во второй зал. — Катя услышала за спиной голос Колосова. — Черт, не думал, что они из экспертизы такой цирк сделают. Мне профессор Басов сказал — случай весьма редкий в их практике, вот они студентов сюда и нагнали, как на лекцию. Но нас все это с тобой не касается. Сначала мы, потом эти айболиты.
Возле дверей второй аудитории толпилось особенно много студентов. Но двери были закрыты.
— Вчера в «Мегу» ездили с девчонками, — делилась с приятельницами пухленькая студентка. — Думала, умру. Но вообще здорово там. Сумцы там в одном бутике — потрясающие. Но стоят! Какая-то бельгийская фирма — отпад. Мы с девками решили еще в Химки смотаться — поглядеть, что там за мегамолл. Может, родня деньжат подкинет, а может, скидки будут на сумки.
— Скидки будут в декабре, Нелька, а сейчас сентябрь. Пока ждешь, мода переменится. Чего нас в аудиторию не пускают? Заснули там, что ли, все? — нетерпеливо постукивала каблучками ее соседка. — Вообще по расписанию у нас не должно быть сегодня больше занятий.
Дверь аудитории приоткрылась, выглянул некто молодой в белом халате и поманил Колосова и Катю — заходите. Студентов он не пропустил.
— Вот, Катя, познакомься, профессор Басов Михаил Осипович, — представил Колосов толстенького, похожего на пингвина и очень молодого врача, стоявшего в окружении ассистентов возле демонстрационного стола, на котором лежало обнаженное женское тело.
Катя поздоровалась, собрала себя всю по крупиночке — только держи себя достойно, подумаешь — труп. Формалином пахнет… Голоса студентов гудели за дверью: Ник Кейв, новые сумки в мегамолле, смех, каблучки тук-тук… Все осталось там, здесь, в просторном анатомическом зале, был только свет, льющийся из широких окон, пустые ряды амфитеатра, демонстрационный стол в центре и то, что на нем.
— Ну что ж, Никита Михайлович, — профессор Басов обращался к Колосову как к своему ровеснику и старому знакомому, — приступим. По поводу причины смерти по результатам исследований наш вывод полностью повторяет выводы первоначального осмотра — пулевое ранение в голову. Насчет других телесных повреждений мы уже с вами говорили, перейдем к новым фактам. — У Басова был тонкий фальцет. Говорил он громко, так как привык читать лекции. — Прошу вас и вашу коллегу взглянуть сюда, — он указал на тело. — Что мы имеем? Судя по всему, мы имеем некоторые и весьма характерные признаки проявления гермафродитизма в анатомическом смысле.
Катя смотрела на то, что лежало на столе. Она не узнавала в ЭТОМ Валерию Блохину. Ничего общего, казалось, не было у этого мертвого, тронутого разложением лица с лицом, запечатленным на глянцевом квадратике фотографии. Все было слишком похоже на жуткий муляж.
Спереди на груди и на животе трупа Катя увидела прерывистую линию неглубокого ножевого пореза. Кто-то полоснул ножом и таким образом уже после смерти освободил от одежды Валерию Блохину. Кто-то обладал недюжинной силой, чтобы вот так одним взмахом лезвия сделать это.
— Какие характерные признаки, Михаил Осипович? — хрипло спросил Колосов.
— Ну, например, совершенно мужское строение скелета. Чрезмерное развитие мускулатуры плечевого пояса и при этом недоразвитость грудных желез…
Катя смотрела на Блохину. Они говорили о ней.
— Однако общие женские признаки, как видите, налицо, — продолжал Басов.
Катя на мгновение отвела взгляд в сторону — она никак не могла понять, что кроме ужаса смерти в увиденном так ее беспокоит, смущает, вызывая недоумение и испуг.
— Налицо слабое развитие подкожной клетчатки, что тоже может быть отнесено к признакам определенной аномалии. Взгляните на челюстно-лицевой отдел. Здесь мы тоже видим характерные признаки: например, нижняя челюсть сильно выдается вперед, постановка зубов не правильная. По результатам вскрытия делаем вывод, что и половые органы по степени своего развития соответствуют органам десятилетней девочки, хотя возраст потерпевшей на момент исследований составляет тридцать четыре года. Теперь перейдем к главным, наглядным признакам аномалии в анатомическом строении. Как вы можете видеть, — профессор Басов обошел стол, — на правой и левой руке потерпевшей…
Катя вздрогнула, впившись взглядом в руки Валерии Блохиной. Она сначала не поверила своим глазам — решила, что это обманчивый свет сыграл с ней шутку, но…
— На правой и левой руке потерпевшей имеется по шесть пальцев вместо пяти, — Басов подчеркнул сказанное голосом, как опытный лектор. — Редкий случай. В литературе описаны факты таких врожденных аномалий. Однако в основном это случаи, когда у больных имелся шестой палец только на одной руке или же стопе. На обеих руках — это редкое явление. Судя по всему, потерпевшая в прошлом перенесла несколько хирургических операций по разделению сращенных пальцев.
Катя смотрела на руки Блохиной. Чувствовала, как по спине ползет неприятный холодок: руки были какие-то не человеческие. На правом запястье, точно браслет — багровые кровоподтеки. Накрученный на кисть капроновый шнурок здесь, видимо, глубоко врезался в кожу. Катя наблюдала и за Колосовым. На лице его сейчас она видела профессиональный интерес и какую-то отчужденность, граничащую почти с физическим отвращением. Уродливый женский труп он разглядывал как диковинного зверя. И мыслями своими был где-то далеко от второй анатомической аудитории.
— Нашим студентам будет интересно воочию увидеть и изучить как эту, так и другую физическую аномалию, — голос профессора Басова пресек Катины мысли. — Переверните тело.
Ассистенты споро перевернули Блохину на живот.
— На момент рождения имелось и значительное развитие хвостового придатка, — Басов рукой в перчатке провел вдоль позвоночника Блохиной. — Вот, взгляните. В детском возрасте ей была сделана операция, и часть придатка была удалена. Однако только часть — можете убедиться в этом сами.
Катя неожиданно для себя с силой вцепилась в руку Колосова. Она видела многое в своей жизни, в том числе и кровь, и раны — огнестрельные, ножевые, но с такими вещами она сталкивалась впервые.
— Она что же, со всем этим… — Колосов запнулся, — кошмаром так и жила?
— Как видите, коллега, — профессор Басов кивнул, и ассистенты снова перевернули тело на спину. — Как видите… Заключение для вас полностью готово, можете получить его в ординаторской. Там все подробно отражено, так что здесь мы только коснулись отдельных, весьма красноречивых деталей… Если у вас ко мне больше нет вопросов, я с вашего разрешения приглашу сюда студентов.
Один из ассистентов открыл двери, и толпа медиков хлынула в аудиторию. Через пять минут занятия уже шли полным ходом. Колосов отправился на третий этаж в ординаторскую за результатами судебно-медицинского исследования. Катя ждала его на улице, у машины. Нервно крутила на своем безымянном пальце обручальное кольцо. Мысли как-то путались. Отчего-то очень ярко вдруг вспомнилось, как в детстве они в школе на переменах мазали ладони мелом и затем гонялись друг за другом, оставляя на
