— боже, какой вкусной она показалась Сергею! А когда перед ним задымилась кружка с кофе и он вдохнул этот дивный аромат, у него едва не закружилась голова. Несмотря на то, что это был всего лишь Nescafe из пакетика, довольно-таки среднего качества. Зато к нему прилагался самый настоящий пряник!
Сергей был на вершине эйфории. Он ничего не видел и не слышал — весь ушел в процесс: блаженно обмирая, потягивал бесподобный напиток, откусывал маленькими кусочками душистый пряник, стараясь растянуть удовольствие.
Спутники давно уже управились с завтраком и принялись сворачивать лагерь, а он всё сидел и кайфовал...
Из объятий блаженства его бесцеремонно вырвал Лехин голос:
— Серый, ты чего там, уснул, что ли? Иди помоги.
Капитан уже собрал палатку и теперь пытался засунуть ее в мешок, но в одиночку у него это плохо получалось.
Сергей с сожалением допил остатки кофе и встал...
Четверть часа спустя они уже плыли по Бобровке. Леха сразу предупредил, чтобы все вели себя тихо и внимательно осматривали левый берег:
— А то, может, наши ночные соседи до сих пор еще здесь...
Оказалось, что вчера вечером путешественники впервые заметили отблеск «чужого» костра далеко среди деревьев ниже по течению.
Сергей лишь подавил горестную усмешку.
Он сидел на корме, орудуя веслом, и мучительно соображал, что же делать дальше. Да неужели всё, что с ним сейчас происходит, — лишь галлюцинация? В это уже не хотелось верить. Слишком реалистичны ощущения. Желудок так и нежится в блаженной сытости, во рту до сих пор вкус кофе стоит. Солнце весело светит из-за деревьев, птицы щебечут на все голоса... Однако Сергей прекрасно помнил, как вчера ему столь же реально мерещился и запах пены для бритья, и вкус зубной пасты, и аромат туалетной воды... Да и Лехин рассказ про кровавую реку и трупы на деревьях время от времени вставал перед глазами во всех красках. Нет, какими бы подлинными ни казались ощущения, до конца быть уверенным ни в чем нельзя...
И все-таки... Если это не глюк — что же тогда? Либо ему всё приснилось (что совсем уж вряд ли), либо он и в самом деле переместился в собственное тело четырехнедельной давности. С Лехой ведь вчера тоже нечто подобное произошло — правда, он оказался в теле собственного клона, но тем не менее... Так что вполне возможно, что сейчас перед Сергеем открывается не слишком приятная перспектива пройти все мытарства и блуждания заново. Правда, теперь у него имеется неоспоримое преимущество: он знает обо всем, что ожидает их отряд дальше. Но что пользы в том? Или, быть может... быть может, это судьба предоставляет ему шанс всё исправить? Только вот как? Ведь причины всех этих бобровских пертурбаций по-прежнему остаются окутанными тайной...
Отсюда самый главный вопрос: следует ли обо всем рассказать спутникам? Описать им красочно и в максимальных подробностях всё то, что готовит для них Бобровка. А потом вместе сесть и подумать, как быть дальше. Как следует себя вести, чтобы не повторить тот же злосчастный путь...
Идея сама по себе была вроде бы и неплоха, да вот только Сергей не знал, как приступить к ее осуществлению. Вряд ли спутники готовы услышать от него ТАКОЕ... И как они всё это воспримут? Решат, что у него шарики за ролики заехали — вот и весь вердикт. Да он бы и сам на их месте так же решил...
— Что-то не видать никаких следов... — полушепотом произнес Леха, и Сергей, отвлекшись от мыслей, не сразу понял, о чем говорит товарищ.
— Не могло же нам вчера почудиться? — не слишком уверенно проговорила Юлька.
— Конечно, не могло... Наверно, они уже снялись, раньше нас отчалили. Где-то впереди сейчас идут, стопудово... Может, попробуем нагнать?
— Зачем? — поежилась штурманша.
— Ну спросим, далеко еще до села.
— А если это браконьеры?
— И что? Нам их дела по барабану, мы ж не егеря... Старпом, как считаешь?
— Да не нагоним мы их, — хмуро отозвался Сергей. Он вспомнил, что именно это они и пытались сделать на четвертый день путешествия. Не удалось. А после того, как вечером снова увидели вдалеке огонь, на следующее утро встали чуть свет, сели в лодку и поспешили вперед — в надежде застать соседей прямо на их стоянке. Но опять никого не встретили...
— Почему? Надо только поднажать как следует, — начал было возражать капитан.
— Ну, если настаиваешь, давай поднажмем. Только толку от этого не будет ни на грамм.
Леха обернулся, с озадаченным видом посмотрел на товарища.
— Чего-то я не пойму... Серый, это что за приступ пессимизма? Ты сегодня сам на себя не похож.
Сергей вздохнул, но ничего не ответил. Он пока не был готов выкладывать спутникам всю горькую правду-матку: ведь не знал даже, с чего начать...
Так и не дождавшись объяснений, Леха заключил:
— Короче, я, как капитан, беру на себя право командования. Будем поддавать дусту, а там позырим. Даже если не нагоним наших попутчиков — хрен с ними. Зато быстрее в село прибудем.
Сергей тоскливо усмехнулся краем рта. Блажен, кто верует...
— Ладно, как прикажете, сэр. Только у меня одно условие. Точнее, просьба.
— Выкладывай, — снисходительно кивнул Леха.
— Не к тебе, а к Юльке.
— Ко мне? — удивленно обернулась сестра.
— Да... Хочу попросить тебя кое о чем. Ты можешь следить за курсом и зарисовывать все повороты и изгибы речки в блокнот?..
Сергею пришло в голову, что прежде, чем начинать серьезный разговор, на который он всё никак не мог решиться, следует поставить спутников перед фактом, чтобы они наглядно убедились: творится какая-то необъяснимая фигня. Для этого он и решил прибегнуть к уже испытанному способу. Если вычерчиваемое на бумаге русло пересечет само себя — это будет весомым козырем в предстоящем нелегком диспуте и поможет убедить спутников, что Сергей не свихнулся и не прикалывается, а говорит чистейшую правду.
Юлька принялась было отнекиваться («некогда мне, я дневник пишу»), однако Лехе идея понравилась:
— Так мы хоть поймем, насколько сильно Бобровка петляет! Можно будет реальную длину маршрута прикинуть и вычислить, когда примерно села ждать — сегодня или уж завтра.
«Ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю», — с глухой тоской подумал про себя Сергей.
На сей раз Юлька согласилась. Внимательно выслушала инструкции — и взялась за дело.
— Вот теперь ты настоящая штурманша! — одобрительно подмигнул ей
