Смену блюд произвели через час и тогда же гостям предложили немного развеяться и потанцевать. Раньше на приемах отца всегда играл оркестр, но сейчас и музыки из динамиков в стенах было достаточно. Первыми в центр зала вышли Айрин и отец. Ри Сиа пригласил Данфейт, за ними подтянулись и остальные.
— Ты перестала ерзать на стуле, — заметил Учитель, кружа Данфейт по залу.
— Выросла, наверное, — смеялась в ответ Данфейт.
Когда первый танец был окончен, Ри подвел Данфейт к отцу и передал ему. На третий танец Данфейт пригласил Кимао.
Теплые пальцы на обнаженной спине, едва заметный аромат какого-то парфюма и легкие прикосновения ее щеки к его. «Не оставляй меня», — крутилось в голове Данфейт. «Не оставляй меня». Но музыка стихла и танец, в конце концов, был окончен.
Данфейт вернулась за стол и, присев на стул, взглянула на свой наполненный бокал. Похоже, только в шампанском она сможет найти свое забвение сегодня.
— Дани, — позвал ее Учитель.
— Да?
Учитель оказался у ее спины и наклонился вниз, заглядывая ей в глаза.
— А где Кимао?
Данфейт повертела головой по сторонам, но Кимао глазами нигде не нашла.
— Я только что танцевала с ним.
— Это тебе, — Ри что-то вложил в руку Данфейт и присел на стул рядом с Данфейт.
Данфейт нахмурила брови, внимательно рассматривая подарок Учителя, а затем сжала его в руке и кивнула в знак благодарности.
— А ты многому научилась за год, — произнес Ри как ни в чем не бывало.
— Всему, что мне необходимо было знать, меня научили Вы, Учитель.
Ри загадочно улыбнулся и отвернулся, глядя на танцующие пары.
— Дани, Кимао так сдержан, потому что ты его контролируешь? — спросил Ри, не оборачиваясь.
— Полагаю, что он сдержан так, потому что сам себя контролирует.
Ри обернулся:
— Сам?
— По крайней мере я не прилагаю никаких усилий для подавления его возможностей, — пожала плечами Данфейт.
— Ты и раньше их не прилагала! — захохотал Ри, чем привел Данфейт в замешательство.
— Вы меня пугаете, Учитель.
— Извини, это была плохая шутка, — Ри вытер проступившие из глаз слезы и, поднявшись с места, потрепал Данфейт по плечу: — Приятного вечера, Дани.
— И Вам.
Кимао вернулся за стол спустя минут десять.
— Что-то случилось? — натянуто улыбаясь, спросила Данфейт.
— К Орайе заходил.
— И как он?
— Спит.
На этом их беседа сошла на «нет». Перетанцевав со всеми знакомыми и несколькими «новыми знакомыми», Данфейт вновь вернулась за столик. Кимао в этот момент уже поднялся и стал приносить свои извинения за то, что собирается покинуть праздник. Все в груди Данфейт оборвалось. Как будто он уходил навсегда, как будто он больше никогда не вернется.
— Постой! — выпалила Дани и тут же осеклась.
— Я устал. Извини.
— Подожди, — очень тихо прошептала Данфейт. — Удели мне пару минут, пожалуйста.
— Хорошо, — пожал плечами Кимао.
— Видишь ту дверь? — спросила Дани, указывая на запасной выход пальцем.
— Да.
— Подожди меня за ней, пожалуйста.
Кимао прищурился, но, ничего не сказав, направился к указанной двери.
— Передай мне чистый бокал! — обратилась Данфейт к Айрин.
— Возьми.
— Налей в него красного вина! Пожалуйста!
Айрин улыбнулась, понимая, очевидно, что Данфейт собралась предпринять, и, протянув ей наполненный вином бокал, неожиданно подмигнула:
— Удачи, сестренка!
— Спасибо! — выдохнула Данфейт и с бокалом наперевес поплыла к Кимао.
* * *
У самой двери Данфейт неожиданно усомнилась в собственной вменяемости. Конечно, то, что она собиралась сделать, больше напоминало глупость, чем поступок взрослого, здравомыслящего человека. Однако, терять-то ей было уже нечего…
Данфейт отворила дверь и вышла в скудно освещенный коридор.
Кимао стоял поодаль, в тени, прислонившись к одной из стен плечом.
Данфейт молча подошла к нему и остановилась напротив. Кимао, как ни странно, разогнулся, но руки на груди все равно сложил. Данфейт пригубила вино из бокала и протянула его Кимао.
— По сайкаирянской традиции это — предложение мира. Если в ходе сражения одна из сторон выносила кубок, наполненный вином, другая сторона прекращала бой и выслушивала условия мира. Я люблю тебя, Кимао, и сожалею обо всем, что сделала и наговорила. Если бы я и могла повернуть время вспять и изменить свою судьбу, то единственное, чтобы я бы оставила неизменным — это связь с тобой. Вино в бокале — моя горечь за содеянное. Если ты выпьешь его до дна, значит, ты меня прощаешь.
Кимао молчал. Затем опустил глаза и посмотрел на бокал.
— Не уверен, что такая традиция существует.
— Можешь спросить у Айрин или моего отца: они врать тебе не станут.
Данфейт опустила глаза в пол и тяжело вздохнула. Наверное, он не станет ничего пить. Слезы стали душить Данфейт и она, помахав перед лицом ладонью, засмеялась:
— Но, попытаться ведь все равно стоило!
Кимао выхватил бокал из ее рук и одним махом влил в себя вино.
— Спасибо, — прошептала Данфейт, забирая бокал из его руки.
Она ждала, что он ее поцелует, но Кимао вновь прислонился к стене и устало взглянул на нее.
— Значит, все равно уйдешь? — теряя надежду на то, что он останется, спросила она.
— Я очень устал.
— Понятно… В конце коридора есть выход на лестницу. Твоя комната, ведь, недалеко от моей?
— Совсем рядом.
— Тогда, ты без труда ее найдешь.
Данфейт развернулась и еще раз посмотрела на него.
— За каждый из своих поступков я готова нести ответственность.
— К чему ты это говоришь?
— Потом поймешь, — ответила Данфейт и зашагала в сторону выхода, оставляя Кимао одного.
* * *
Далеко за полночь праздник был окончен, и гости не спеша разошлись.
— Ты к себе? — спросила Айрин, глядя на Данфейт.
— Да. Пойду отдыхать. А ты?
— А тоже скоро пойду, — улыбнулась Айрин, продолжая сидеть на стуле, выпрямив свою спину и гордо приподняв подбородок.
— Девочки, Вы идете? — позвал отец, поднимаясь по лестнице вверх.
— Да, папа, — ответила Данфейт в то время, как Айрин промолчала.
— Ну, давайте… Завтра всем придется рано встать.
Айрин видела, как сестра мнется, пытаясь что-то сказать.
— Не стоит, — произнесла Айрин. — Со мной все будет в порядке.
— Он вернется. Райвена Осбри голыми руками не возьмешь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
