Тихо и спокойно старшины договорились по всем вопросам, так что спустя час я под удивленным взглядом артельного мастера-строителя уже ставил подпись под коротким и предельно ясным контрактом. Триста гривен за работу, двести за материалы и месяц сроку. Дороговато вышло, я рассчитывал на меньшую сумму, зато строители обещались возвести за пару дней сарай-времянку, чтобы было где хранить продукцию и сырье до введения в строй восстановленного склада. Ну и ремонт мастерской вошел в ту же цену. Благо там, кроме побитых окон, дверей в лавку и кое-где подпорченной огнем крыши, особо и ремонтировать нечего.
С охранниками вышло и того проще. Ватага из десяти человек сразу по приезде выгнала взашей людей, поставленных Несдиничем. Правда, атаман нанятых мною охранников взял авансом сотню гривен за месяц работы его ватаги. Это при условии обговоренного лечения за счет работодателя в случае ранения и десятикратной компенсации от стоимости найма в случае смерти любого из ватажников во время работы. Не дай бог, конечно. Тысяча гривен для меня не предел, но довольно близко к нему. На счету мастерских после всех заключенных контрактов осталось три с половиной тысячи, из которых полторы уйдет на сырье и оплату работы мастеров нашего заводика за месяц, да и мои личные финансы скоро покажут дно. А нам ведь график догонять надо. Эх… и что ж так с дядькой Мироном неудачно вышло, а? Он бы вмиг разрулил все проблемы, благо знакомых в Новгороде у него более чем достаточно, глядишь, и сэкономили бы еще.
От мыслей о до сих пор пребывающем в бессознательном состоянии опекуне, расходах на ремонт и возне с восстановлением работы мастерской мое настроение быстро оказалось на точке замерзания. И надо же было посланнику Несдинича оказаться рядом именно в этот момент! Нет, понятно, что чего-то в этом роде следовало ожидать, но как же он не вовремя, а?
Я вышел на крыльцо лавки, чтобы подышать свежим воздухом, в надежде хоть немного остудить разгорающуюся ярость, как рядом, обдав меня потоком горячего воздуха, замер черный мобиль неизвестной модели, из которого, словно черт из табакерки, выпрыгнул подтянутый офицер с характерным красным кантом на черном кителе и погонах. Инженер-лейтенант смерил меня взглядом, чему-то кивнул и, вытащив из мобиля какую-то папку, шагнул в мою сторону.
— Кирилл Завидич? — не допускающим возражений тоном произнес он. Я хмыкнул в ответ. Задняя дверь мобиля открылась будто сама собой. — Прошу в машину.
— Не хочу, — честно ответил я.
Лейтенант на миг опешил, но тут же начал наливаться краснотой.
— У меня приказ доставить вас, и я его выполню, — процедил он. Нервный какой-то… впрочем, я тоже не образец спокойствия, особенно сейчас.
— А у меня еще куча дел в мастерской, и мне плевать на ваши приказы. — Я оскалился.
Из мобиля, повинуясь жесту-приказу лейтенанта, вылезли водитель и пассажир с заднего сиденья. Амбалистые такие ребята из нижних чинов «береговой» службы, судя по нашивкам.
Стоящие неподалеку ватажники потянулись за дубинками, но я их остановил. Точнее, вышедший на крыльцо атаман заметил мой жест и притормозил своих бойцов.
— Вы идете с нами, Кирилл. Это не обсуждается, — прищурившись, сообщил лейтенант, за спиной которого уже выросли его помощники и… улетел им на руки от моего удара. Словив командира, водитель попытался привести его в чувство, а второй кинулся мне навстречу, раскинув руки. Схватить хочет, ну-ну… Удар!
Тело унтера само налетело на прямой удар ноги, угодивший в живот, и, отшатнувшись, сложилось в позе эмбриона. Мм… кажется, я попал немного ниже, чем рассчитывал.
Водитель, возившийся с командиром, попытался было вмешаться, но уткнулся взглядом в наведенное на него дуло пистолета и… решил не рисковать.
— Забирай их — и катитесь отсюда, пока я не разозлился, — прошипел я, указав стволом на мобиль. — И передай господину адмиралу мое недовольство воспитанием его офицеров.
К моему удивлению, ни ватажники, ни их атаман даже не почесались после такого представления. Молча проводили взглядом удаляющийся мобиль и… разошлись по постам. Правда, фраза шагнувшего за порог лавки главы охранников быстро расставила все по местам:
— Поя-аса-а…
Опять аукнулась моя нежданная причастность к Завидичам, точнее, к кругу старых новгородских фамилий. И в этот раз, как ни удивительно, я был почти доволен таким поворотом дела. Объяснять причины своего поведения или, того хуже, расстаться с охраной сразу по заключении контракта было бы весьма неприятно. А такой поворот был бы вполне возможен, и тот факт, что я не учел таких последствий, говорил, разумеется, совсем не в мою пользу. Оправдываться же вспышкой гнева… Ха! И от меня сбежали бы не только охранники, но и строители вместе с работниками мастерской. Кому на фиг нужен малолетний неуравновешенный работодатель, способный запинать трех военных разом… ну ладно, двух запинать, одного напугать, суть-то от этого не меняется! А так «пояса-а» — и нихт проблем.
Кхм, а ведь настроение действительно исправилось. По крайней мере, убить ближнего своего больше не тянет. Вот что мордобой животворящий делает, а!
— Кирилл… Кирилл! — Я вынырнул из размышлений и закрутил головой в поисках окликнувшего. Это оказался наш старшина мастеров. Федор Казанцев остановился в двух шагах от меня и, кивнув в сторону складских руин, из-за которых уже раздавался стук молотков и хеканье тягающих бревна артельщиков, проговорил: — Послезавтра времянка будет готова…
— Материалы? — понимающе вздохнул я. В ответ Казанцев лишь вновь кивнул и протянул мне список с номенклатурой необходимых «комплектующих». — Здесь все?
— Нет, только то, что необходимо для восполнения утерянного и плановых работ на ближайший месяц, — откликнулся Федор. — Остальное терпит.
— Пока терпит, — задумчиво протянул я и, забрав листы, потопал в контору разыскивать адреса поставщиков.
Не бывает так, чтобы все сразу стало хорошо, даже если недавно было совсем плохо. Это я понял, пообщавшись с первым из наших поставщиков. Ну, то, что секретарь напрочь отказался пускать меня к своему жутко занятому хозяину, я еще могу хоть как-то понять. Даже в костюме-«тройке», в котором я просто упарился по августовской жаре, мое субтильное пятнадцатилетнее тело вряд ли может вызвать приступ неконтролируемого уважения и хвостомахания у «шлагбаумов» вроде секретарей и приказчиков, но вот то, что те же приказчики, к которым я обратился после облома встречи с владельцем необходимых мне «комплектующих», откажутся принять заказ на заранее оговоренную поставку… это уже выходило за рамки разумного. Нет, если бы дело ограничилось одной конторой, я бы просто пожал плечами — мол, бывает. Но когда эта картина в разных вариациях повторилась во второй и третьей конторах, пришлось признать, что дело здесь нечисто. Последний
