скормить его уличным псам, — буркнул в ответ Рю. — Похоже, с годами старикан чуть сдал и сделался куда сентиментальней. Надеюсь, вместе с тем он хотя бы немного научился играть в го — иначе я помру со скуки. К слову — совсем скоро в Каноку будет турнир по костям, в котором будут участвовать те хонгские заучки, так что я намерен отыграться и заодно подзаработать. Есть одно «но» — участвовать в нем могут лишь члены Домов или иностранные гости, а от грима у меня прыщи выскакивать начали, так что уж если ты решил ввязаться в крайне сомнительную авантюру с собственным Домом, надеюсь, что и для меня местечко найдется.
— Разумеется, — кивнул слегка обескураженный Кенджи, который был готов услышать подобную просьбу от любого, но не Рю. — Рэй, а ты…
Вместо ответа она обвила руками его шею и запечатлела на губах поцелуй.
— Хмельной Казе, вы бы хоть в дом зашли, — пробурчал Рю и потопал в сторону особняка. — Пошлите, еще довольно холодно. И да — если ты попробуешь заставить меня давать тебе клятвы вечной верности или заниматься похожей ерундой, сильно пожалеешь. Для меня ты не глава Дома, а обычный сопляк, по которому Камень Выскочки плачет.
Усмехнувшись, Кенджи приобнял Рэй за талию и оба они пошли вслед за ворчащим стариком, впрочем, не особо торопясь. Совсем скоро им снова придется расстаться и кто знает, увидят ли они друг друга вновь, так что необходимо было наслаждаться каждым моментом.
Глава 20
Кажется, такого столпотворения в Каноку не случалось со времен Турнира, когда оглашали имена будущих участников. Площадь была забита до отказа и кого тут только не было: богачи, нищие, жрецы, уличные торговцы, закрывшие свои лавки, женщины с грудными детьми и седовласые мужчины, бритые наголо монахи всех возможных школ, проезжие иноземцы, аристократы и крестьяне, горожане и бродяги. Даже многочисленные стражники, похоже, пришли сюда не следить за порядком, а послушать, что хочет рассказать новоявленный глава Дома. Сол не соврал и действительно умудрился в кратчайшие сроки решить абсолютно все официальные вопросы, с голову бросившись в пучины бюрократии. Осталось всего парочка — придумать герб Дома и его девиз.
— Чинуши пытаются помешать нам всеми силами. Я указал, что и символ, и громкая фраза — необязательны и могут быть придуманы после, но в магистрат, видимо, набирают самых упрямых ослов, каких только могут найти, — возмущался Сол, когда уже перед самой речью наведался к Кенджи чтобы сообщить ему, как идут дела. — Так что я решил, что, возможно, проще будет выполнить их просьбу. Быть может, у вас есть идея-другая? Я уже нашел художника, который готов воплотить в жизнь любую задумку — притом совершенно бесплатно, исключительно в знак уважения к вашей персоне. Ну и еще его племянница сыграет летом свадьбу в вашей купальне практически задаром, но это мелочи, поверьте, там будет гостей сто, не больше.
Кенджи озадаченно хмыкнул. Вот уж чего-чего, но решив создать собственный Дом, о подобном он даже не размышлял. Что же ему придумать? И вдруг в голову ему пришла неожиданная идея. Подойдя к столу, он взял бумагу, кусок угля и по-быстрому, буквально несколькими штрихами, изобразил горсть пепла, из которого ввысь тянулся росток.
— Неплохо, — произнесла Рэй, что лежала на кровати полностью голая, прикрытая лишь тонкой простыней и опершись щекой о кулак; это изрядно смущало Сола, который боялся даже взгляд кинуть в сторону девушки и, похоже, немало веселило ее саму. — А что насчет девиза? До меня доходили слухи, что ты неплохой стихоплет — быть может, зарифмуешь пару строк?
— Пожалуй, оставим эту идею на крайний случай, — сказал Кенджи, припоминая, скольких усилий ему стоило написать стихотворение к пиру во дворце императора; признаться, оказавшись перед выбором, повторить сей опыт или же вновь отправиться на север, принять решение было бы нелегко. — А что если… «Станем пеплом, а не прахом»?
— Звучит несколько… обреченно, — поморщился Сол. — Вряд ли услышав такой девиз, кто-либо захочет вступить в ваш Дом. Необходимо что-то короткое, но хлесткое и цепляющее. Скажем, члены Дома Лотоса говорят: «Бутон, закрывшийся ночью, воспрянет с лучом солнца». Как по мне, немного тяжеловато, но зато сколь красиво!
— «Горим в огне, но не сгораем»? — Кенджи сделал еще одну попытку, но здесь уже вмешалась Рэй.
— Если верить твоему рассказу, такая фраза больше подойдет Пепельному Королю, — хмыкнула она.
— «Оставляем за собой лишь пепел»?
Сол и Рэй одновременно и не сговариваясь покачали головами.
— Напоминает боевой клич какой-нибудь банды ронинов, — вздохнул первый. — Боюсь, так вы привлечете к себе внимание не слишком приятных людей.
Кенджи начал мерить шагами комнату, сосредоточенно думая. И Сол, и Рэй то и дело предлагали свои варианты, но тут же сами их и отметали. Что-то казалось чересчур сухим и официозным, что-то наоборот — вульгарным или попросту глупым. Кенджи уже хотел было предложить оставить этот вопрос до следующего дня, когда проходя мимо стола еще раз взглянул на свой набросок и застыл на месте:
— «Сеем пепел, чтобы вырастить ростки», — он по очереди взглянул на Рэй с Солом, и их довольные лица сказали сами за себя.
Решив насущные вопросы, все трое в компании воссоединившегося семейства Такэга направились на площадь. Кенджи вместе с Рэй пока что еще жили в особняке Дома Змея, но тем же вечером собирались перебраться в купальню, приобретенную Солом для Кенджи. И Макото, и Ичиро с Масами не были против гостей — хотя вдова Такэга как-то мимолетом и упомянула, что главе Дома сожительствовать с женщиной до взятия ее в супруги, мягко говоря, моветон, но Кенджи твердо пообещал в скором времени исправить этот промах — однако он понимал, что лидер Дома, живущий в резиденции другого Дома, вызовет много слухов, а они и так вились вокруг Кенджи назойливой мошкарой.
Стоило Кенджи появиться на площади, как гул над ней взлетел едва ли не до небес. Идя к помосту — который, к счастью, так и не разобрали — он успел словить десятки, если не сотни вопросов, похвал, угроз, насмешек, вызовов на бой, хлопков по плечам и спине, предложений пропустить пару стаканов сакэ в ближайшей питейной, достаточно неприкрытых намеков от девушек и женщин всех возрастов — если бы взглядом можно было убить, все они попадали замертво от пляшущих молний
