39
Утро, край закамуфлированного пятачка на вершине горы Риека. Я наблюдаю за отражением орбитальной станции Карантинных сил в облаках и думаю о том, какой вид принял наш «Мир» в их документах. Вот уже сто дней мы бездельничаем, если можно назвать бездельем строительство системы, отправку агентов, пополнение банка данных. Вещательные станции Маведах и Фронта не проронили о нас ни словечка. Вокруг нас продолжается смертоубийство, а мы узнаем новое и терпеливо ждем очередной попытки прекратить огонь.
— Спокойное местечко, правда? — спрашивает Дэвидж, появившийся со стороны энергоплатформы, скрытой деревьями.
Я киваю и поворачиваюсь к горам, как бы вырастающим из марева утреннего тумана. Крупное крылатое создание без всякого усилия парит над туманом, возносясь вверх, к крохотному горному озеру.
— Жнец говорит, что на Земле тоже есть такие уголки. В каких-то Скалистых горах. Бывал там?
— Да, только давно, еще в эпоху динозавров. — Видя мое удивление, он расплывается в улыбке. — В общем, давным-давно. Я учился летать на авиабазе в Колорадо, как раз в Скалистых горах. Серебряные горы похожи на них. Но эти места пониже, поэтому тут столько растительности. Однажды я летал над Гималаями, по сравнению с которыми даже Скалистые горы — жалкие бугорки. Ну а на Марсе громоздятся такие горы, по сравнению с которыми надо спрятаться даже Гималаям. Но по красоте ничто не сравнится с этим. — Он обводит рукой пейзаж и молча замирает рядом со мной.
— Только что сообщили, что Маведах объявил о новом раунде переговоров о перемирии с Фронтом, — говорит он немного погодя. — «Тин Синдие», «Глаз Убийцы», «Шестнадцать» получили приглашение участвовать в переговорах. Фронт еще не комментировал сообщение, однако Маведах молчал бы, если бы с Фронтом не было достигнуто предварительной договоренности. Мелкие группировки пока что помалкивают, однако наши агенты уже оповещены.
Я чувствую, что пришло время высказаться.
— Уилл, мне здесь нечего делать. Я тренирую тех немногих, кто не знаком с оружием, но этим мог бы заниматься любой. Не могу сидеть на горе, в безопасности, пока другие рискуют. Я тоже стану агентом, проникну в Гитох, поступлю в «Тин Синдие». Так я принесу гораздо больше пользы.
Человек не сводит глаз с заснеженных вершин самых высоких гор.
— Уважаю твои чувства, Ро. Но у меня есть для тебя задачка посложнее. Мне понадобится твоя помощь.
— В чем заключается работа?
— Мы продумали, как разведать, опознать, отследить и устранить реальных и потенциальных нарушителей перемирия. Чтобы осуществить свою часть мирной талмы, «Нави Ди» должна действовать быстро, решительно, наверняка. Необходимо неопровержимо доказать, что те, кого мы караем, реально нарушают перемирие или собираются его нарушить. Ошибки недопустимы. С одной стороны, кара должна настигать виновных своевременно, чтобы никто не успел забыть, в чем они провинились. С другой стороны, мы не должны устранять противников просто так, по настроению. Каждая акция должна быть санкционирована, а это означает, что должны существовать конкретные личности, дающие санкцию. Сейчас эти обязанности возложены на меня и на Зенака Аби. Я хочу, чтобы ты стал у нас третьим. Тогда решение будет приниматься большинством голосов.
Обрекая других на смерть, я до конца жизни не избавлюсь от ночных кошмаров. С другой стороны, знать, что одного твоего неверного решения достаточно, чтобы «Нави Ди» была уничтожена и мирная талма никогда не сбылась — степень ответственности, по сравнению с которой рисковать своей жизнью в качестве беззаботного убийцы все равно что играть в детские игры…
— Уилл! — зовет Кита от корабля. — Только что Фронт сообщил о начале переговоров о прекращении огня. К столу переговоров приглашены «Черный Октябрь», «Зеленый Огонь», «Пятерки» и «Роуз». Мелкие группировки еще не дали ответа, но наши агенты в «Тин Синдие» уже сообщают о гневной реакции.
Дэвидж поворачивается ко мне, и я с удивлением вижу, как глубоко запали у него глаза.
— Начинается, Ро.
Как же мне этого не хочется! Меньше всего на свете я готов решать, кому жить, кому умирать. Язи Ро, обрекающий одним своим словом на гибель, — что за абсурд! Но я закрываю глаза и согласно киваю. Человек хлопает меня по спине, сжимает мне плечо и торопится к Ките, на корабль. Напоследок я еще раз бросаю взгляд на горы и на огромное крылатое существо, продолжающее парить над морем тумана.
40
Мы на борту «Эола», зависшего между континентами Шорда и Дорадо. В информационном центре Кита, Жнец и я, а также три наблюдателя. Мы обрабатываем данные и сообщения от агентов и отслеживаем эфирное вещание, чтобы понять реакцию на намечаемые переговоры. Все мелкие группировки пришли в движение: в эфире злобные голоса, заявления экстремистов, бесконечные собрания и митинги, две стихийные демонстрации — но на реальные действия пока что никто не отважился. Проходит еще несколько минут — и Эли Мосс сообщает, что за нами следят.
— Не могу сказать точно, но, по-моему, слежка ведется с орбитальных станций Карантинных сил.
— Пытаются разобраться, кто мы такие, — предполагает Жнец. — Ничего, скоро узнают.
— Я включаю защитные экраны.
Наблюдатель Дженис Батлер отвлекается от своего пульта.
— Передача «Октября».
Она включает монитор, на котором красуется Раймонд Сика, нынешний глава «Черного Октября». Он предпочитает называть себя «Мстителем». Мы видим у него за спиной стену и черный флаг с кроваво-красным знаком «X», слышим крики толпы.
— … Зачем им перемирие с Фронтом? Что могут драки выложить на стол переговоров? Неужели они готовы отдать нам наши земли?
— Нет!!! — ревет в ответ толпа.
— Наших любимых, которых они убили?
— Нет!!!
— Вернуть нам Дорадо и Шорду?
— Нет!!!
Раймонд продолжает разглагольствовать, но на экране он возникает в другом ракурсе. Мы видим его гораздо отчетливее, хотя картинка прыгает. Это заработала одна из усовершенствованных компьютерных камер Гази. Она показывает сотни людей в черном, приближает каждое лицо по очереди.
— Кто передает изображение? — спрашивает Жнец у наблюдателя.
— Кот Из Подворотни.
Такую кличку взял Али Энаят. До чего отважен этот усач, отец двоих детей, снимающий исподтишка руководство «Черного Октября»!
— Он ведь не держит камеру в руках?
Я оборачиваюсь и вижу Дэвиджа, не сводящего взгляд с экрана. Жнец качает головой.
— Камера размером с пуговицу передает сигнал на компьютер.
— Но сигнал могут засечь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
