Ф. Фаррар 1 . С. 135.
Когда Платон описывает своего воображаемого идеального праведника, которого мучает сознание вины, и который при этом обладает высшими достоинствами благодетели, он в точности описывает характер Иисуса Христа.
Ж. Руссо. С. 104.
Никогда не жило на земле более безобидного создания. Он никому не делал зла, никого не использовал для своей выгоды. Он не произнес ни одного дурного слова, не совершил ни одного неверного поступка. Совершенно невинная и безгрешная жизнь в гуще грешного мира — вот первое впечатление от жизни Христа. Он и только Он пронес незапятнанную детскую чистоту сквозь годы юности и зрелости. Вот почему лучшие символы, которые могут Его олицетворить — это ягненок и голубь.
Именно это полное совершенство возносит Его на высоту, недосягаемую для других, делает Его исключением из общего правила нравственным чудом истории.
Ф. Шлафф.
Цит. по: Д. Мак-Дауэлл 1 . С. 108.
Слова и поступки Иисуса отличаются поразительной целостностью, и потому Его высказывания, в подлинности которых мы не сомневаемся, раскрывают нам Его личность. Когда Иисус употребляет местоимение «Я», он стоит за каждым сказанным словом со Своей личной искренностью и решимостью.
Г. Грюнлер.
Цит. по: Д. Мак-Дауэлл 1 . С. 119.
Самым выдающимся свойством Иисуса в Его земной жизни было как раз то, чего, по всеобщему признанию, не достает людскому роду, и что мы считаем самой бесценной чертой человеческого, а именно: абсолютная доброта.
У. Смит.
Цит. по: Д. Мак-Дауэлл 1 . С. 108.
При всей исключительности и глубине Его выдающегося великодушия, даже в нем Он остается тихим и спокойным. Сострадая другим, Он никогда не терял самообладания, никогда не поддавался соблазну торопиться с лихорадочными и восторженными благодеяниями, но творил добро с тем спокойствием и постоянством, которые отмечают Божественное провидение.
И. Ченнинг.
Цит. по: Д. Мак-Дугалл 1 . С. 97.
Его доброта, стремление и, конечно, исходящая от Него сила внушали тем, например, кого Он лечил, особенное доверие — «веру».
Его привлекали люди, больные душой или телом, потому что они нуждались в помощи, а Он мог помочь.
Ч. Додд. С. 41–42.
Иисус был во всех отношениях самым человечным из людей и — более чем человечным.
Д. Мак-Дауэлл 1 .С. 115.
Зло смертельно печалило Его.
А. Дидон. С. 138.
Он привлекал к Себе смиренных и колеблющихся, говоря им: «Придите ко Мне все удрученные, и Я успокою вас. Иго мое — благо и бремя Мое — легко». Он отгадывал сокровенные мысли людей, и они узнавали в Нем своего Господа. Иногда, в самом неверии Он приветствовал прямоту. Когда Нафанаил спросил: «Может ли из Назарета быть что-либо доброе?», Иисус ответил: «Вот подлинно Израиль, в котором нет лукавства». От своих адептов Он не требовал ни клятв, ни исповеданий определенной веры, ему нужны были любовь и доверие. Он ввел общее имущество между своими не как правило, а как основу братства.
Э. Шюре. С. 374.
.
Однажды им пришлось во время своего проповеднического путешествия встретить человека, который изгонял бесов именем Христа; но так как этот человек не принадлежал к их обществу, то они запретили ему. Правильно ли поступили они? «Нет, — отвечал Иисус, — не запрещайте... Кто может делать дела милосердия во имя Христово, тот не может злоупотреблять именем этим». Кто не против них, тот, значит с ними.
А. Лопухин. С. 376–377.
.
Человек, одаренный высшими способностями, устрашает самим своим превосходством, невольно внушая какой-то неведомый страх. Сила влечет за собою отчуждение, люди боятся ее и, чтобы не поддаться ее действию, отстраняются от человека, который ею обладает. Она устрашает даже тех, к кому благоволит. Будучи способны внушать доверие и любовь, сильные мира сего покоряются необходимости властвовать, действуя страхом.
Иисус избегнул этого общего закона. Единство и могущество Его способностей и бесконечная кротость очаровывают и привлекают к Нему всех слабых, страждущих, обремененных и несчастных и, следовательно, весь народ. Сам рожденный посреди бедняков и предназначенный к жизни мученика, Он оказывает влияние, свойственное всем тем, кто носит на челе своем мученический венец.
А. Дидон. С. 278.
…Все события Его жизни убеждают, что в лице и в глазах Иисуса выражались сила, терпение, достоинство и влияние, которое привлекало к Нему все окружающее. «Конечно, — говорит блаженный Иероним, — огненное пламя и небесная светлость блистали в Его очах и величие Божией славы сияло на лице Его».
Ф. Фаррар 2 . С. 67.
Иисус, как мы знаем, отнюдь не был аскетом и любил общество…
З. Косидовский. С. 384.
Не требовал Он также фарисейского ограничения за столом, потому что позволял употребление вина, хлеба, меда и рыбы…
А. Лопухин. С. 301.
…Пост был для Него обстоятельством необычным. Он не вел замкнутой жизни аскета, не налагал на себя жестоких до самоистощения истязаний. Он не имел нужды искупать страданиями грехов, которых у Него не было. Напротив того, Он пришел, как человек, который, по Его собственным словам, «ест и пьет», принимал участие в нешумных празднествах и невинных собраниях друзей, так что враги Его позволили себе говорить про Него: «Вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам». Но делом и словом Он проповедовал всегда и во всем умеренность.
Ф. Фаррар 2 . С. 58.
Иисус был далек от притворства или суровости. Он не избегал веселья и охотно шел на свадьбы. Одно из Его чудес было сделано, говорят, ради того, чтобы доставить удовольствие на браке в маленьком городе. Свадьбы на Востоке устраиваются по вечерам. Каждый приносит свой светильник; свет, который то приближается, то удаляется, производит очень приятное впечатление. Иисус любил это веселое и оживленное зрелище, и оно давало Ему тему для притч.
Э. Ренан. С. 163–164.
В Евангелиях говорится о том, как Он в изобилии снабдил вином брачное пиршество, что жил Он «с мытарями и грешниками» и принял в Свое общество Магдалину.
В. Дюрант. С. 610.
Фарисей истощал себя за свои пиршества пощением по понедельникам и четвергам, а Христос подвергался обвинению за то, что Он охотно ест и пьет, потому что Он никогда не соблюдал фарисейских установлений .
А. Лопухин. С. 301.
…Еще большее непонимание вызывало то, что Он открыто знался с людьми, близость к которым считалась зазорной. Его могли обвинять в пособничестве. Более того, иногда Он говорил этим людям, что их грехи прощены, что выглядело как непростительная самонадеянность, если не хуже. За все это Его бранили, и Ему приходилось защищаться.
Ч. Додд. С. 106.
.
Сравнивая такой образ жизни с жизнью Иоанна Крестителя, многие приходили в негодование. Однажды, в то время, как ученики Иоанна и фарисеи постились, Ииcyca спросили: «Почему ученики Иоанна и фарисеи постятся и молятся, твои же ученики едят и пьют?» — «Оставьте их, — сказал Иисус, — не подобает заставлять поститься сынов брачного чертога, пока с ними жених. Но придет время, когда отнимется у них жених, тогда и будут поститься».
