К шести часам он вернулся к воротам и обнаружил их открытыми, а караульные помещения пустыми. Офицер бросился в казармы цивильной стражи. Оказалось, что охрана была снята с постов и отправлена в казармы лично графом Гирке. Он предъявил фальшивый рескрипт, предписывавший ему взять под охрану Ржавые ворота.
– Это не доказывает, что Алва ими воспользовался, – Левия бы сюда, с шадди. – Халлоран тоже получил «приказ», а Карваль со вчерашнего утра ветер ловит. Два ложных следа у нас уже есть, только третьего не хватает.
– Они там были, – Тристрам не собирался сдаваться. – Посетители трактира «Разухабистый молодчик» слышали, как мимо проехал большой отряд. Хозяин выглянул в окно. Ворота были открыты, а на подъезде стояли цивильники с факелами. Трактирщик ничего не заподозрил, решил, что так и надо.
– Он видел только стражников?
– Нет, он видел конный отряд, но со спины.
– Я доложу его величеству, – пообещал Эпинэ, проклиная свою голову и чужую назойливость. – Когда вы сможете выступить?
– В любой момент, – обрадовал Тристрам. – Гвардия готова!
– Сейчас рано. – Иноходец глянул в окно: благословенная зимняя ночь и не думала кончаться. – В такой темноте только ноги лошадям ломать. И потом, нужно о городе подумать, мы не кого-нибудь ловим, а Ворона! С него станется выманить защитников за стены и захватить дворец. Если ворота стояли открытыми, мятежники могли выехать вместе и с шумом, а вернуться порознь и тихо.
– Об этом я не подумал, – на исполненной рвения физиономии проступило беспокойство, – я вышлю разведчиков.
– Договоритесь с Пуэном, – велел Робер, – у нас не так много людей, чтобы гонять их одними и теми же улицами. У Ржавых вы уже были, разузнайте, что творится у Конских, и к десяти будьте готовы.
– Государь велел докладывать лично ему, – уперся Тристрам, – и я не хотел бы…
– Государь занят, – отрезал Эпинэ, знать не знавший, куда провалился утешавшийся можжевеловой настойкой сюзерен, – а время не терпит. Не волнуйтесь, генерал. Я доложу о вашем… усердии и о том, что именно вы напали на след.
– След еще нужно проверить, – заволновался лизоблюд. – Мы не можем рисковать. Если Алва вернулся в город, следует принять дополнительные меры по охране дворца.
– Они приняты, – Эпинэ подтянул к себе первый попавшийся документ, оказавшийся все тем же письмом Придда. – Охраной его величества командует гимнет-капитан Лаптон, и у меня нет оснований ему не доверять. Идите, договаривайтесь с Пуэном. Простите, я очень занят.
– Да, монсеньор!
Тристрам наконец убрался. Со спины он напоминал покойного Рокслея, но военный из него был никакой.
Эпинэ подавил зевок, развернул план города и обвел Ржавые ворота. Далеко, что не может не радовать. Пока рассветет, пока объявится Альдо, расспросит разведчиков и доставленных очевидцев, прикажет что-нибудь судьбоносное… Раньше одиннадцати не выступить, а до ворот на рысях больше часа. Из города они выберутся в полдень, не раньше, значит, у Ворона десять часов форы и три дороги на выбор, а преследователям еще нужно разобраться, где свернуть. Вряд ли Алва с Валентином позабудут спутать следы, значит, погоне придется делить силы, и еще вопрос, кто кого в конце концов поймает, да и будет ли ловить.
Если Альдо пошлет за одним Первым маршалом другого, да еще с Карвалем, то почему бы и не догнать? Не догнать и не вернуться вместе? Две с половиной тысячи южан, «спруты» и полторы тысячи Левия, если кардинал рискнет, против тысячи гимнетов и десяти тысяч не поймешь кого – не так уж и плохо. Особенно с Вороном во главе. Главное, не допустить бунта, но Алва и не такое может… Только бы найти и договориться, дальше пусть командует сам, а наше дело – исполнять. Проклятье, и что это сталось с Эпинэ, прежде были маршалы как маршалы, а сейчас на полковников и то не тянут.
2
– Монсеньор. – Глаза у вбежавшего Жильбера были на лбу. – Гимнет-капитан Мевен!
– Что? – не понял Робер, – ты о чем?
– Эпинэ? Это вы? – Не дождавшийся приглашения Мевен, пошатываясь, ввалился в приемную. Его мундир был измят, небритую щеку украшали ссадины. – Где… где его величество?
– Не знаю, – честно признал Иноходец. – Он устал и… удалился. Вам удалось бежать?
– Нет, – замотал головой виконт, – не удалось. Мне ничего не удалось.
– Садитесь, – велел Робер, и Мевен плюхнулся в ближайшее кресло. Он и в самом деле не бежал, его отпустил Ворон. Кэналлиец вечно всех отпускает, а вот Дикон… Простил и взял с собой или хуже?
– Где Окделл?!
– По дороге в Придду, – виконт тоскливо огляделся, и Робер сообразил, в чем дело.
– Вино будете?
– Да!
– Не вставайте, я налью. Жильбер, можешь идти.
– Спасибо, – гимнет-капитан проводил адъютанта взглядам и потер щеку. – Признаться, рад, что нарвался на вас.
И радость эта взаимна. Только б Альдо не проспался раньше времени, но, слава Леворукому, еще темно.
– Что с Ричардом? Только правду, слышите?!
– Вот, – Мевен вытащил из кармана измятый листок, – от Придда. Как говорится, в собственные руки.
– Закатные твари! – Эпинэ выхватил послание. – Второе письмо от Спрута за ночь – это слишком.
Мевен, не отрываясь от бокала, поднял глаза. Слишком усталые, чтобы быть удивленными.
– Второе?
– Пейте, – велел Иноходец. Читать было страшно, и Робер бросился в письмо, как в бой.
«Любезный господин Эпинэ, – может, Валентин и писал на колене, на почерке это не сказалось, – исполняя приказ Первого маршала Талига, уведомляю Вас, что г-ну Окделлу не грозит ничего, кроме мук совести, каковые ему также никоим образом не угрожают.
При желании Вы можете получить означенного Окделла в свое полное распоряжение не раньше первого и не позднее третьего дня Зимних Ветров текущего года в Фебидах. Чтобы получить искомое, Вам следует прислать доверенное лицо, снабдив его доказательствами того, что оно действует по Вашему поручению. В противном случае я буду вынужден вывезти г-на Окделла в Ноймар, так как отвечаю за сохранность Повелителя Скал и, следовательно, не могу отдать сего господина на милость его (г-на Окделла) разума и воображения.
Пребываю к Вам в глубочайшем уважении.
Полковник Придд.
Окрестности Олларии. 400 год К. С. Утро 20-го дня Зимних Скал».
– Вы читали? – сдавленным голосом произнес Робер, понимая, что и здесь обошлось.
– Нет, – поморщился Мевен, – но там должно быть об Окделле.
– У Кольца Эрнани его отпустят, – подтвердил Робер, – вернее, не отпустят, а передадут тому, кто за ним приедет.
– Это правильно, – одобрил гимнет-капитан, – иначе бедняга наделает глупостей.
– Я отправлю за ним Карваля, – решил Эпинэ, – когда он вернется.
Только сперва надо решить с погоней, потому что мертвый Алва сюзерену нужней, чем живой Дикон. Проклятье, неужели Никола опоздает, и за Вороном отправят очередную шваль?! Или рискнут гимнетами? Альдо может…
– Мевен, пока мы вдвоем, расскажите, что же все-таки случилось. Разумеется, потом вы доложите еще раз.
– Что случилось? – дернул ободранной щекой виконт. – Как оказалось, ничего… Несколько трупов, дюжина выстрелов, скачка и – ничего…
– То есть? – окна неумолимо наливались утренней синевой. Скоро кто-нибудь явится.
– Ах да… Вы же не
