— Понимаю, князь, но во всяком случае нужно соблюдать крайнюю осторожность! Я бы советовал воспользоваться опытностью нашего Данилова. Он предан вам всею душой; к тому же степь не имеет от него тайн… В этом деле он незаменим!
— Делай как знаешь! — отвечал князь.
Управляющий поспешил вызвать Данилова, который при виде князя выразил такие знаки трогательного почтения, что князь прослезился.
Не теряя времени, Свечин сообщил ему подробности своего пленения Невидимыми, рассказал о графе и его друзьях и заявил, что хочет во что бы то ни стало овладеть Ивановичем.
Выслушав внимательно князя, Данилов отвечал:
— Здесь один только человек может помочь нам. Это атаман Черных всадников Хашим-баши, которому мне удалось спасти жизнь. Он в долгу предо мною и обещал помочь мне, когда бы я ни захотел этого!
— А где можно найти его?
— Нужно направиться в странноприимную общину и там спросить отца Николая!
— Так идем же туда!
XXI
Монастырь странноприимцев. — Отец Николай.
Была ночь. Все спало в городе, кроме бродячих псов и голодных волков, которые после заката солнца обыкновенно рыскают вокруг города. Двое мужчин крадучись вышли из задней калитки дворца Свечиных и темным переулком направились к окраине, где находилась странноприимная община. Молча добрались они до громадного каменного здания, более похожего на неприступную крепость, чем на мирную обитель.
В России, кроме настоящих, узаконенных монастырей, немало добровольных общин, не подчиняющихся никакому уставу; живут они милостыней жертвователей. В народе эти общежития иногда пользуются большим уважением; иногда же к ним относятся совершенно безучастно. Нередко случалось, что под скромным одеянием таких братцев скрывались самые заправские бродяги, фальшивомонетчики, грабители, беглые.
Про странноприимную общину особенно дурных слухов не было. Но и хорошего говорили мало. А шепотом, украдкой передавали кое-какие темные слухи, рисовавшие жизнь общинников совсем не в этом виде, как она представлялась напоказ. Но не будем забегать вперед.
Данилов еще днем разузнал, когда ему можно видеть отца Николая. Ему назначили время от 10 до 11 час вечера. И вот он, вместе со своим господином, поспешил на свидание.
Таинственные незнакомцы, пробиравшиеся в эту ночь к общине странноприимцев, были именно они.
Подойдя к воротам общины, они хотели было постучаться, как услышали позади себя шум приближающихся шагов. Инстинктивно они притаились за одной из массивных колонн входа, и почти тотчас же мимо них скользнула, как тень, какая-то мужская фигура. Незнакомец постучался сильно равномерными ударами, в ответ на что маленькая боковая калиточка в стене беззвучно отворилась, и слабый луч света упал прямо на лицо входящего.
— Иванович! — прошептали почти в один голос князь и его слуга.
— Зачем он пришел сюда и в такое время? — сказал князь. — По-видимому, он здесь свой человек!
— Не войти ли и нам за ним? — спросил Данилов.
— Ты не думаешь, что мы, поступив так, совершим неосторожность?
— А чем мы рискуем? — спросил Данилов. — В сущности, ведь мы пришли к назначенному времени: нас ждут!
С этими словами он подошел к калитке, куда прошел Иванович, и убедился, что она осталась незапертой. Он тихонько толкнул ее, и глазам пришедших открылся длинный слабо освещенный коридор. Они сделали несколько шагов вперед, почти не рассуждая, затем стали осторожно пробираться дальше. Пока они не замечали ничего особенного, но этот длинный едва освещенный коридор, конца которого не было видно, навеивал на них какое-то смутное ощущение опасности.
— Не вернуться ли нам назад? — сказал Данилов.
— Может быть, действительно нам следовало быть осторожнее! — согласился князь и остановился.
В этот момент до их слуха донесся шум голосов и как будто крики и пение, но за отдаленностью трудно было различить, что это были за голоса.
— Это не церковное пение! — с уверенностью заметил князь.
— Да, скорее, застольные песни. Слышите топот ног, словно там где-то пляшут и пируют!
— Ты прав! — сказал князь, и звуки этой пирушки побудили его идти дальше. — У тебя оружие при себе? — обратился он к Данилову.
— При себе, ваше сиятельство!
— Ну, так вперед!
И они стали осторожно подвигаться дальше; крики и пение раздавались все громче и яснее; вскоре не осталось уже ни малейшего сомнения, что в общине пировала многочисленная шайка грабителей.
Еще несколько сажен — и сквозь арку, ведущую в обширное подземелье, князь и его слуга увидели около сотни бражничавших бородатых людей. Все они были уже навеселе.
Вдруг один из присутствующих громко провозгласил:
— За твое здравие, Хашим-баши! Так, значит, я могу положиться на твое слово? Ты не забудешь, что мне обещал?
— Ваше превосходительство, Хашим-баши всегда держит свое слово. Будьте здоровы!
— Это голос Ивановича, — сказал князь, — этот негодяй явился сюда подговорить Черных всадников помочь ему.
— Ваше сиятельство, Хашим-баши встает; нам пора уходить! — прервал его Данилов.
В этот момент со всех сторон раздались сиплые голоса собутыльников:
— Куда ты, Хашим-баши?.. Останься с нами… Или тебе наскучило опоражнивать чары! Полно, не уходи, ты должен быть нашим атаманом и за столом, как в бою! — кричали ему со всех концов.
Но Хашим-баши оставался непреклонен.
— Молчите, товарищи! Я сейчас жду к себе гостя!
— Слышите, ваше сиятельство? Нам надо спешить! — снова шепнул князю Данилов, и оба направились к выходу, к монастырским воротам, у которых Данилов постучался довольно громко. Им отпер сам отец Николай, уже преобразившийся из Хашима-баши в степенного инока.
— Чего вы желаете, братие? — спросил он, ласково глядя на пришедших.
— Мы желаем говорить с отцом Николаем!
— Он перед вами!
— Мы испросили у вас разрешения повидать вас, и вы сами назначили нам это время!
— Так, так! — проговорил отец Николай. — Прошу пожаловать. Ночь прохладна; нам с вами лучше будет побеседовать в моей скромной келье чем здесь, на дворе! Следуйте за мной!
И мнимый монах повел их в другой конец здания, противоположный тому, где его товарищи все еще продолжали свою оргию. Вскоре посетители очутились в опрятной, скромно и бедно обставленной келье, обычного монастырского вида.
— Милости прошу садиться, гости дорогие! — пригласил мнимый монах. — Расскажите, что привело вас ко мне!
Данилов, назвав себя, но умолчав о князе, рассказал, что, полагаясь на обещание Хашим-баши помочь ему в случае нужды, явился сюда по данному атаманом адресу.
