Смех смехом, а ведь именно так в разных странах начинались страшные репрессивные кампании против неугодных. Погромные настроения в зародыше есть ведь всегда и везде. На что они, Ющенко, Мороз, Симоненко, Тимошенко и десятки рядовых членов их фракций, рассчитывали? Не знаю. Планировалось ли, что в начатую ими кампанию включится улица? Вынашивалась ли мысль таким вот ловким способом в одночасье вывести из игры практически все высшее руководство страны? Ведь если бы улица вспыхнула, утихомирить ее было бы непросто.
В щекотливом положении оказались руководители и работники тех средств массовой информации, которые поддерживали оппозицию в ее борьбе против «антинародного режима Кучмы». Имею в виду тех, кто понимал, в силу своего образования, что нельзя (потому что стыдно!) солидаризоваться с такой вопиющей демонстрацией мракобесия и аморальности. Не обрадовались и в западных посольствах. Они привыкли открыто приветствовать и прославлять «демократическую оппозицию», а тут она, еще не придя к власти, начинает «охоту на ведьм» в гитлеровско-геббельсовском духе. Масоны («жидо-масоны!»), большевики и «плутократы» были главными жупелами нацистской пропаганды еще до прихода Гитлера к власти. Посольства приняли позорное решение: промолчать. Не менее позорно повели себя и наши СМИ, стоявшие на стороне оппозиции. Вместо того, чтобы поднять шум, объяснить своим читателем, что лидеры оппозиции опустились в своих публичных заявлениях до уровня отбросов общества, газеты просто опубликовали сообщения информационного характера. Практически без комментариев.
И я ничего не знал… От меня официально требовали разогнать «масонов», а я ничего не знал! Стало быть, не стали повторять это требование - видимо, были рады, что оно кануло в Лету без особых последствий. Тут, считаю, недоработали и те СМИ, которые поддерживали меня. Они могли бы использовать этот случай, чтобы показать, на каком низком уровне общей и политической культуры находятся будущие вожди Майдана.
12 июня
Сегодня государственный праздник России - день России. Странно звучало бы: «День независимости России». А «День независимости Соединенных Штатов Америки» звучит нормально, потому что Штаты действительно воевали за свою независимость. От Англии. А теперь они лучшие друзья. Англия неизменно поддерживает все самые крупные, самые рискованные, неоднозначные инициативы США. «Развод» этих стран уже никто сегодня не воспринимает как травму. Думая о российской травме в связи с «уходом» Украины, нельзя не поражаться. Тем более что Украина ведь не уходила из России. Они практически одновременно ушли из Советского Союза. Причем Россия ушла первой.
Позавчера мне попалось высказывание одного из российских политтехнологов. Его называют рупором Кремля. Не знаю, в какой степени он рупор, но настроения, по крайней мере какой-то части политического руководства, он все-таки выражает. Он считает уникальной ситуацию, в которой Россия получила возможность стать «гигантским амбициозным европейским проектом». Имеется в виду ситуация 1991 года, провал августовского путча. «Мы по случайности получили шанс, - говорит он. - Мы этим шансом воспользовались. И второго шанса не будет - это ясно понимает Путин. Такую географическую недвижимость отхватили! Теперь ее надо обустроить». Если бы в том августе Ельцин со своими сторонниками потерпел, мол, поражение, то «исходя из государственных интересов, победившая сторона должна была бы раздавить Россию, потому что она была более опасна, чем Украина, для союзного руководства. Тогда не было бы никакой России у нас» (Г. Павловский. «Корреспондент». № 22(211) 10 июня 2006 г.)
Эта теория призвана убедить россиян и украинцев (россиян - в первую очередь), что Советский Союз не был коммунистическим порождением Российской империи и нечего о нем жалеть, а надо радоваться, что Россия освободилась от него вместе с другими бывшими советскими республиками. Можно считать эту теорию полезной с воспитательной точки зрения. Но вряд ли она успокоит многих из тех, кто испытывает ностальгию по «исторической России» и обижается на Украину, считая ее главной виновницей распада той России. Но уж если эта теория выдвигается всерьез, то и 12 июня надо называть не Днем России, а Днем независимости России.
Вспоминал в этот день о Ельцине, свои разговоры с ним. Он никогда не говорил, например, кого собирается назначить премьер-министром. Ему также не приходило в голову хотя бы намеками давать и мне рекомендации по таким вопросам. Он мог сказать, что какие-то действия украинской стороны ему не совсем понятны. То же мог говорить и я. Особенность Ельцина: если позволяло существо дела, он реагировал мгновенно. Снимает трубку и звонит соответствующим лицам…
Я был огорчен, когда Черномырдин перестал быть премьер-министром. Он человек, так сказать, от земли, хотя всю жизнь занимался промышленностью. Он не витал в облаках, не теоретизировал. К теоретикам-рыночникам, к их критическим замечаниям и «конструктивным» предложениям мы относились одинаково скептически. Возможно, мы не всегда были правы, но чаще жизнь все-таки подтверждала нашу точку зрения. Мы оба хорошо чувствовали почву, на которую ляжет то или иное наше решение. Мы по себе знали человеческий материал, доставшийся нам от истории. В известной поговорке: «Что русскому здорово, то немцу смерть» много правды. Мы понимали, что нельзя перешагнуть через этапы. До каждой серьезной перемены люди должны дожить. Им нужно время, чтобы свыкнуться с каждым новшеством. Бесполезно обрушивать на их головы перемену за переменой. «Не гони картину» - тоже очень хорошее выражение. Когда Ельцин сменил Гайдара на Черномырдина, это было правильно. Он увидел, что теория и практика расходятся, и принял меры. Жить только по учебникам он не мог.
А вот после того, как был отправлен в отставку Черномырдин, табу с кадровой темы в наших разговорах с Ельциным было снято. Это получилось как-то само собой. Может быть, Ельцин увидел по мне, как я жалею, что Черномырдин больше не премьер-министр. Наверное, было бы иначе, если бы молодой преемник Черномырдина с первого дня показал, что он настоящий преемник. Но этого не произошло. Украина сразу ощутила разницу, и я просто вынужден был сказать, и не раз, Борису Николаевичу, что Кириенко не тянет, его слова расходятся с делом. Расходятся не в том смысле, что говорит одно, а делает другое. Много было слов о самых общих проблемах и принципах, а глава правительства России по своему положению в системе власти должен заниматься важнейшими повседневными делами, решать текущие экономические вопросы на основе конкретных программ. Нельзя было не пожалеть о Черномырдине с его спокойствием, основательностью, дотошностью, большим желанием разобраться в каждом деле, дойти до самых корней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
