Кровавые Орлы шагали впереди и позади Каруса и женщин, ехавших верхом. Теноктрис, к удивлению окружающих, оказалась отличной наездницей. Но Шарина знала, что изумляться здесь нечему. Отец волшебницы был благородным дворянином, и она получила воспитание, подобающее настоящей леди.
Старая волшебница насмешливо фыркнула в ответ на приказ короля.
— Как же моя смерть навредит Островам больше, чем ваша, Ваше Величество? — поинтересовалась она. — А вы к тому же собираетесь лично руководить штурмом стен.
За земляными валами и траншеями лорд Валдрон и его офицеры ждали возвращающуюся армию и короля. Для охраны флотилии Карус оставил внушительный гарнизон, несмотря на то что Теноктрис не увидела опасности с моря. Все ее попытки рассмотреть в чаше из оникса третью угрозу не увенчались успехом.
— Мне придется это делать. К тому же теперь, когда армия графа Лердока перешла на нашу сторону, риск значительно сократился. Вряд ли торгаши, призванные защищать эти стены, захотят умирать.
— Да, — согласилась Теноктрис. — А мне нужно попасть в храм этой Лунной Владычицы. И совсем не важно, опасно это или нет. Рана от стрелы может быть не такой смертельной, как та, что грозит нам, если не поторопиться.
Армия Блэйза строилась в полки намного медленнее, чем вымуштрованные солдаты короля. Поэтому они шли в арьергарде королевской армии. За ними, приглядывая, чтобы люди Лердока держали строй, располагались Кровавые Орлы. На флаге королевских стражников развевался лев.
Защитники осажденного города не могли не заметить, что численность противника увеличилась в два раза. Надежды на помощь союзников у них не осталось.
Шарина склонилась к старой волшебнице и прошептала, не опасаясь, что их подслушают:
— Как ты себя чувствуешь, Теноктрис? Ты кажешься…
— Наверное, раздраженной, — подсказала волшебница, чтобы Шарина не мучилась с подбором слов, опасаясь обидеть ее.
— Нет, взволнованной. — Шарина старалась быть тактичной.
Теноктрис засмеялась.
— Я ужасно взволнована. Больше того, я даже напугана. Какое-то время мне казалось, что эти Дети Владычицы не понимают, какие силы приводят в действие. Теперь я чувствую, что за Мощь стоит за ними. Она использует их как пешек в игре. Я думаю, опасность нависла не только над королевством, но и над человечеством.
Лорд Валдрон выдвинул вперед артиллерию, как только курьер сообщил ему о плане короля. Он расставил катапульты и баллисты напротив главных ворот Доннела, чтобы без промедления привести их в действие. Всю остальную тяжелую артиллерию лорд разместил вокруг стен на тележках, запряженных мулами. Старый дворянин старался снизить риск, которому будет подвергаться при штурме жизнь короля.
Перед траншеями Шарина помогла Теноктрис слезть с коня. Лорд Валдрон поприветствовал Каруса. Ему не пришлось пробиваться сквозь строй королевских телохранителей — никто не посмел остановить командующего.
— Ваше Величество! — обратился он к королю, остановившись между двумя стражниками. — Я подготовил все, что смог. Но не думаю…
— Все отлично, милорд, — поспешил ему навстречу Карус, отодвигая стражников в сторону. — Ты продумал все до мелочей. Но я должен принять участие в штурме и первым войти в этот город.
Он снял шлем и прибавил:
— Пусть увидят того, кто дарует им жизнь. А теперь нужно передвинуть наши щиты так, чтобы я мог подобраться поближе к стенам.
Но к удивлению короля и всей свиты блоки, приводящие в действие городские ворота, заскрипели. Обе тяжелые створки начали потихоньку приоткрываться. Купцы сбросили свои щиты с башен и дружно закричали:
— Мы сдаемся!
— Клянусь Госпожой! — недоуменно воскликнул Карус. — Нам даже не придется применять силу убеждения.
Король прошел между щитами, которые его войска стали продвигать к стенам города. Шарина быстро проскользнула за ним следом, прежде чем Аттапер заметил это и закричал солдатам:
— Эй! Не пропускайте ее!
Из городских ворот навстречу королю вышло не меньше дюжины защитников. У них в руках не было ни щитов, ни копий. Некоторые даже отстегнули с пояса ножны с мечами.
Полный человек вышел вперед и встал на колени перед Шариной и Карусом.
— Ваше Величество, — обратился он, низко склонив голову. — Объявите нам условия сдачи. Но по правде…
Он посмотрел на короля. На его лице застыли страх и мольба о пощаде.
— …единственное, что нас заботит, — это наши жизни. Если вы захотите нас казнить, то сделайте это вне стен города, где царит кромешный ад.
— Я хотел предложить вам место в королевской армии, если вы сдадите город без боя, — усмехнулся Карус. — Вы уже выполнили свою часть сделки, и не стоит беспокоиться, что я не исполню свою. Но отчего вы так стремитесь покинуть город?
Отряд Кровавых Орлов уже добрался до ворот и занял место между королем и горожанами. Оттеснив парламентера на безопасное расстояние, Аттапер и офицер охраны встали по обе стороны от него.
— Они схватили ребенка, — сказал один из купцов, стоявших на коленях. На его лице отразилось сильное волнение. — Мы поняли, что они собираются принести девочку в жертву в храме. Мы не святые, но…
— Мы не хотим, чтобы детей убивали, как гусей на празднике, — заявил еще один парламентер. Он слегка шепелявил, потому что свежая рана на щеке не давала ему возможности широко раскрыть рот. — И я сам не хочу принимать участие в том, для чего понадобилось убивать детей!
Солдаты из осажденного города одобрительно закивали головами.
— Это то, чего я боялась, — печально произнесла Теноктрис. Шарина подпрыгнула от неожиданности, услышав ее голос. Волшебница потихоньку пробралась к ним, никем не незамеченная. — Заклинание было составлено сотни лет назад. Оставалось только насытить его кровью. И тогда механизм придет в движение. Мы должны остановить их.
К воротам подошел первый батальон графа Лердока. Вместе с отрядом Кровавых Орлов они обезоружили всех, кто вышел из ворот Доннела. Горожане не оказали никакого сопротивления.
— И мы сделаем это, — подтвердил Карус, вытаскивая свой меч. — Волшебник, который собирается использовать кровавую магию, встретится с острием моего клинка.
Подняв меч над головой, он проревел:
— Лорд Валдрон! Разверни фалангу у ворот! Никто не должен покинуть город, пока мы не разделаемся с Детьми Владычицы! Кровавые Орлы, пехота, за мной в храм. Мы должны остановить то, что там происходит!
Карус ткнул пальцем на главного парламентера:
— Ты покажешь нам дорогу! Вперед!
Горожанин вскочил на ноги. Даже если он и боялся возвращаться, то не выдал страха ни одним жестом. Аттапер отдал ему пояс и нож. Единственное, что он не получил назад, — это меч.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
