- Почему ты не допускаешь мысли, что кто-то еще занимается разведением милых собачек?
- Потому что все записи и формулы были либо утеряны, либо уничтожены после восьмисот летней войны. Мы наткнулись на обрывки формулы абсолютно случайно, и уж если Дакару и Велесу понадобилось пять лет, на ее воссоздание, то я сильно сомневаюсь, что у кого-то еще хватило на это мозгов. И потом, какова вероятность того, что кому-то еще посчастливилось так же, как и нам, если даже у вампиров ничего не сохранилось? Я, конечно, верю в совпадения, но в разумных пределах, - я покачала головой, сцеживая очередной зевок в кулак.
- А ты не допускаешь возможности, что цель - не ты, цель - сорвать охоту, ведь если...
- Без "если", - оборвала я демона, - слишком много факторов нужно учитывать. Даже если ему нереально повезло, и он нашел формулу, на создание одной такой твари уходит, по меньшей мере, суман, а их было четверо. И потом, этот таинственный и загадочный некто должен был знать, что я Теневая, - я загнула палец, - должен знать, как именно Гончие действуют на нас, - второй палец, - ведь изначально они создавались, как украшение интерьера не более. Он должен был рассчитать момент, - третий палец, - и, наконец, он должен был знать, что на охоту отправили именно меня. Это практически невозможно.
- Но возможно? - упрямый демон!
- Послушай, мы никогда не знаем, кто отправится на ту или иную охоту, решает всегда Дакар. Лайра и поисковики связаны клятвой и не могут выдать никаких сведений о чужих заданиях. На всех бумагах вместо имен стоит плетение, код, который меняется каждые два дня, и кто идет под каким номером не знает ни один охотник. Не верите, - я взглянула на притихшего врайта, - загляните в свой контракт. Контракты хранятся в хране, который защищен так, что к нему и муха незамеченной не подлетит, а...
- Так, все, заканчивай, - он поднял обе руки, - я все понял и осознал. Но ты говорила, что над Гончими Дакар работал с кем-то еще, - принц нахмурился.
- Тот второй, он мертв.
- Ты уверена?
- Абсолютно, я видела саркофаг и его тело внутри, - перед глазами возник Велес, со скрещенными на груди руками, крепко сжимающий свои великолепные клинки. Нет. Не хочу. Но, несмотря на все мои усилия, картинка не желала пропадать. Нет.
- Обсидиана, - наверное, он уже не в первый раз меня так окликает. Молодец девочка, уже ловишь галлюцинации наяву. - Тогда остается один вариант, - продолжил демон, убедившись, что я его слушаю, - это Дакар.
- Нет, - я тряхнула головой.
- Не спеши, если просуммировать все, что ты мне сейчас рассказала, то остается только он.
- Нет, должно быть что-то еще.
- Обсидиана...
- Нет, - я начинала выходить из себя.
- Да, мать твою! Почему ты не хочешь принять самый простой и логичный вариант?
- Потому, что если это так, мы в заднице, размеры которой вы себе даже представить не можете! - рявкнула я в ответ. - И то, что Гончие связаны с охотой еще нужно доказать, - уже тише.
- Я останусь при своем мнении, а поэтому с этих пор ни слова ректору о ходе охоты, - я скрипнула зубами. - Ты поняла?
- Да на хрена ему это?
- Ты задолбала или демонов не любит. Или то и другое!
- Поверь, ему гораздо проще грохнуть меня в СВАМе, а на врайтов, честно, ему насрать. Разгрести бы тот серпентарий, который уже в его коллекции.
- Ты не можешь знать наверняка, - гррр.
- Ты не понимаешь, мать твою! Он больше, чем ректор, и мы больше, чем просто его ученики!
- Ой, вот только не надо этих пафосных речей! - фыркнул он презрительно, чем окончательно вывел меня из себя. Я вскочила на ноги. - Не говори мне, что не знаешь, сколько грязи иногда скрывают от тебя те, кому ты доверяешь! - тьфу, и ведь самое обидное, что демон прав, и именно поэтому я бешусь. Что я знаю о Дакаре? Оборотень - наполовину, Теневой, ректор СВАМа, терпеть не может чай, обожает груши. Жесткий, опасный, умный, обладает информацией, способной по щелчку пальца сдвинуть мир со своей оси. Итого? Ноль целых, ноль десятых. Но... но он единственный, кто хоть как-то заботился о нас, кто понимал, пусть не до конца, но эти два пункта странным образом перевешивали все остальное. Что еще? Ах да, мои инстинкты молчали, а им я верила. Я субъективна? Плевать.
- Я никому не доверяю! - пора бы ему уже запомнить. На кончиках пальцев зажглись язычки пламени. Молодец. Довел. Я бы швырнула в него пересмешником, но гребанный гном снова взялся за молот. Голова закружилась, а потом темнота.
Меня похлопали по щекам, снова, и еще раз. Да поняла, поняла, встаю. Я разлепила глаза, прямо на меня сверху вниз смотрел демон. Что-то я зачастила у него на руках вырубаться, пора прекращать. Мы все еще были у ручейка, а солнце, если меня не обманывали глаза, не сдвинулось ни на мизинец. И то хлеб.
- Я так понял, с вопросами на сегодня мы покончили, - он помог мне сесть, поддерживая под спину. - Но Обсидиана, я тебя духами грома заклинаю, не говори ничего Дакару, - начать опять спорить? А смысл, он же непрошибаемый просто. Я пробурчала что-то нечленораздельное, на том и порешили. Где-то мы это уже проходили? Это к вопросу о повторении.
- Сколько продлится твой откат? - что-то прикидывая в уме, спросил демон.
- День, может полтора. Но самостоятельно сидеть я могу уже сейчас, - я наградила его кривой улыбкой, намекая на все еще удерживающие меня руки. Вместо ответа принц вернул мне ехидный взгляд и взмыл в воздух. Я смогла лишь отрывисто вскрикнуть и вцепиться в него всеми конечностями. Засранец!
Мы останавливались на передых раза четыре. Демон разминался, а я дремала под каким-нибудь деревом.
- Что было в мешке? - поинтересовался он во время очередной такой остановки. Я же написала?
- Голова казненного раба, - ответила я, поднимаясь на ноги. - Нам нужно назад во дворец и чем быстрее, тем лучше.
- А остальные?
- Плевать на них, - отмахнулась я. - Слишком много прошло времени, маловероятно, что я найду хоть что-то.
- Как скажешь, но зачем такая спешка?
- Хочу подтвердить одну теорию.
- Не поделишься?
- Отчего же? - принц сел рядом со мной. - Кажется, я знаю, зачем грохнули баронета и с охотой это никак не связано.
- С чем тогда?
- С дележом территории, - он недобро усмехнулся.
- Дай угадаю, Кэссиди в приданное? - у меня отвисла челюсть. - Да наслушался тут во дворце всякого, - выдал он, отчего-то стараясь не смотреть мне в глаза. Меня пробрал смех.
