299
По их преданиям, они заимствовали это искусство у гномов. — (прим. авт.)
300
По поводу этой истории отец заметил: «Такие рассказы, как «Преданный камень“, повествующие о передаче части собственной «силы“ своим творениям, напоминают то, как Саурон вложил часть своей силы в основание Барад–дура и Правящее Кольцо»
301
«На каждом повороте торчали изваяния огромных неуклюжих людей, сидевших, скрестив ноги и сложив на толстых животах короткие ручки. Время стерло их лица, оставив лишь дыры глазниц, печально взирающие на проходящих»
302
Название «Друвайт–Йаур» («Старые земли бесов») есть на цветной карте мисс Паулины Бэйнс (см. стр. 261); оно находится значительно севернее гор полуострова Андраст, но отец утверждал, что название указано им самим и находится на нужном месте.
На полях приписано, что после сражений у Бродов Изена обнаружилось, что в Друвайт–Йауре действительно осталось немало друэдайн: они вышли из пещер, где жили, и напали на остатки Сарумановых войск, бежавшие на юг.
В отрывке, процитированном на стр. 370, есть упоминание о племени «дикарей», рыбаков и охотников, живших на берегах Энедвайта, родственных по языку и происхождению анориэнским друэдайн
303
Во ВК один раз упоминается название «уозы» («Woses»): Эльфхельм говорит Мериадоку Брендибаку: «Это голоса уозов, лесных дикарей». «Wose» — это модернизация (форма, которую это слово имело бы в современном английском языке, если бы оно сохранилось) англосаксонского «уаза» (wasa), встречающегося только в сложном слове wudu-wasa, «лесной дикарь» (Саэрос, эльф из Дориата, обозвал Турина «wood–wose», см. выше, стр. 80–81). Это слово долго сохранялось в английском языке, и наконец превратилось в «wood–house» — «лесной дом»). В одном месте упоминается слово, которое употребляли рохиррим на самом деле: «рог», мн.ч. «рогин»; «уоз» — это английский перевод этого слова.
По–видимому, название «Pukel (Здесь переводится как «бес». — (прим. перев.)» (снова перевод: англосаксонское «puca» — «гоблин, демон», родственное слову «риса», от которого произошло имя «Пак») употреблялось в Рохане только для обозначения статуй в Дунхарроу.
304
Английское wizard — от слова wise, «мудрый». — (прим. перев.)
305
В «Двух твердынях» (III, 8) сказано, что «многие считали Сарумана главой волшебников», а на Совете Эльронда («Братство Кольца», II, 2) Гэндальф прямо говорит: «Саруман Белый — величайший в нашем ордене».
306
Другой вариант того, что сказал Кирдан Гэндальфу, вручая ему в Серых Гаванях Кольцо Огня, приводится в главе «О Кольцах Власти» («Сильмариллион», стр. 338). Почти с теми же словами обращается Кирдан к Гэндальфу и в приложении B к ВК (в кратком введении к «Повести лет» Третьей эпохи).
307
В письме, датированном 1958 г., отец писал, что он ничего толком не знает о «двух остальных», поскольку они не связаны с историей северо-запада Средиземья. «Я полагаю, — писал он, — что они отправились посланцами в отдаленные края, на Юг и на Восток, за пределы тех мест, на которые распространялось влияние нуменорцев, чем-то вроде миссионеров в земли, захваченные врагом. Многого ли они сумели добиться, мне неизвестно; но я боюсь, что они пали, как и Саруман, хотя, несомненно, это произошло иначе, чем с ним; и я подозреваю, что именно они были основателями тайных культов и „магических“ традиций, переживших падение Саурона».
308
В очень позднем примечании, касающемся имен истари, о Радагасте говорится, что это имя происходит из наречия людей, живущих в Долинах Андуина, и что «теперь трудно точно установить его смысл». В «Братстве Кольца», II, 3 говорится, что Росгобель, «давнее жилище Радагаста», располагалось «в лесу между Карроком и Старой Лесной дорогой».
309
На самом деле, судя по упоминанию об Олорине в «Валаквенте» («Сильмариллион», стр. 18-19), представляется очевидным, что истари — майяр, поскольку Олорин — это и есть Гэндальф.
310
Видимо, Курумо — это квенийское имя Сарумана. Оно нигде больше не встречается. Курунир — синдарская форма этого имени. «Саруман», имя, которым его звали люди Севера, содержит англосаксонское слово зеаги, заги — «умение, хитрость, коварство». «Айвендиль», должно быть, означает «любящий птиц»; ср. «Линаэвен» — «птичье озеро», расположенное в Неврасте (см. приложение к «Сильмариллиону», раздел лип (I)). Что касается значения имени «Радагаст» — см. стр. 390 и прим. 4. Имя «Палландо», несмотря на написание, возможно, содержит основу ра1ап — «вдаль», встречающуюся также в словах «палантир» и «Паларран» — «Далекостранствующий» (название корабля Алдариона).
311
В письме, написанном в 1956 г., отец говорит, что «в ВК практически не встречается упоминаний о том, чего не существует на самом деле, на том же уровне бытия, что и прочие события романа (т.е. на уровне вторичной или «со–творческой“ реальности)», и в примечании к этой фразе добавляет: «Кошки королевы Берутиэли и имена двух остальных магов (пятеро минус Саруман, Гэндальф и Радагаст) — вот и все, что мне удалось припомнить». (В Мории Арагорн говорит о Гэндальфе, что «Он и в могильной темноте отыщет дорогу домой вернее кошек королевы Берутиэли» («Братство Кольца», II, 4).
Но, однако, на самом деле история королевы Берутиэли все же существует, хотя и в самом что ни на есть черновом наброске, часть которого совершенно неразборчива. Берутиэль была злой, замкнутой, нелюбящей и нелюбимой женой Тараннона, двенадцатого короля Гондора (830–913 годы Третьей эпохи), первого из «Морских королей», который принял корону под именем Фаластур, Владыка побережий, и был первым бездетным королем (ВК, приложение A, I, ii и iv). Берутиэль жила в Осгилиате, в Королевском дворце. Она ненавидела шум и запах моря и дом, построенный Таранноном под Пеларгиром — дом этот «стоял на арках, опоры которых были погружены в широко разлившиеся воды Этир–Андуина». Она ненавидела все искусные изделия, яркие краски и изящные украшения; одевалась она исключительно в черное с серебром и жила в пустых покоях, а сады ее дома в Осгилиате были заполнены странными извращенными скульптурами, стоявшими среди тисов и кипарисов. У королевы было девять черных кошек и одна белая — ее рабыни, с которыми она разговаривала или читала их воспоминания, и которых посылала вынюхивать все темные тайны Гондора, так что королеве было известно немало таких вещей, «которые люди сильнее всего желают скрыть». А белую кошку она отправляла следить за черными, и мучала их. Ни один человек в Гондоре не решился бы тронуть их — все боялись этих кошек, и лишь посылали проклятия им вслед. Далее единственная имеющаяся рукопись становится полностью неразборчивой — за исключением конца, где говорится, что имя Берутиэли было вычеркнуто из «Книги королей» («но память людская хранится не только в книгах, и кошки королевы Берутиэли навсегда вошли в поговорку»), и что король Тараннон велел посадить королеву на корабль вместе с ее кошками и пустил этот корабль по воле волн, когда дул северный ветер. Последний раз этот корабль видели, когда он, освещенный серпом луны, проплывал мимо Умбара. Одна кошка сидела на верхушке мачты, а вторая — на носу корабля, словно изваяние
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
