стволе, склонившемся над водой, парео расстелено. А рядом доска для серфинга прислонена. Кто-то из местных дамочек забрел, вернее, заплыл. Ну и ладно, лишь бы ко мне приставать не начала. К тому же я забыл где-нибудь на видном месте приколотить табличку с надписью «Занято». И уж тем более нет у некоего Анте Свенссона права собственности на данный конкретный участок побережья. Короче, кто успел, тот и съел. Или, как говаривал Мак, кто раньше встал, того и тапки. Мне же многого не надо – стянув мокрую майку и содрав с ног аквашузы, я развалился на песке с тем расчетом, чтобы легчайшая набегающая волна лизала пятки. Приятное ощущение, черт возьми! Оправдывает любые неудобства. Ради этого я даже сомнительную компанию готов потерпеть. Да и погода радует – подложив руки под затылок, я подставил лицо ласковым лучам Сола и расслабился.
Хорошо все-таки! Легкий шум прибоя, доносящийся по большей части от скал, чуть слышимый ветер, шорох пальмовых листьев, скрип песка под чьими-то шагами… шагами?!
– Здравствуйте, Антуан. Не помешаю?
Ага, знакомый голос. Только со вчерашнего дня изрядно окрепший и обретший легкую сексапильную хрипотцу. Франсин, чтоб ее черти взяли, Моро. Нет, ну как так?! Кого угодно ожидал из местных, ту же Тинку, но чтобы приблудная докторша… нюх у нее на секретные нычки, что ли?.. И вообще, как это ее из больнички выпустили? Хотя чему я удивляюсь, если ей сил хватило до этой бухточки доплыть, то в лазарете ее точно никто держать не стал бы. Только не док Синтия. У нее с симулянтами разговор короткий.
– Добрый день, Франсин, – проявил я ответную вежливость, сделав над собой усилие. Правда, глаза открывать не стал, слишком уж хорошо мне было, чтобы нарушать идиллию. – Или уже вечер?
– Похоже на то, – улыбнулась женщина. Насчет улыбки я догадался, да и представил ее лицо, не удержался. Все-таки симпатичная дамочка. – Присяду?
Я пожал плечам – пляж не мой, с чего бы запрещать?
Слева неподалеку раздался шорох песка, и на мое лицо легла тень. Вот зараза! Случайно вышло, или специально так подгадала? Пришлось нехотя размежить веки и посмотреть на гостью.
Та мое недовольство проигнорировала, ответив лучезарной улыбкой. И, вынужден признать, выглядела она куда лучше, чем вчера в палате. И щеки румяные, и глаза блестят вовсе не лихорадочно, а лукаво. Да и волосы тщательно вымыты и ухожены – естественно, до купания. Но и сейчас, когда они немного слиплись и падали на плечи и лицо отдельными живописно-хаотичными чуть вьющимися прядями, хуже не стало, а вовсе даже наоборот. Ч-черт, да она уже даже впечатление костлявой не производит! Ну да, худоба чуть излишняя, но без перебора. Все на месте – и грудь, и бедра, и попа. Даже с учетом стандартного купальника вспомогательного персонала базы из серого тянущегося тактиля. А может, как раз благодаря ему – ничего не отвлекает от, так сказать, естественных красот. Пусть и не бикини, зато ткань плотно облегает фигуру, подтягивая и поддерживая там, где нужно. Если честно, мне топы и шортики-мини нравятся куда больше лифов и стрингов, которые Тинка почему-то предпочитает…
– Как вы сюда попали? – поинтересовался я, когда пауза затянулась дольше приличного. – Многие местные про этот пляж не знают.
– Случайно, – снова улыбнулась доктор Моро.
Она специально меня из себя выводит, что ли? Или я к ней несправедлив? А нечего было планы мои рушить.
– Собирались осмотреться? – Я вздохнул и тоже сел, развернувшись к собеседнице лицом. Все-таки валяться на песке и поглядывать на девушку снизу вверх не очень прилично. – А потом увлеклись?
– Примерно так, – кивнула Франсин. – А вы, я гляжу, тут каждую тропку знаете?
– Всего лишь одну. И то лишь по той причине, что сам ее протоптал.
– А почему вы прячетесь?
– А вы?
– Не знаю… просто захотелось побыть одной, когда здесь оказалась. Место… не знаю, как выразиться… очень уж фактурное. Нужный настрой задает.
Это да, сам первый раз так же попался. Часа три проторчал на пляже, причем даже не купался, а просто сидел под пальмой и смотрел на воду и небо. А потом пришлось плыть в обход, потому что стемнело и на скалах я бы запросто убился. Опыта-то еще не набрался. Это сейчас могу почти на ощупь пройти, и даже ничего себе не сломать.
– А вы смелая.
Доктор Моро одарила меня озадаченным взглядом, но промолчала.
– Я думал, последнее приключение вам навсегда привьет отвращение к воде, – логически развил я мысль. – А вы не успели из лазарета выйти, и сразу купаться. Не говоря о том, что с серфингом я бы на вашем месте тоже повременил.
– С чего бы? – удивилась Франсин. – Я очень люблю море. Я на нем родилась и выросла. Оно меня успокаивает и придает сил, подпитывает своей энергией. Так что морская прогулка мне только на пользу.
И не поспоришь – цветущий вид еще вчера изможденной и еле живой женщины говорил сам за себя.
– И все же… почему вы прячетесь, Антуан?
– Я интроверт.
– Серьезный повод. Но по вам не скажешь.
– А что по мне скажешь? – невольно заинтересовался я.
– Ну… интересный молодой человек. Подтянутый, спортивный. Со скалы прыгать умеет…
– Сомнительные достоинства, – хмыкнул я. – Мне всегда казалось, что женщины во мне прежде всего ценят ум и сообразительность.
– Вам бессовестно врали, – улыбнулась доктор Моро. – Все девушки прежде всего смотрят на экстерьер, если позволите так выразиться.
Н-да. Вроде бы и похвалила, а по факту опустила ниже плинтуса. Я себя в этот момент почему-то почувствовал новооймяконским хаски – породистым и с идеальным экстерьером. Гав, что ли?..
– А вы тоже очень даже ничего, – вернул я сомнительный комплимент, окинув докторшу демонстративно оценивающим взглядом. – Но это так, приятный бонус к уму и скрытности.
– Почему скрытности? – удивилась моя собеседница. – Я разве дала повод обо мне так думать?
Я в ответ пожал плечами.
– Когда?!
– Вчера, когда были не до конца с нами откровенны.
– Я не врала, – нахмурилась Франсин.
– А я такого и не говорю. Просто были не до конца откровенны.
– Да в чем?!
Ага, задело за живое.
– Вы очень ловко замяли тему с шепчущим китом, находившимся в районе возникновения аномалии. Я
