— А ты вроде как не понимаешь? — не остался в долгу я. — Вы, снежные эльфары, на голову выше любого человека в искусстве владения оружием и в рукопашном бою. — Потом криво усмехнулся, увидев довольно расплывшуюся морду Аре-ила, и добавил, надавив на больное место: — Вас для этого и создавали.
Он снова переменился в лице, скривившись так, будто у него резко заболели зубы, причем все сразу, а я еле сдержал злорадную улыбку.
— Хорошо, пусть будет так, — согласился он. — Сам-то участвовать будешь?
Его вопрос был не праздный: мои песчаные бури для них оказались неприятным сюрпризом. Он выжидающе смотрел на меня.
— Нет, не буду, не хочу погибнуть от руки Торы. Ей как внучке князя все простят, а я умру, не достигнув даже своего совершеннолетия.
— Почему ты думаешь, что ей простят? — Ара начал тормозить. Я понял, что надо переводить разговор на другие рельсы и сказал без всякого перехода:
— Мой захват будет осуществлен послезавтра, по пути в трактир знакомого дворфа. Отвезут меня в заброшенный дом в северном предместье, и сегодня я хочу его вам показать.
Эльфары мгновенно собрались и стали внимательно слушать.
— Есть еще один момент во всей этой истории. — Немного помолчав, я посмотрел в глаза Аре-илу. — Не берите с собой внучку князя.
— С этого момента поподробнее. — Парни подобрались, как снежные барсы, готовые к прыжку, их глаза прожигали во мне четыре дырки, и мне казалось, что я сейчас задымлюсь и начну гореть, настолько пронзительно они смотрели.
— Аре-ил, — начал я осторожно и мягко, — у меня есть подозрение, что похищают меня не ради того, чтобы со мной разделаться. Похитители через меня хотят узнать, почему не удалась попытка захвата принцессы скравами.
— Поясни, на чем основываются твои подозрения? — Аре-ил был немногословен и конкретен, он не задавал лишних вопросов и не спорил, в который раз я убедился в его обманчивой простоте.
— На словах лера Рафа-ила, — так же прямо ответил я. — Он уверен, что за мной будет охота.
— Понятно, — задумчиво покачал головой эльфар и посмотрел на товарища, тот молча в знак согласия кивнул головой. — Что от нас требуется?
— Я думаю, что противников будет человек пять, не больше. Кроме того, они постараются проследить за бандитами, так что не попадайтесь им в поле зрения. После того как меня начнут передавать, нападайте сразу, не дайте им скрыться телепортом. Вот артефакт, блокирующий магию. — Я подал Аре амулет лесных эльфаров. — Бандитов не убивайте, только раньте, бой будет честным, меч против меча, у вас будет заметное преимущество. Захватите двоих заказчиков, одного отпустите, чтобы он мог доложить о провале захвата. Главного заберете и передадите Рафа-илу. Другого оставите мне. Напоминаю: бандитов не убивать и не калечить, только ранить, можно так, чтобы кровь лилась потоком.
Эльфар внимательно меня слушал и качал головой, показывая, что все слышит и понимает.
— И последнее. — Я с усмешкой посмотрел на Ару. — Если окажется, что это связано с Торой, вы будете мне должны.
— Мелкий, ты хуже сквоча, тот только ворует и гадит, а ты в долги вгоняешь, — возмутился эльфар. — Хватит того, что мы тебя отобьем, — отрезал он.
— Аре-ил, ты не прав. — Его товарищ осуждающе смотрел на возмущенного эльфара. — Нехеец знает наши обычаи: долг будет, но не на нас самих, а на семье князя.
Опа! Вот это я попал! Просто ткнул пальцем наобум — и сразу не в небо, а в яблочко.
Вот только чем мне может грозить долг князя? Может, ему легче будет от меня избавиться, чем платить? Я почесал затылок и вспомнил слова нашего замполита полка: "Глухов, ты знаешь, почему евреи лысые спереди, а русские на затылке? — спросил он меня, заметив, что я чешу затылок. — Еврей чешет лоб и думает, кого надурить. А русский чешет затылок и думает: опять надурили". Вот я и думал: не надурил ли я себя?
Понимая, что за Бортом могут следить, я его вызывать не стал, и мы на нанятом извозчике съездили посмотреть заброшенный дом, где я нашел Ринаду, потом я отвез эльфаров в академию.
На проходной, озираясь по сторонам, стояла Мия.
— Ты куда-то собралась? — выглядывая из коляски, спросил я.
Она увидела меня, засветилась в улыбке радости:
— Да, милорд, к отцу.
— Садись, подвезу, мне в ту же сторону, — пригласил я девушку.
— Ой, спасибо, ваша милость! — Она быстро заскочила в повозку и впилась в меня долгим страстным поцелуем. Потом удобнее уселась, потеснее прижавшись ко мне. — А вы к отцу в мастерскую? — Она не могла сидеть спокойно и все время заглядывала снизу мне в глаза.
— Нет, Мия, рядом с рынком есть трактир "Южные ворота", вот туда я и еду.
— А зачем он вам?
— Я его купил. Не мешай, я думаю.
А думал я о том, как назвать заведение, но ничего путного, как и у Изъякиля, не придумывалось. "Трактир на юге" — нет, "Зеленая нога" по аналогии с трактиром Увидуса — глупо, "Золотой теленок" — фу, гадость.
— О чем думаете, ваша милость, — не вытерпела девушка. — Вы так смешно шевелите губами. — Она прыснула в кулачок.
Я посмотрел на нее и сознался:
— Выбираю название трактира, но вот придумать не могу.
— Ха, как просто, — засмеялась она. — Что вы хотите там изменить?
А ведь правильно, я хотел многое поменять в трактире, поставить сцену, повесить портьеры, нанять музыкантов и сделать эту забегаловку модной. Все это я рассказал Мии. Она на минуту задумалась, наморщив носик. Почему-то все хорошенькие девушки, когда думают, морщат носик, от этого становясь еще привлекательнее.
— Придумала! — воскликнула она. — "Жемчужина юга". Как вам такое название?
— Замечательно! — ответил я.
— Я поеду с вами милорд, — тоном, отметающим всякие отговорки. произнесла девушка. — Вы не сможете все правильно сделать, здесь нужен женский взгляд. — Она была полна решимости.
В трактире царила рабочая суета. Идриш орал на других идришей, которые строгали, стучали, ремонтировали, красили. Увидев меня, он бросился сквозь толпу строителей.
— Милорд, как я рад вас видеть! Рена, мое вам почтение, — поклонился он сначала мне, потом Мии. — Как поживает ваш батюшка?
— Спасибо, хорошо, рен, — ответила покрасневшая девушка.
— Иди, Мия, осмотрись и приходи с предложениями, — сказал я и глазами указал на перестройку.
Едва она отошла, как в зале раздался ее уверенный властный голос:
— Всем прекратить работы!
Надо же, как она умеет! Я был немало удивлен. Еще больше удивился Изя, он вылупился на решительно ступающую девушку.
— Кто здесь бригадир? — перешагнув доски, спросила она.
К ней, быстро сняв шапку, подошел один из идришей.
— Милорд, — замялся Изя, — это девушка кем будет?
— Специалистом-артефактором, — глядя на него с улыбкой, ответил я. Мне было понятно его затруднение: он боялся остаться без места. — Это мой дизайнер, Изъякиль, она будет оформлять этот кабак. А работать в нем будешь ты и твоя дочь. — Я похлопал его по спине, чтобы он успокоился. — Где Цинея, у меня к ней есть разговор.
Идриш приосанился, он понял, что не пролетел мимо своего счастья в виде управляющего трактиром.
— Она наверху. Там в боковом коридоре три комнаты, мы заняли одну, — живо ответил он.
— Пошли посмотрим верх. — Я еще раз хлопнул идриша по спине и направился к лестнице.
Нам быстро уступали дорогу.
— Как, Изъякиль, после ростовщичества не трудно осваивать новую профессию? — спросил я, при этом вовсе не собираясь чем-то обидеть или задеть старика. Впрочем, может, он и не был стариком, а это жизнь его так потрепала.
— А я не был ростовщиком, ваша милость, наш род был поставщиком вин герцогам Силье. Мы этим занимались больше трехсот лет.
— Вот как?! — удивился я. — А что, не все идриши были ростовщиками?
— Нет, ваша милость, всего их было двадцать домов, и они в свое дело никого не пускали. Ссориться с ними было опасно, они обладали и связями, и деньгами.
