Читаем без скачивания Слова сияния - Брендон Сандерсон

«Ты что же, пытаешься меня убить?» — подумал Адолин, сняв одну руку с меча, и поднял ее точно под надвигающийся Клинок Элита, позволив тому скользнуть между большим и указательным пальцами.

Клинок Элита опустился вдоль руки Адолина, которую он поднял вверх и вправо. Движение, которое никогда не получилось бы выполнить без Доспехов: можно было остаться без руки, попробовав проделать подобное с обычным мечом и тем более — с Клинком Осколков.

Однако с помощью Доспехов принц легко отвел удар вверх, за голову, а затем взмахнул другой рукой и обрушил свой Клинок на боковую часть нагрудника Элита.

Некоторые в толпе издали одобрительные возгласы при прямом ударе. Остальные все равно улюлюкали. Классический прием в таком случае поразил бы голову Элита в попытке разбить шлем.

Элит, выбитый из равновесия промахом и последующим ударом, стал заваливаться вперед. Адолин двинул его плечом, сшибая на землю. Затем вместо того, чтобы атаковать, отступил назад.

Снова послышались негодующие крики зрителей.

Элит встал, сделал шаг. Слегка накренившись, сделал еще один шаг. Адолин отошел и направил свой Клинок острием в землю, ожидая. Сверху, с неба, раздался гром. Возможно, позже пойдет дождь — благо, не сверхшторм. Просто обычный ливень.

— Сражайся со мной! — крикнул Элит из-под шлема.

— Я сразился, — спокойно ответил Адолин. — И победил.

Элит качнулся вперед. Адолин попятился. Под негодующие возгласы толпы он подождал, пока Элит окончательно утратит способность двигаться — у его Доспехов закончился штормсвет. Десятки мелких трещин, нанесенных Адолином по его броне, привели в конечном итоге к полной потере штормсвета.

Адолин подошел к Элиту, положил руку ему на грудь и толкнул. Тот рухнул на землю.

Принц поднял взгляд на светледи Истоу, верховного судью.

— Победа снова присуждается Адолину Холину, — проговорила она со вздохом. — Элит Рутар лишается своих Доспехов.

Толпе не очень понравилось происшедшее. Адолин повернулся к ним и взмахнул пару раз Клинком перед тем, как отпустить его в туман. Он снял шлем и поклонился негодующим крикам. Позади него к поверженному сопернику подбежали предупрежденные Адолином оружейники и оттолкнули своих коллег, служащих Элиту. Они сняли с него Доспехи, которые теперь принадлежали Адолину.

Он улыбнулся и, когда оружейники закончили, прошел за ними в подсобную комнату под трибунами. Ренарин ждал у двери, одетый в свои собственные Доспехи, а тетя Навани сидела в комнате у жаровни.

Ренарин выглянул, чтобы посмотреть на недовольных зрителей.

— Отец Штормов! Первая из твоих дуэлей закончилась меньше, чем за минуту, и они тебя возненавидели. Сегодня ты сражался почти добрый час, и они, похоже, ненавидят тебя даже больше.

Вздохнув, Адолин сел на одну из скамеек.

— Я выиграл.

— Да, выиграл, — сказала Навани, подойдя и осматривая его, как если бы он был ранен. Она все время волновалась, когда он дрался на дуэли. — Но разве ты не собирался сделать это с большой помпезностью?

Ренарин кивнул.

— Того же просил и отец.

— Сегодняшняя дуэль запомнится надолго, — ответил Адолин, взяв чашку воды у Пита, одного из мостовиков, охранявших его сегодня. Принц благодарно кивнул. — Смысл помпезности в том, чтобы все обратили на тебя внимание. Так что сработает.

По крайней мере, он надеялся. Следующая часть плана была не менее важной.

— Тетя, — сказал Адолин, когда та начала рисовать благодарственную молитву. — Ты подумала над моим вопросом?

Навани продолжала рисовать.

— Работа Шаллан кажется действительно важной, — добавил Адолин. — Я имею в виду...

В дверь комнаты постучали.

«Так быстро?» — подумал Адолин, поднимаясь.

Один из мостовиков открыл дверь.

Внутрь ворвалась Шаллан Давар в фиолетовом платье, ее рыжие волосы вспыхнули огнем, когда она пересекла комнату.

— Просто невероятно!

— Шаллан! — Он ждал не ее, но был рад встрече. — Перед боем я не увидел вас на месте.

— Я забыла сжечь молитву, — объяснила она, — поэтому и задержалась. И все же я успела посмотреть большую часть боя.

Она замялась перед ним и мгновение выглядела неловко. Адолин разделял эту неловкость. Их только официально представили немногим более недели назад, но по понятной причине... Что у них за отношения?

Навани откашлялась. Шаллан развернулась и прижала свободную руку к губам, как если бы только что заметила бывшую королеву.

— Ваша светлость, — произнесла она, поклонившись.

— Шаллан, — ответила Навани. — Я слышала только хорошее о тебе от моего племянника.

— Спасибо.

— В таком случае я оставляю вас наедине, — проговорила Навани и направилась к двери, не дорисовав глифпару.

— Ваша светлость... — начала было Шаллан, протянув в ее сторону руку.

Навани вышла и закрыла за собой дверь.

Шаллан опустила руку, и Адолин поморщился.

— Извините, — сказал он. — Я пытался с ней поговорить. Думаю, ей нужно еще несколько дней, Шаллан. Тетя изменит отношение — она знает, что не должна вас игнорировать, я это чувствую. Вы просто напоминаете ей о случившемся.

Шаллан разочарованно кивнула. Оружейники Адолина подошли помочь ему снять Доспехи, но он жестом отослал их прочь. Было достаточно плохо показаться перед девушкой с мокрыми от пота волосами, прилипшими к голове после ношения шлема. Одежда под броней — подбитая мягким материалом униформа — будет выглядеть просто ужасно.

— Так что, вам понравилась дуэль? — спросил он.

— Вы были изумительны, — похвалила Шаллан, поворачиваясь к принцу. — Элит продолжал наскакивать на вас, а вы просто стряхивали его, будто надоедливого крэмлинга, пытающегося взобраться по ноге.

Адолин усмехнулся.

— Остальной части толпы мои действия изумительными не показались.

— Они пришли увидеть, как вас раздавят. С вашей стороны так неосмотрительно не позволить случиться чему-то подобному.

— Я весьма неуступчив в этом отношении.

— Судя по тому, что я узнала, вы практически никогда не проигрываете. Ужасно скучно с вашей стороны. Возможно, вам время от времени стоит пробовать сражаться вничью. Для разнообразия.

— Я подумаю, — пообещал Адолин. — Может быть, мы могли бы обсудить этот вопрос за ужином сегодня вечером? В военном лагере моего отца?

Шаллан скривилась.

— Вечером я занята. Мне жаль.

— Вот как.

— Но, — сказала она, подходя ближе, — возможно, скоро у меня появится для вас подарок. У меня было не так уж много времени, чтобы учиться — пришлось упорно трудиться над восстановлением домашних бухгалтерских книг Себариала, но, судя по всему, я наткнулась на кое-что полезное. Касательно ваших поединков.

— Что же? — спросил он, нахмурившись.

— Я вспомнила кое-что из биографии короля Гавилара. Вам нужно выиграть поединок эффектным способом. Каким-нибудь удивительным, таким, который внушил бы толпе благоговение.

— Тогда будет меньше негодования, — ответил Адолин, почесав голову.

— Думаю, все бы оценили, — отметил Ренарин, стоявший у двери.

— Эффектным... — повторил Адолин.

— Я объясню подробнее завтра, — сказала Шаллан.

— А что случится завтра?

— Вы угостите меня ужином.

— Я?

— И возьмете на прогулку, — добавила она.

— Я?

— Вы.

— Я счастливчик. — Он улыбнулся ей. — Ну хорошо, тогда мы можем...

Дверь с грохотом распахнулась.

Охраняющие Адолина мостовики подскочили, а Ренарин, подобравшись, выругался. Адолин просто повернулся, мягко отодвинув Шаллан в сторону, чтобы увидеть, кто там стоял. Релис, действующий чемпион по дуэлям и старший сын кронпринца Рутара.

Чего и следовало ожидать.

— Что ты устроил? — требовательно спросил Релис, войдя в комнату. Его сопровождала небольшая стайка других светлоглазых, включая светледи Истоу, верховного судью. — Ты нанес оскорбление мне и моему дому, Холин.

Адолин сложил руки в латных рукавицах за спиной, в то время как Релис шагнул прямо к нему, приблизив свое лицо вплотную к лицу принца.

— Тебе не понравился поединок? — небрежно спросил Адолин.

— Это не поединок, — отчеканил Релис. — Ты опозорил моего кузена, отказавшись драться с ним должным образом. Я требую, чтобы этот фарс был аннулирован.

— Я говорила вам, принц Релис, — раздался сзади голос Истоу. — Принц Адолин не нарушал никаких...

— Хочешь вернуть Доспехи кузена? — спокойно спросил Адолин, встретившись глазами с Релисом. — Сразись со мной за них.

— Тебе не удастся меня спровоцировать, — ответил Релис, тыча пальцем в нагрудник Адолина. — Я не позволю втянуть себя в очередной дуэльный фарс.

— Шесть Осколков, Релис, — сказал Адолин. — Мои, моего брата, Доспехи Эраннива и Доспехи твоего кузена. Я ставлю их все в одной схватке. Ты и я.