Настоящим, а не той подставной фигурой, которая гасит внутренние конфликты поддельных ключников. Чем черт не шутит, когда Бог не видит? Канцлером Бернар тоже стал далеко не сразу.
— Скажи, дорогая, — возвращаясь к Маргарите уже с бокалом вина, произнес Бернар, — может быть, ты сможешь устроить нам встречу с вашим высшим администратором?
Хранительница нахмурила брови.
— Зачем тебе это?
Мужчина усмехнулся и отвел взгляд, изображая стеснение, которого не чувствовал на самом деле.
— Я занимаю одну из высочайших должностей во Франции, — сказал он негромко. — Возможно, я мог бы быть полезен вашему администратору не только в качестве ключника. Полагаю, один разговор с глазу на глаз, и все вопросы будут решены. Так или иначе, но я не вижу смысла бегать от судьбы. Тем более что с теми возможностями, которые вы так ярко продемонстрировали в Берлине, и бегать-то долго не удастся.
Маргарита крепко задумалась, взяв бокал из рук канцлера. Их пальцы при этом соприкоснулись и замерли на несколько мгновений. Но ни женщина, ни мужчина не почувствовали ничего особенного в этом случайном совпадении.
— Я попробую, Бернар, — наконец, приняла решение она. — Но ничего не могу пообещать.
Он улыбнулся, взяв ее за руку. И склонившись, поцеловал запястье.
— Твоего обещания — достаточно, дорогая.
Глава 19
Красноярское княжество, Ермаков. Князь Романов Дмитрий Алексеевич.
Внедорожник лихо подпрыгнул с трамплина и, развернувшись в воздухе на сто восемьдесят градусов, продолжил движение задним ходом. Машина виляла, объезжая расставленные на трассе конусы, не задев ни одного. Вылетающие из трасс-дублеров имитации автомобилей заставляли внедорожник крутиться, избегая столкновения, при этом не сбавляя скорости.
— Неплохо, — прокомментировал увиденное стоящий рядом со мной градоначальник Ермакова.
— Да, — кивнул я, глядя на то, как машина под управлением искусственного интеллекта вклинивается в быстрый поток автомобилей.
Для имитации движения на трассе мы установили только проекции машин. Остовы старых, набранных на свалке автомобилей, проржавели, но зато стоили копейки, и мне не пришлось бы платить их владельцам компенсацию в случае аварий.
— Но сможет ли она так же без подключения к Сети, Дмитрий Алексеевич? — спросил боярин.
— Сможет, Руслан Никифорович, — ответил я. — Однако гарантировать абсолютное избегание столкновений мы не можем. На дороге бывает всякое.
Боярин покивал, не споря с очевидным.
— Конечно, машина выберет вариант, при котором вероятность жертв среди участников аварии будет меньше всего, — продолжил я. — Но не все зависит от нее. Другие участники движения тоже должны быть разумны. А что касается экстремальной ситуации…
Я надавил на кнопку, установленную на панели перед нами. Автомобильный поток, в котором внедорожник лихо скакал между полосами, выходя на предельно допустимую скорость, растерял всякий порядок и контроль. Один ржавый остов врезался в бетонное заграждение, рассыпавшись едва ли не в пыль. Другой резко затормозил, и ему в зад тут же влетел шедший следом.
В мгновение ока на имитации скоростной трассы начался хаос. Наш внедорожник ускользал от столкновения шестьдесят три секунды, при этом продолжая наматывать круги по полигону. Но в конечном счете ему все равно пришлось остановиться, чтобы не врезаться в нагромождение битых остовов. И получить в задний бампер мощный удар от ближайшего преследователя.
— Ну, знаете, Дмитрий Алексеевич, — протянул Руслан Никифорович. — Я бы уже раз двадцать в такой ситуации насмерть разбился! А вы недовольны, по лицу вашему вижу. Да выпустите на дороги Русского царства эти свои машины, и вы сами не заметите, как на них пересядет большинство автовладельцев.
Я усмехнулся.
Боярин Шилов был прав с точки зрения сегодняшнего дня. Продемонстрированный результат, конечно, впечатляет, когда ты не думаешь о том, к чему приведет со временем развитие полностью автоматизированной автомобильной промышленности.
Но я-то представлял себе, как будет выглядеть подобное будущее. Машины, доступ к управлению со стороны которых попросту отсутствует. Огромные скорости и отсутствие пробок. Нулевая аварийность и при этом — всего несколько моделей автомобилей, различающихся исключительно внешней оболочкой, но с одинаковой начинкой для всех. Потому что когда на трассе все движутся со скоростью, превышающей двести километров в час, нельзя, чтобы кто-то выбивался из потока.
Но у нас здесь и сейчас десятки производителей автомобилей, и у каждого от пяти до двадцати моделей. К тому же каждый год на дорогу выплескиваются обновленные версии, но при этом никто не убирает устаревшие ведра с болтами, которые застали еще прошлый век.
Без введения единого высокого стандарта автомобилей ни о каком снижении аварийности на дороге говорить не приходится. А чтобы выдать каждому доступный транспорт, нужно менять всю систему в корне.
— Этого будет мало, — вздохнул я, отключая демонстрацию.
Застывшие остовы и немного побитый при столкновении внедорожник теперь можно было растащить. Автополигон свою задачу выполнил, и претензий к Шилову у меня не было — боярин постарался на славу, исполнив мою волю. Теперь настала пора выдать поощрение.
— Что ж, на сегодня мы закончили, Руслан Никифорович, — произнес я, оборачиваясь к градоначальнику моего города. — Вашим участием я полностью удовлетворен.
Боярин улыбнулся и чуть приосанился.
— Рад стараться, Дмитрий Алексеевич, — ответил он.
— А чтобы у вас и в будущем не иссякло желание работать с таким же усердием и исполнительностью, — продолжил речь я. — Виталя, вручи, пожалуйста, боярину Шилову наш маленький подарок.
Слуга кивнул и протянул Руслану Никифоровичу чемодан с наномашинами. Градоначальник вцепился в ручку так, что костяшки пальцев побелели.
Ничего удивительного в такой реакции не было. Здоровье и годы жизни — самое ценное, что можно предложить современному человеку. Ведь все остальное при должном старании благородные семьи могут получить и так — либо через интриги и договоры, либо взяв деньгами.
То, что я планировал в дальнейшем провести всех своих подданных через оздоровление наноботами, за пределы круга близких мне людей не выходило. И теперь Шилов будет уверен — он свой курс лечения заслужил верной и достойной службой. А значит, станет стараться и впредь.
Ведь у Руслана Никифоровича есть как супруга, так и дети, о которых тоже следует позаботиться.
— Как проходить курс, вы уже знаете? — уточнил я, наблюдая за своим боярином.
— Знаю, Дмитрий Алексеевич, — сосредоточенно кивнул тот. — А если вопросы появятся, я напрямую в фонд обращусь. Не беспокоить же такого занятого человека, как вы, Дмитрий Алексеевич.
Я улыбнулся и протянул ему ладонь.
— Тогда приятного лечения, Руслан Никифорович, — проговорил я, глядя в глаза градоначальнику Ермакова. — На следующий завтрак в моей резиденции в Красноярске можете не приезжать, если курс еще не закончите. Пришлите свое доверенное лицо. Слышал, ваш сын возвращается?
Боярин Шилов кивнул, отвечая на рукопожатие.
— Возвращается, Дмитрий Алексеевич, — подтвердил он. — Я как раз и хотел бы дождаться, когда он будет здесь. Чтобы дела не оставлять без пригляда, пока я буду лечиться.
— Вот пусть и приезжает на деловой завтрак, — распорядился я, сопровождая слова кивком. — Заодно и познакомимся поближе. Он же вроде бы не обручен? Можем похлопотать, княгиня будет счастлива помочь.
Градоначальник Ермакова сглотнул и закивал.
Он прекрасно понял, какие перспективы род Шиловых может получить от такого предложения. Одно дело, когда ты местечковый боярин и договариваешься о невесте с такими же маленькими родами — это дело обыкновенное и редко приносящее большую выгоду. И совсем другое — когда за тебя хлопочет княгиня одного из ведущих родов страны.
— Дмитрий Алексеевич, я буду очень вам признателен, — горячо заверил боярин.
