котёнка, у которого перед мордой очень быстро махают приманкой. Но уже через несколько секунд мозг наконец-то притормозит и человек просто ударит на опережение либо синхронизирует движения. Тоже самое иногда встречается в фильмах, когда герой бежит к противнику, в него стреляют, а он резко дёргается из стороны в сторону. Тот самый маятник. Я сделал фактически тоже самое, только в миниатюре… за что собственно и поплатился. Лена ловко отскочила в сторону, уклонившись от моего ножа. Я был уверен, что мой приём сработает, но Лена оказалась ловчее, чем я предполагал. Мы оба вернулись к исходной позиции, готовые продолжить бой.
Полчаса спустя
— Неплохо потренировались, — произнесла довольная Лена, — Интересные движения, сам придумал?
— Ну, вроде того, — скривился я, пока она мне натирала мазью спину.
— Ты знаешь. Я действительно восхищаюсь твоими навыками, — сказала она.
— Спасибо, Лена, — ответил я, — но я всё ещё далёк от идеала.
— Все мы далеки от идеала, но главное, что мы продолжаем учиться и развиваться, — сказала она, — И в этом заключается наш успех.
— Да и скорость со временем придёт, — добавила она.
А я лишь вздохнул, ну так-то она права, только нужна ещё и сила. По скорости, точнее по мастерству владения короткими клинками я все же лучше неё, а вот скорость и сила, на её стороне. С реакцией, кстати, у меня тоже всё в порядке, а вот тело на таких скоростях подтормаживает. Я всё вижу, но не успеваю, а тут ещё и сила, то есть жёсткие блоки я не могу делать, меня просто унесёт в сторону как от столкновения зайца и внедорожника. Приходится понемногу переделывать все свои движения, но благо в Сабире меня учили очень хорошие учителя и главное это очень хорошо совпало с моими прошлыми навыками. Пришлось, конечно, многое переделывать, но в целом стало намного лучше. К тому же у меня всё-таки кое-какой прогресс присутствует. Ещё месяц назад я проигрывал в сухую, а сейчас уже не в одну калитку.
Эх… обидно конечно, я хоть и владелец (номинально) всех стихий, но по сравнению даже с учителем я выгляжу очень слабенько. А если говорить о настоящем поединке насмерть, то если бы меня всерьёз напала Лена, то я был бы мёртв ну где-то минут через пять…
Но я прекрасно осознаю, что несколько лет назад, я бы и вовсе даже на тренировки ничего такого не смог бы сделать. Всё таки наставники в СОГРе одни из самых лучших, они прекрасно понимают всю специфику обучения, к любому найдут подход и я бы не отказался переманить парочку, но делать это надо лично, так как Михаил тут не поможет. Он более знаменит в гвардии и армии, а вот в СОГРе его хоть и знают, но репутации маловато для того, чтобы переманить перспективных людей. Зато у меня в СОГРе репутации хватает, особенно после того прорыва. К тому же я стал первопроходцем, получив официальную награду. Обычно всё делается тихо и без лишних почестей, а тут бабах и СОГР на коне. Конечно, у нас нет никаких должностей и погон, но народ всё равно ждал, чтобы кто-то смог засветится. И я тут как тут. На меня бы смотрели косо, так как я один из бояр, да ещё и глава рода. Добавим к этому и тот факт, что я повязан с имперским родом и, казалось бы, в меня должны были плевать, типа ну конечно высоко взлетел и тут же орден получил. Но все знают, что я не прохлаждался сидя на комфортном диване, а постоянно был в забытых землях, не зря же я держу первенство по количеству времени, проведённому на территории нежити. А там плевать кто ты, глава рода или простолюдин, нежить и того и того с радостью расчленит. Поэтому народ рад за меня и я потянул немного в сторону и возможно в будущем разведчики будут получать награды побольше и открыто. Разведчик знает, что в его работе нет места для самовосхваления и гонки за званиями. Его главная задача — это защита национальных интересов и обеспечение безопасности своей страны.
Но если награды и признание становятся мотивацией для улучшения качества работы, то это только хорошо. Возможно, в будущем награждения будут выдаваться не только в тихих залах, но и на публике, чтобы всем стало ясно, какие ценные и опасные задачи выполняют наши разведчики в интересах нашей безопасности.
Но император своим награждением сделал мне неплохой подарок, так что я пошукаю у него в «загашнике» на предмет людей которые вышли на пенсию или хотят сменить род деятельности. К тому же после наивысшего уровень тупости, то есть нападения рода Хачатурянов, я усилил охрану своих предприятий. Так что дружинники сейчас работают на все сто процентов и я бы, если честно не отказался бы от пары десятков человек, которые естественно перед этим пройдут проверки. Ну и, конечно же, будет иметь боевой опыт, охотник, разведчик или военный, все эти категории вполне хорошо совмещаются с работой дружинника. А ещё мне неплохо было бы подобрать побольше людей, которые военные действия видели только по телевизору, но зато в мирных специальностях они гуру. Моя команда офисный сотрудников, которые ещё несколько месяцев назад были выпускниками, хоть и работает на двести процентов, но им тоже надо, есть, и спать, к тому же объем работы очень большой. Большая часть увлеклась биржей (и к слову говоря, начинают приносить доход), а вот остатки перекинулись на мои предприятия. Учитывая прополку от воров и множественные увольнения… в общем, и тут мне нужен народ, причём, чем быстрее, тем лучше. Похоже, опять придётся навестить Алексей Игнатьевич Енокина и его место работы ГУЭФ имени профессора Свидлова.
И думаю, он пойдёт ко мне на встречу, особенно в свете того, что его студенты в данную минуту работают на Волковых, причём успешно. Я не скупился на зарплаты и различные социальные бонусы, потому что я понимаю, что довольный сотрудник — это лучшая инвестиция в бизнес. Он работает с большей эффективностью и энтузиазмом, что приводит к лучшим результатам. Но я не только думал о зарплате. Я стремился создать условия для роста и развития своих сотрудников. Я предоставлял им возможность участвовать в обучающих программах, участвовать в конференциях и тренингах. Я также старался дать им возможность работать над интересными и перспективными проектами. х зарплаты были на уровне топовых менеджеров, и это означало, что им не было смысла искать себе подработку на стороне. Они знали, что я ценю их
