здесь есть полноценный завод? — я с трудом подавил радостную ухмылку, шагнув к платформе ИИ. — Веди. Я должен это увидеть.
Платформа с голограммой ПАЛа плавно развернулась и покатилась дальше по коридору, уводя нас всё глубже в недра комплекса. Элара, до этого молчавшая, поравнялась со мной.
— Завод? Ты думаешь что сможешь использовать это производство? — тихо, чтобы не услышал микрофон дрона, спросила она. Но это было бесполезным действием. Если не сами микрофоны могли уловить и не такое, то уж точно тут везде вмонтированы другие. В ее голосе снова проскользнули нотки тревоги.
— Если у него есть станки и чертежи, мы сможем производить всё необходимое, — спокойно ответил я. — Броня, детали, оружие, запчасти для орнитоптеров. Всё то, что сможем скопировать. А это большой шаг к независимости, Элара. Не придется закупать кучу лишних лицензий для наших фабрикаторов, пусть даже и со скидкой от твоей подруги. Если договоришься.
Дрон привел нас к массивным гермодверям, которые с шипением разошлись в стороны. Ожидая увидеть классический промышленный цех — ряды громоздких станков с ЧПУ, конвейерные ленты, манипуляторы и искры сварки, — я замер на пороге. Помещение было огромным(опять), но абсолютно пустым в привычном понимании. Никаких станков здесь не было. Всю центральную часть цеха занимал колоссальный резервуар, похожий на прямоугольный бассейн, неизвестной глубины, метров тридцать в длину. И вместо воды он был заполнен странной, тяжелой на вид субстанцией цвета жидкого серебра или ртути. Поверхность этой «жидкости» не была гладкой — она постоянно шла мелкой рябью, переливалась и пульсировала, словно живой организм.
Элара инстинктивно сделала шаг назад, схватив меня за локоть.
— Что это? — выдохнула она, глядя на серебристое марево.
— Это моё производство и моя гордость, Принцесса, — гордо ответил ПАЛ, и его дрон подкатился к самому краю резервуара. — Производственная колония нанороботов. Универсальная матрица. Редкая вещь, но тут она более чем оправданна. Зачем мне тысячи разных станков, занимающих ценную площадь, если я могу иметь один абсолютный инструмент? И не нужно опасаться что какая-то часть цепочки выйдет из строя и вся работа встанет.
В этот момент к противоположному краю бассейна подъехали несколько грузовых платформ, доверху груженных тем самым металлоломом из разрушенного зала — покореженными блоками ракетниц, оплавленными стволами и обломками композита. Манипуляторы платформ безжалостно опрокинули весь этот мусор прямо в серебристую жидкость. Короткий всплеск и мусор погрузился в субстанцию, скрываясь в толще. Она мгновенно беззвучно забурлила. По цеху разнесся странный звук — не лязг, не гул машин, а тихое, нарастающее шипение — шелест. Колония пожирала их, разбирая на базовые элементы. А в это же время в ближней к нам части бассейна происходило обратное. Рябь на поверхности усилилась, жидкость вспучилась, и из нее плавно, как из формы для литья, начали подниматься два абсолютно новых, сверкающих блока стационарных орудий. Нанороботы собрали их с нуля, переработав мусор в идеальное изделие.
Элара прижала ладонь ко рту, ее глаза расширились от удивления. Для нее(да и для меня) эта серебряная лужа, пожирающая сталь и выплевывающая смерть, выглядела почти как чистая магия. Я же чувствовал, как бешено бьется сердце. Это был не просто завод. Это был ультимативный репликатор. Идеальный ресайклинг без потерь.
— ПАЛ… — голос дрогнул от возбуждения. — Это же великолепно! Универсальное производство. Нам нужно будет расширить объем колонии. Разделим ее, зальем в дополнительные резервуары, и мы сможем собирать что угодно и сколько нужно.
Маленькая проекция ПАЛа сокрушенно покачала головой, и это движение разом сбило с меня всю эйфорию.
— Боюсь, это невозможно, Кейн, — вздохнул ИИ. — Создатели этого полигона были весьма параноидальны.
— В каком смысле? — нахмурился я.
— Колония жестко залочена на аппаратном уровне. В самих физических контроллерах наномашин, — пояснил ПАЛ тоном терпеливого лектора. — Они могут восстанавливать свою численность только до строго определенного, зашитого в их архитектуру объема. Этот бассейн — их предел. Аппаратная защита от сценария неконтролируемой репликации. Они называли это «серой слизью». Боялись, что в случае сбоя колония просто сожрет всю планету, переработав ее в саму себя. Массовое масштабирование исключено.
Я мысленно выругался. Ну да. Размечтался. Защита от дурака, пережившая саму цивилизацию.
— Хорошо, — я попытался зайти с другой стороны. — Но мы можем перенести часть колонии на базу? Сделать мини-фабрику там?
— Снова нет, — проекция развела руками. — Нанороботы функционируют только на определенном расстоянии от центра колонии. Стоит вынести их за пределы рабочей зоны, как система безопасности тут же стирает их из локальной памяти роя. Они лишаются управления и превращаются в обычную, мертвую серую пыль. Вынести часть кузни отсюда не выйдет. Только целиком. В комплекте с моей сферой и управляющими модулями. Это единая система которую можно переместить по частям, но работать будет только вместе.
Это был тяжелый удар по моим грандиозным планам. Но я не собирался сдаваться.
— Ладно, пусть так, — кивнул я. — Что насчет чертежей? Если я дам тебе образцы материалов, ты сможешь их собрать?
Голограмма ПАЛа виновато потупила взор.
— Кейн, я — узкоспециализированный военный тренажер. В мою базу данных загружены исключительно те спецификации, которые необходимы для функционирования этого полигона. Чертежи инфраструктуры, моих дронов, бронепанелей и локальных систем вооружения. Архивов колониального или промышленного флота у меня нет. Чтобы создать что-то новое, мне нужен точный чертеж атомной структуры объекта. Просто сканированием тут не обойтись. Нужна абсолютная атомарная точность.
Я тяжело выдохнул, глядя на переливающееся серебро бассейна. Мечты о флоте кораблей, собранных из воздуха, рассыпались как та самая серая пыль. Но затем я посмотрел на новенькие турели, которые сервисные дроны уже утаскивали на полигон. Да, у нас не было нужных и свежих чертежей, но у нас было, как минимум, древнее оружие, которое ПАЛ мог штамповать бесконечно. У нас была неубиваемая, самовосстанавливающаяся тренировочная база с дронами. У нас был идеальный переработчик любого мусора в нужные детали для поддержания жизни комплекса. И у нас был могучий искусственный интеллект. Это тоже крайне много. Тут скорее вопрос в том, как это мне всё перевезти в Башню в пустыне в одно рыло. Оставлять тут это всё нельзя. Это сколько же челночить придётся? Как бы не заинтересовались подобной активностью кому не надо.
Элара, заметив мое разочарование, осторожно коснулась моего плеча.
— Мы не сделаем всё за один день, — тихо сказала она.
— И не собирался, — я ободряюще улыбнулся ей и повернулся к голограмме. — ПАЛ, готовь схему и списки всего что тут есть и что нужно для восстановления твоей работы на новом месте. Сколько энергии, места — всё. И заодно подумай как можно придать этому месту вид полностью заброшенного
