— Но ведь это же неправда!
— Конечно. Я ведь сказал вам, что они распускают ложь. И к тому же нелепую. Такой метод даже теоретически существовать не может, а Институт робопсихологии вовсе не готов выпускать собственных человекоподобных роботов. Я никак не могу устроить оргию массового уничтожения, даже если бы хотел. Не могу!
— Но в таком случае они сами себя изобличат.
— Да только будет уже поздно. Пусть это детский вздор, но он успеет восстановить против меня общественное мнение в такой степени, что в Законодательном собрании я не соберу необходимое число голосов. В конце концов выяснится, какая это чепуха, но тогда уже ничего не поправить. И заметьте, Землю тут используют как козла отпущения. Обвинение, что я действую в сговоре с Землей, имеет большую силу, и многие поверят этой ерунде, поверят ему рассудку вопреки, только из неприязни к Земле и землянам.
— Иными словами, по-вашему, общественное мнение активно восстанавливается против Земли? — сказал Бейли.
— Совершенно верно, мистер Бейли. С каждым днём положение Земли — и моё — становится всё хуже, и времени у нас очень мало.
— Но разве нет очень простого способа опровергнуть эту ложь? (В отчаянии Бейли решил, что пора пустить в ход аргумент Дэниела.) Если вам и в самом деле необходимо было проверить метод уничтожения человекоподобного робота, зачем было экспериментировать с роботом, находящимся в другом доме? Возможно, трудно достижимым? У вас же в доме есть Дэниел. Прямо у вас под рукой. Самый удобный материал. Будь в этих слухах хоть йота правды, вы бы поставили свой эксперимент на нём, ведь верно?
— Нет, нет, — возразил Фастольф. — Этому никто не поверит. Дэниел — мой первый успех, мой триумф. Его я бы не уничтожил ни при каких обстоятельствах. Естественно, я избрал бы Джен- дера. Это ясно всякому, и я выглядел бы дураком, попытайся я убедить их, что логика подсказывала бы мне выбрать Дэниела.
Они уже снова шли, и до их цели было рукой подать. Бейли хмуро молчал.
— Как вы себя чувствуете, мистер Бейли? — спросил Фастольф.
Бейли ответил тихо:
— Если вы спрашиваете о том, как на меня действует Вне, то я просто его не замечаю. Если вы подразумеваете нашу проблему, то я думаю, не проще ли мне просто залезть в ультразвуковую камеру для размягчения мозгов. — Потом он добавил с яростью: — Почему вы за мной послали, доктор Фастольф? Почему задали мне эту задачу? Что я такого вам сделал?
— Собственно говоря, — ответил Фастольф, — идея принадлежала не мне, и в своё оправдание я могу только сослаться на безвыходность моего положения.
— Так чья же это идея?
— Предложена она была вот в этом доме, к которому мы подходим. А я готов был ухватиться за соломинку.
— В этом доме? Но с какой стати его владелец…
— Владелица.
— Пусть владелица. Но с какой стати она это предложила?
— Ах, да я же не упомянул, что она знакома с вами, мистер Бейли! Вон она встречает нас.
Бейли с недоумением взглянул туда, куда указывал Фастольф.
— Иосафат!
Глава 6
ГЛЭДИЯ
23
Вышедшая к ним навстречу молодая женщина сказала с печальной улыбкой:
— Я знала, Элайдж, что, снова встретившись с вами, самым первым услышу именно это слово!
Бейли смотрел на неё во все глаза. Она заметно изменилась. Волосы были подстрижены короче, а лицо стало ещё более печальным, чем два года назад, и как будто стало старше на два года. И тем не менее это была прежняя Глэдия. То же лицо сердечком с высокими скулами и небольшим подбородком. Та же невысокая тоненькая фигурка, сохранившая что-то от маленькой девочки.
После того как он вернулся на Землю, она часто ему снилась, но прямо эротически — никогда. В его снах она всегда оставалась недостижимой, как он ни искал её. Она неизменно была так далеко, что с ней нельзя было заговорить. Если он звал её, она не слышала. И когда шёл к ней, то не приближался ни на шаг — расстояние, их разделявшее, не уменьшалось ни на йоту.
Он понимал, почему она снится ему только так. Ведь родилась она на Солярии и редко встречалась с другими людьми лицом к лицу — только с их трёхмерными изображениями.
Элайдж был для неё запретен как человек, а сверх этого (разумеется) как землянин. Хотя расследование убийства вынудило их встречаться лицом к лицу, она всегда была в глухой одежде, чтобы избежать даже случайного прикосновения. И всё же во время их последней встречи она вопреки здравому смыслу слегка погладила его щеку рукой без перчатки. Она должна была знать, что может таким образом получить инфекцию. Он тем более ценил это прикосновение, что оно противоречило всему её воспитанию.
Со временем сниться ему она перестала.
— Так это вам принадлежал… — растерянно сказал Бейли.
Он умолк, и Глэдия докончила за него:
— Тот робот. А два года назад у меня был муж. Всё, к чему я ни прикоснусь, погибает.
Неожиданно для себя Бейли провёл ладонью по щеке. Глэдия словно бы не заметила его жеста. Она сказала:
— В тот раз вы прилетели спасти меня. Простите, но я должна была позвать вас снова… Входите же, Элайдж. Входите, доктор Фастольф.
Фастольф отступил, пропуская Бейли вперёд, а сам вошёл за ним. Следом за Фастольфом вошли Дэниел и Жискар, но сразу же с обычной для роботов ненавязчивостью молча встали в пустых стенных нишах напротив друг друга.
Мгновение казалось, что Глэдия отнесется к ним с обычным для аврорианцев равнодушием. Однако, взглянув на Дэниела, она отвернулась и сказала Фастольфу чуть прерывающимся голосом:
— Вон тот. Пожалуйста, отошлите его.
— Дэниела? — спросил Фастольф, удивлённо глядя на неё.
— Он… он слишком похож на Джендера!
Фастольф обернулся к Дэниелу, и на мгновение его лицо исказилось от ничем не замаскированной боли.
— Конечно, моя дорогая. Простите меня. Я не подумал… Дэниел, пройди в соседнюю комнату и оставайся там, пока мы не уйдём.
Дэниел молча вышел.
Глэдия взглянула на Жискара, словно проверяя, насколько он похож на Джендера, и повернулась, слегка пожав плечами.
— Могу ли я предложить вам что-нибудь перекусить или выпить? — сказала Глэдия. — Кокосовый коктейль, свежий и холодный?
— Нет, Глэдия, спасибо, — сказал Фастольф. — Я просто привёл мистера Бейли, как обещал. Но я ненадолго.
— Я выпил бы воды, — сказал Бейли, — если можно.
Глэдия подняла ладонь. Несомненно, за ней наблюдали, так как почти сразу в комнату бесшумно вошёл робот со стаканом воды на подносе и вазочкой, полной чего-то вроде крекеров с розовой шишечкой на каждом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
