всех желающих познакомиться с новым обликом замка будут организованы бесплатные часовые экскурсии – по две в день. Одна – в первой половине дня, другая – во второй. Одна просьба. Считаю, что экскурсионная группа не должна быть больше двадцати человек. Поэтому записывайтесь заранее. Листы для записи лежат в трактире при гостинице «На огонёк».
А сейчас, друзья, прошу за столы. Угощайтесь и поднимайте чаши за здоровье молодых и за процветание нашего города! Танцуйте и веселитесь! А вечером будет фейерверк.
Снова раздались крики и рукоплескания.
А потом закипел, засверкал, закружился праздник, какого давно уже не было на старинных улочках городка.
Мэр, господин Боттон пригласил молодых и их родню в здание ратуши.
– А как тебя посвящали в граждане города? – вполголоса спросила мужа Полина.
– Да никак, наверное, я стал им по праву рождения, потому что родился с фамилией Вундерстайн. А ты получила эту фамилию недавно. Отец, конечно, тогда устроил для горожан какой-то праздник по поводу моего рождения, это традиция. Но, думаю, он был гораздо скромнее, чем сейчас: в деньгах мы тогда были сильно ограничены. Так что, горожане давно не гуляли с таким размахом. Надеюсь, они повеселятся от всей души!
В ратуше уже был накрыт изобильный стол, за который и уселись мэр с семейством, некоторые служащие мэрии, ну и, конечно, гости. Но последние пробыли здесь недолго. Граф попросил у мэра разрешения откланяться – их ждали и в других местах. На прощание мэр вручил молодым небольшой, но весьма приятный подарок: альбом с фотографиями, которые некоторые горожане сделали в день венчания.
Не так-то легко оказалось преодолеть пешком небольшое расстояние от ратуши до гостиницы. Каждый встречный считал своим долгом и честью самолично поздравить молодых и выпить с ними. Понятно, что нет такого человека, который смог бы выдержать столько дружеских объятий и возлияний (похоже, горожане, будучи уже изрядно под хмельком, не слишком-то придерживались пиетета). Хорошо, что Брун и Тоби своими широкими плечами заслоняли хозяев и вежливо, но решительно оттесняли толпу. (Впрочем, Тоби успевал одновременно переглядываться с чьим-то чёрными глазами, которые сразу отыскал среди моря людских голов).
Когда Вундерстайны и Петерсы зашли под своды старого трактира, их снова встретили приветственные возгласы и рукоплескания. Здесь были все свои: участники раскопок – почти все – однокурсники и однофакультетники Полины, а также и некоторые преподаватели во главе с профессором Гудманом. Все хорошо знали и Полину, и профессора Вундерстайна, поэтому радость была непритворной. Было здесь и несколько молодых людей, которые втайне вздыхали по Полине Петерс, но в конце концов, ничего не поделаешь – надо уважать выбор человека! Молодожёнов окружила толпа, рукопожатия и поздравления никак не заканчивались. Наконец, к молодым пробился профессор Гудман. Он крепко пожал руку Полю, а у Полины её поцеловал, чем очень смутил свою ученицу. Потом все расселись за столы, и нет нужды описывать это продолжительное и весёлое застолье.
Стоит только сказать, что Микельса удалось уговорить пойти на компромисс и усадить членов его семьи за стол вместе с господами. Он, правда, настоял, чтобы этот стол стоял несколько поодаль. Раскрасневшиеся Анна и Антоний бегали туда-сюда, то в кухню, то в зал, дирижировали нанятой специально для этого дня многочисленной прислугой, следили, чтобы тарелки и бокалы гостей ни на минуту не оставались пустыми. Фанни то и дело срывалась с места, чтобы помочь своим родственникам, и её с трудом удавалось вернуть на прежнее место. Рыжик счёл благоразумным отправиться в кладовку (он побаивался, что ему наступят на хвост), а Пушка хозяйка вместе с креслом унесла в другую комнату – шума он категорически не приветствовал, поскольку тот мешал ему спать.
– Ну что, дорогой Вундерстайн, – обратился к своему коллеге Гудман. – Согласитесь, я в этом деле сыграл важную роль. Если бы я в прошлом году не посоветовал вам кандидатуру Полины Петерс на должность секретаря, не было бы сегодня этого праздника. Они бы могли никогда не встретиться!
– Да, да… – безусловно, – отвечал граф, а про себя подумал: «Они бы могли никогда не помириться…»
Потом столы отодвинули к стенам, с улицы пришли музыканты и грянула весёлая мелодия. Молодежь устроила танцы. Кто-то делал это по всем правилам, а кто-то просто прыгал и двигался в такт музыке – неважно! Главное, всем было очень весело. Как здесь, среди студентов, оказалась черноглазая девушка, которая отплясывала с Тоби, никто не знал, да и какая разница! Фанни наблюдала за ними с улыбкой.
Рольф Вундерстайн в который раз удивлялся, почему же ему не в тягость обилие народа, шум и безудержное веселье. «Наверное, – думал он, – всё дело в любви. Когда любишь людей, их присутствие не утомляет…»
Но вот небо над городом стало темнеть, солнце готово было спрятаться за горы.
Все высыпали на улицу. И, наконец, на фоне тёмного небосвода вспыхнули и рассыпались разноцветным дождём искры фейерверка. Снова раздались крики «Ура!», но надо ли удивляться, что они звучали слабее, чем утром?
Наевшиеся напившиеся (кое-кто чуть больше чем следовало), накричавшиеся, напевшиеся, наплясавшиеся усталые горожане разбредались по своим домам, чтобы там, сняв свои праздничные наряды, предаться крепкому, глубокому сну.
– Уважаемый Гудман, – попросил напоследок граф. – Вы не возражаете, если мы назавтра возьмём тайм-аут? Молодые только вчера вечером вернулись из свадебного путешествия. Мы даже толком не успели поговорить. Давайте сделаем так: мы проведём завтрашний день в кругу семьи, а вы со студентами займитесь тем, что вам больше по душе. Можете погулять по городу или окрестностям, можете сходить на озеро, оно здесь недалеко, вам покажут.
А послезавтра с утра приступим к работам. О технике я позабочусь.
Они простились, и профессор Гудман, не спеша, поднялся в свой номер. Возня в соседних комнатах затихала, на улицах городка воцарилась тишина, гостиница погружалась в сон.
Гудман подошёл к окну и стал вглядываться в далекие очертания гор и в силуэты стен и башен замка, которые уже почти слились с ночным небом.
«Всё правильно, – сказал он себе. – Сам подумай: разница больше, чем в двадцать лет! Всё это глупости и пустые мечтания! А с молодым Вундерстайном она будет счастлива. Всё правильно, всё правильно…»
136. Приятные новости
– Ну, мы, наконец-то, хотим услышать от вас более подробный рассказ о вашей Робинзонаде. Мы угадали с вашим отдыхом? – спросила госпожа Петерс утром следующего дня за завтраком.
– Это было потрясающе! – совершенно искренне воскликнул Поль. – Я не могу себе представить, где бы мы смогли столько почувствовать, испытать и увидеть. Я даже не знаю, с чего начать рассказ, то ли с парусника «Альбатрос» и его капитана Монти, то ли с прекрасного острова, затерянного в синих просторах океана, то ли с того, как мы готовили рыбу на углях!
При этих словах
