, что тебе поставили какие-то там условии и все такое. Но мне нет до всего этого дела, я не готова.

Последний из Учих несколько мгновений смотрел на отказавшую ему девушку, затем резко успокоился, поднялся, снова пряча колечко, и кивнул:

— Хорошо. Тогда я продолжу добиваться тебя, пока ты не согласишься.

— Но, тебе же ограничили время, — напомнила Такара.

— Мне все равно, — пожал плечами Саске, — я сделал свой выбор, и теперь их мнение мне не интересно.

Они несколько секунд смотрели друг на друга, одновременно нежно и одновременно радостно улыбнувшись.

— Тогда пошли? — предложила девушка.

Учиха кивнул, и они оба двинулись в только им ведомом направлении. Полный состав Совета Кланов, наблюдавший за всем происходящим, несколько секунд стоял в молчании. Первой молчание нарушила Инудзука Тсуме:

— Э-э-э… Сарутоби-сан?

— Не нравятся ваши условия мне, — высказался Абураме Шиби.

Хьюга Хиаши кашлянул в кулак, остальные просто вопросительно уставились на главу клана Сарутоби.

— Понял я, понял, — выдохнул старик, — что я, изверг? Они молоды, и это прекрасно. Я забираю свое предложение об ограничении времени. Но, надеюсь, он ее все же уговорит, хотя бы за пол года.

Остальные закивали, а Хокаге подвела итог:

— Принято единогласно.

Еще никогда Совет Кланов не был столько единодушен в принятых решениях.

Глава 107

Разговор с Юи меня порадовал. Ну, иначе и быть не могло, мы с ней одного поля ягоды, направление одно и то же, средства разные. Ее отлично обучили, да и, хм, врожденные таланты тоже есть. Именно поэтому мне не пришлось ничего лишний раз объяснять, как было бы с кем-то другим. Ну и интересы у нас тоже, в общем-то, одинаковые. Деньги. Не сказать, что я все делаю ради денег, но в данной ситуации именно они являются для меня стимулом. 'Выжить и заработать'. У нее точка зрения абсолютно та же.

Покинув комнатку, я, горестно выдохнув, вновь потопал в раздевалку. Какую одежду искать, я помнил, придется снова брать след. Пф, почувствуй себя собакой. Мелкими шажками топаю обратно к раздевалке, прикинувшись безобидной старушкой, и поглядывая по сторонам. Захожу за угол, до раздевалок осталось всего ничего, и натыкаюсь на невысокую женщину в кимоно, с интересом рассматривающую меня. Миг, уже собираюсь топать дальше, когда она задает вопрос: