самолёты. Появились даже так называемые «респы», или РСПП – роботизированные системы поддержки пехоты. Единственно, что ещё сдерживало массовую роботизацию армий, так это цена. Звучит глупо, но живые люди и в самом деле обходились бюджету любой страны дешевле роботов. Это голая механика грязи не боится, тогда как нежная электроника требует бережного обращения и регулярного профилактического обслуживания.
А ещё накопители энергии на Ксинэе гораздо более ёмкие, чем даже самые ёмкие аккумуляторы на Земле. Ведь здесь даже танки работают на электричестве. Так что какой-нибудь боевой робот, да хоть та же автоматическая турель под потолком, вполне может оказаться в рабочем состоянии. Ведь те же фонари, что друзья прихватили из Гидицана, без всякой подзарядки могут светить неделями. На подобный подвиг не способна ни одна земная батарейка.
– Когда-то здесь цвела и приятно пахла дорогим парфюмом бюрократия, – Арам пинком распахнул очередную дверь в очередную обитель правительственного чиновника.
– Э-э-э… Ты это о чём? – не понял Егор.
– Ну как же, – Арам усмехнулся, – давно установленный факт: по мере развития цивилизации бюрократическая система всё более и более усложняется и увеличивается в размерах. Может быть изначально здесь и была обслуга с прочими вспомогательными службами, однако со временем чиновничье племя размножилось и вытиснило с минус первого этажа простых работяг. Проще говоря, сюда переселили чиновников не слишком высокого ранга, которые предпочли трудиться хоть и в подвале, зато всё равно во дворце Милдоф. Это же так полезно для будущей карьеры.
– Скорей всего так оно и было, – Егор посветил фонарём в очередной кабинет со столом, креслами и шкафом.
Друзья быстро сориентировались и, в первую очередь, попытались найти кабинет, кладовку либо просто коридор, что пролегал бы под Обелиском Свободы. Но, увы, такого не нашлось вообще. Очень скоро они убедились, что минус первый этаж не выходит за пределы наружных стен. Образно говоря, у дворца Милдоф два самых нижних этажа как бы закопаны в землю.
Минус второй этаж чиновничье племя успело оккупировать лишь частично. Скорей всего на самом нижнем этаже засели непосредственные начальники технических служб Дворца. Вполне ожидаемо друзья нашли кладовки, всякие насосные, мастерские, душевые для обслуги и даже небольшую столовую. Однако, как и на минус первом этаже, ни один кабинет, кладовка или просто коридор так и не вышел за периметр внешних стен. Зато друзья нашли нечто другое.
– Не нравится мне это, ох как не нравится, – произнёс Егор.
Луч фонаря высветил на полу труп. Камуфлированный тактический костюм, только без шлема и лицевой маски. Ни рюкзака за спиной, ни разгрузки нет. Лицо и прочие части тела объели крысы, однако дурной запашок разложения всё ещё исходит от трупа. Егор присел рядом и сдвинул в сторону отворот кителя.
– Твою дивизию, – Егор тихо ругнулся, – да у него повязка поперёк груди.
Грудь убитого и в самом деле перетянута плотными некогда белыми бинтами, на которых большим бурым пятном выделяется засохшая кровь.
– Ты хочешь сказать, – Арам, в свою очередь, склонился над трупом, – что сперва этот человек был ранен, его перевязали, однако он всё равно умер?
– Да, – Егор кивнул.
– И что здесь такого? – Арам распрямился. – Это война, на ней убивают.
– А тебя не смущает, – Егор поднялся на ноги, – что этот человек явно из персонала убежища под Дворцом? Он получил пулю в грудь. Тогда кто в него стрелял?
– Да мало ли что здесь произошло, – сердито отмахнулся Арам. – Бунт, например. Какой-нибудь слишком ретивый офицер решил лично пристрелить самого борзого бунтовщика.
– Однако наповал почему-то так и не убил. Зато кто-то другой оказал самому борзому бунтовщику медицинскую помощь, – с ядовитым сарказмом заметил Егор.
– Ладно, согласен, звучит не очень убедительно. Какой будет твоя версия? – Арам с вызовом уставился на друга.
– Ладно, если здесь и в самом деле разразился бунт, – хмуро произнёс Егор. – А если здесь был бой? Заметь: на убитом нет ни рюкзака, ни разгрузки, ни оружия. Кто-то забрал всё это.
– Тогда должны были остаться следы боя, – возразил Арам.
– Согласен, должны, – Егор не стал отрицать очевидное, – да только мы обследовали лишь малую часть подземных этажей. Может статься что под Южными крыльями мы наткнулись бы на более чем явные следы боя. А теперь добавь тот пролом, через который мы проникли сюда, и через который кто-то ушёл от сюда ещё год назад. Все эти факты складываются в очень нехорошую цепочку.
– Егор, – Арам печально усмехнулся, – ты помнишь, что сказал Остап Бендер Кисе Воробьянинову в славном городе Васюки?
– И что же он сказал? – осторожно поинтересовался Егор.
– А сказал он ему следующее: «Будут бить, будете плакать». Пока на наши драгоценные жизни никто и не подумал покуситься. Ищем дальше. Насколько бы не были верны все твои предположения и страхи, просто так отсюда мы с тобой всё равно не уйдём.
– Тоже верно, – нехотя согласился Егор.
Надежда, упрямая надежда, всё ещё горит в душе ярким пламенем. Самое страшное, что может с ними случиться, это смерть. Однако жизнь в слишком реальной компьютерной игре, в мире постапокалипсиса, в режиме постоянного выживания, без телевизоров и гипермаркетов с еженедельными скидками выглядит не слишком лучше смерти. Как говорят в подобных случаях, лучше ужасный конец, чем ужас без конца.
– Ладно, – Арам махнул рукой, – чтобы тут не произошло, ищём дальше. Думаю, под Дворцом должно быть противоатомное убежище.
– С чего ты так уверен? – спросил Егор.
– Глянь на его погоны, – Арам показал на труп.
– Старшина, – заметил Егор.
– Армейский старшина, – уточнил Арам. – Оба подземных этажа Дворца никак не похожи на военный объект. Это, скорее, продолжение наземной бюрократии. Этот парень явно из персонала противоатомного убежища.
– Где как раз епархия военных, – закончил Егор.
Друзья продолжили поиски, только на этот раз принялись искать вход в противоатомное убежище. Всё те же коридоры, кабинеты, мастерские, кладовки. И темнота, везде царит темнота.
О том, что под дворцом Милдоф всего два подземных этажа, Егор узнал абсолютно точно от жены. Благо Динура родилась в островной республике и много чего знала о своей родине. Информация о двух подземных этажах сама по себе не была секретной. Наоборот – об этом с гордостью сообщали даже путеводители по столице. Другое
