— Гай, ты здесь? — В дверном проеме показалась голова Ноя. — Пойдем-ка наверх, что покажу.
Смотритель аккуратно переступил через тигра и последовал за Ноем. Они дошли до самого носа корабля, где уже стояли все члены семьи.
— Что стряслось? — спросил Смотритель.
— Земля, — просто ответил Ной.
На горизонте в сером мареве и впрямь маячило темное пятнышко суши. Крохотный, явно каменистый и наверняка малопригодный для жизни клочок земли… Его вид почему-то вызвал в душе Смотрителя какую-то непонятную светлую грусть: то ли радость от предвкушения скорой высадки, то ли печаль от осознания того, что миссия, которую он уже успел полюбить, должна будет закончиться. Пусть не сейчас, пусть гораздо позже, но все же, все же…
— Но есть и плохая новость, — вмешался в его самокопания Ной.
— Какая?
— Нас, кажется, несет в другую сторону.
Ага, значит, еще поработаем…
«Ис-Керим» в тот день продрейфовал мимо увиденной земли. Надежда, поселившаяся на корабле новым членом экипажа, теперь заставляла людей по своей воле, безо всяких назначаемых дежурств, подолгу стоять у борта и гипнотизировать горизонт: а ну как снова покажется что-нибудь?
Но горизонт сам гипнотизировал неплохо: людям мерещилась земля, они поднимали радостный шум, на который сбегались все, чем бы кто ни занимался, вглядывались туда, куда показывал возбужденный, но уже не очень уверенный в себе «впередсмотрящий». На всеобщее разочарованное: «Там же ничего нет!» — он вяло отвечал: «Как же? Я же видел…» Его хлопали по плечу, улыбались, советовали отдохнуть, он уходил, посмеиваясь сам над собой, а на его месте оставался еще кто-нибудь — просто так, на море поглазеть. А через некоторое время — снова: «Земля-а!»
Настоящую землю экипаж «Ис-Керима» просмотрел. Проспал.
Громкий скрежет под днищем заставил всех вскочить среди ночи. Женщины, как обычно, перепугались, встали в темноте, прижавшись к друг другу — в ожидании очередной беды. Мужчины — все пятеро! — стремглав понеслись в трюм: скрежет — значит напоролись на что-то, не дай Царь Небесный — течь образуется…
Все оказалось в порядке: чисто, сухо и уже тихо.
В сонные головы не сразу пришла мысль подняться наверх и взглянуть: на что же все-таки напоролся Ковчег? Сперва посидели в трюме, восстановили дыхание, помолчали, затем, будто и впрямь проснувшись, также скопом рванули на палубу.
Луна, новая небесная знакомая шумеров, освещала теперь уже полагающийся ей подлунный мир ровным светом, и поэтому темный скальный массив, в который «Ис-Керим» уперся носом, был виден довольно четко. Нагромождение камней простиралось направо и налево до полной растворенности в темноте. Это была настоящая, большая суша. Наконец-то…
— И что теперь делать? — неожиданно для всех спросил Ной.
Ответа ни у кого с ходу не нашлось: а и впрямь — что делать?
Высаживаться? Ночью это делать несподручно, да и без разведки нельзя.
Идти на разведку? Опять же — ночь.
Дожидаться утра? А если корабль снова ляжет в дрейф и этой земли не видать, как своих ушей?
Значит, несмотря ни на что — высаживаться? А если здесь, кроме голых камней, ничего нет? А если «Ис-Керим» уплывет без них?..
Вероятно, каждый задал себе эти вопросы, и все сошлись в одном. Общую мысль озвучил Иафет:
— Ничего не делать. Спать идти.
Возражений не последовало.
— Да, пожалуй, — поддержал его Ной, — завтра, если «Ис-Керим» не пожелает отплыть, разведаем, что тут и как.
— А может, привязать его вон к тому камню? — дивясь общей несообразительности…
(все-таки не до конца проснулись плюс — ночь. Темно)…
предложил Смотритель.
— И то правда… — почесал в затылке Ной. Похоже, он удивился тому же самому. — Пошли-ка принесем самый длинный и крепкий канат.
В потемках, спотыкаясь о камни и поминутно оглядываясь…
(не отчалил ли корабль?)…
Сим, Гай и Ной добрались с причальным канатом до самого надежного, по их мнению, камня. Иафет и Хам стояли на носу и отслеживали возможные движения «Ис-Керима»: предупредить, если волна понесет судно. Но волна не нападала, а Ковчег будто и сам не хотел никуда уплывать. Уткнувшись в берег, он словно отдыхал от надоевшей качки и неопределенного дрейфа.
— Теперь можно спокойно засыпать, — удовлетворенно сказал поднявшийся на борт Ной, подергав канат и проверив узел, — завтра осмотримся.
«Завтра» показало людям довольно неплохой вид.
Скалистый ступенчатый склон с сохранившимися кое-где деревьями и кустами, несколько небольших полян в обрамлении острых камней, остатки какого-то домика и много мусора, нанесенного сюда ветрами и волнами.
— Неплохо для начала, — оптимистично заявил Ной после того, как они с Хамом и Симом вернулись из разведки, — простора, конечно, маловато, но там, повыше, есть парочка мест, где можно было бы славно разместиться.
— Разместиться? — удивилась Сара, жена Ноя. — Разве мы собираемся здесь остаться?
— А тебе не надоело плавать? — в свою очередь удивился Ной.
— Надоело. Но лучше, мне кажется, жить в корабле, чем начинать строить дом в этом ужасном месте.
— Почему ужасном? — продолжал удивляться Ной. — А ты что скажешь, Хранитель Времени? — Он неожиданно перевел всеобщее внимание на Гая.
И все разом уставились на Смотрителя. С надеждой, естественно. Для них слово Хранителя если и не закон, то но крайней мере убедительный повод для раздумий, а то и руководство к действию.
Но что можно сказать? Ничего конкретного, как обычно, как принято у Хранителей. Ведь это должен быть самостоятельный выбор Ноя, как, к слову, было и ранее… Да и неизвестно даже, что это за земля. Может, и не Арарат вовсе? Хотя на горную вершину похоже… Сейчас хорошо бы, конечно, свериться по спутнику и выяснить местоположение корабля поточнее, но потребная для этого аппаратура давно самоуничтожилась.
— А что ты хочешь спросить, Ной?
Смотритель решил потянуть время. В конце концов, он же Хранитель.
— Стоит нам здесь оставаться или плыть дальше? Как там наше Время — предназначено для плаванья или нет? И вообще, что ты про все это думаешь?
— Я думаю, что земля эта… — Смотритель, сощурившись, оглядел скалистый остров, — не покроется водой. Здесь будет сухо. А оставаться нам здесь или плыть дальше, искать земли красивее и удобнее — это уж твое решение, Ной. Я не могу на него влиять.
— Маловато, конечно, — скептически сказал Ной, — но все же больше, чем ничего… Ох, Хранители…
— Могу сказать еще кое-что, — улыбнулся Смотритель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
