И я, представьте себе, нашел-таки потерянную луну. Но не в небе, а в совершенно ином месте — в нашей повседневной речи. Каким образом, скажите, устроен наш календарь? Восемь дней в неделе, шесть недель в теннере, десять теннеров в году из четырехсот восьмидесяти дней… Никто из нас никогда не спрашивал себя, почему наш календарь устроен именно так. Никому из нас не приходило в голову узнать, отчего теннер зовется именно теннером, и никак по-другому, и почему в году ровно десять теннеров, а не иначе.
Но и это еще не все. Наше всем известное слово «теннер» означает момент, когда Небесный Глаз бывал полностью раскрыт. Так люди приняли в свою речь слово фагоров «теннхрр». Наш «теннер» — это «теннхрр» фагоров, и он же — «Т’Сехн-Хрр».
Тихий говор, зародившийся среди слушателей, постепенно становился громче. Сайрен Станд оглядывался по сторонам и, видимо, чувствовал себя очень неловко. Взяв со стола книжку Татро еще раз, СарториИрвраш призвал присутствующих к молчанию. Он был настолько увлечен своим рассказом, что уже не замечал пропасть, разверзшуюся у его ног.
— Вот, друзья мои, и весь вывод, к которому я пришел. Вот среди вас стоит король ЯндолАнганол и вы можете спросить его — я уверен, он знает правду и не посмеет опровергнуть мои слова — ибо не кто иной, как он, всеми силами способствует тому, чтобы на землях его королевства нечелы спокойно селились и размножались во множестве.
Но король ЯндолАнганол никого больше не интересовал. Злобные лица уставились на СарториИрвраша.
— Окончательный вывод так же ясен и очевиден. Раса фагоров вовсе не раса недавних пришельцев-захватчиков, каковыми являются, например, дриаты. Нет. Двурогие — это древняя раса. Некогда фагоры населяли всю Гелликонию сплошь, как теперь фламберги покрывают области Приполярья.
Фагоры были произведены на свет не во время последней Вейр-Зимы, как зовут холода сиборнельцы. Нет. Считать так — означает расписываться в своем невежестве. Правда в том, что на Гелликонии фагоры появились задолго до людей.
Фагоры владели Гелликонией прежде, чем в ее небе появился Фреир — и возможно, это продолжалось очень и очень много веков. Люди появились много позже. Сначала люди зависели от фагоров, были привязаны к ним накрепко. Фагоры научили людей речи, и потому в нашем языке до сих пор сохранилось столько слов двурогих. «Кхмир» на родном означает «период гона». Даже само имя нашего мира, «Гелликония», вышло из языка фагоров.
Король ЯндолАнганол наконец нашел в себе силы произнести слово. То, о чем говорил его бывший советник, настолько потрясало основы веры, что в течение некоторого довольно долгого времени король Орел стоял словно бы в трансе, выпучив глаза и приоткрыв рот, напоминая больше рыбу, чем гордую птицу.
— Ложь, ересь, святотатство! — выкрикнул он.
При слове «святотатство» опомнились и другие. Но вмешательство короля Сайрена Станда остановило зарождающийся скандал — монарх направил к ЯндолАнганолу стражников, которым было поручено следить за тем, чтобы вспыльчивый борлиенец не мешал выступлению. К королю Орлу устремились несколько дюжих воинов, но им пришлось остановиться перед сверкнувшими остриями мечей борлиенских капитанов, в любую секунду готовых к драке.
СарториИрвраш поднял голос.
— Итак, истина в том, что фагоры появились на свете много раньше людей. Фагоры были господствующей расой на Гелликонии и, вполне возможно, обращались с нашими предками как с животными до тех пор, пока мы, люди, не восстали и не освободились от их господства.
Нарастающий шум перешел в крики, которые становились все громче и громче. Некоторые люди, наоборот, опускались на колени и тихо молились. В саду появилась еще одна группа стражников, и несколько придворных дам поторопились уйти, не дожидаясь, когда начнется скандал и дело дойдет до рукопашной. В СарториИрвраша был брошен первый камень, угодивший ему в руку. Потирая ушибленное место, он продолжал говорить.
Обитатели Земли с сочувствием следили за событиями, которые разворачивались в саду короля Сайрена Станда. Земляне знали, что в словах СарториИрвраша содержится правда или почти правда. Знали они также и то, что человеческое существо отнюдь не любило правду превыше всего на свете, как полагал бывший советник. Правда была тем, за что все время приходилось бороться.
Космологи на Земле и Аверне реконструировали событие с исчезновением ТСехн-Хрр с максимально возможной степенью приближения. Катаклизм случился восемь миллионов земных лет назад, когда силы гравитации звезды, зовущейся Фреир, размерами и массой в 14 раз превышающей Солнце, вырвали ТСехн-Хрр из объятий Гелликонии.
Из вычислений следовало, что радиус ТСехн-Хрр составлял 1252 километра против 7723 километров Гелликонии.
Эти эпические события накрепко запечатлелись в безвременном сознании фагоров.
Кроме самого факта космологического события такого порядка, землян удивляло также и то, каким образом сумела Гелликония вообще пережить потерю своего спутника.
— Да, я понимаю, что подобное звучит как кощунство против нашего единого Бога, и прошу у вас за это прощения, — закричал в толпу СарториИрвраш. — Но я должен был сказать вам правду — в этом я видел свой долг. И объясню почему: поскольку фагоры были когда-то господствующей расой, то если их не уничтожить сейчас, они снова могут взять верх над людьми. Поставленные мной эксперименты позволили установить, что мы, люди, те же животные. Путем ли божьей воли или по другой причине, но люди в свое время произошли от иных — от домашних зверей фагоров, и случилось это после вселенского катаклизма. Люди произошли от иных точно так же, как в свое время фагоры произошли от фламбергов. И поскольку фагоры потомки фламбергов, то вполне может случиться так, что в один прекрасный день они снова покроют наш мир своими неисчислимыми стадами. Фагоры ждут своего часа, затаившись со своими кайдау на заоблачных плоскогорьях Нктрихта. Они в любой день готовы спуститься на равнины и отомстить нам. Они сотрут людей с лица земли. Помните об этом и страшитесь. Пока царит жара и господствует лето, фагоры должны быть уничтожены, потому что только летом люди являются полновластными хозяевами Гелликонии. Когда снова наступят холода и грянет зима, злобные кайдау вернутся!
Вот вам мое последнее слово: перестаньте враждовать между собой, не тратьте на это понапрасну силы. У нас есть общий враг, древний, безжалостный и затаившийся, а кроме того, есть и те, кто защищает этого врага, принимает у себя фагоров!
Но его уже никто не слушал. Вся высшая религиозная верхушка собралась здесь, включая самого Криспана Морну, вдохновителя крестовых походов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
