— Что за другой путь?
Сикс выдавила притворную улыбку.
— Ты нарисуешь ещё кое-какие картины для меня. — Одной рукой она открыла дверь, а другой поволокла Виолетту в зал. — Мне нужно, чтобы ты нарисовала одну женщину. Женщину с железным ошейником вокруг шеи.
— О какой женщине Вы говорите? — спросила Виолетта дрожащим голосом.
Рэйчел только едва могла видеть их в прихожей, когда Сикс коснулась ручки двери.
— Ты её не помнишь. Из-за этого будет труднее проделать работу, но я буду указывать тебе, как завершить детали, которые мне будут нужны. Однако, это будет намного труднее чем что-нибудь из того, что ты делала прежде. Я боюсь, что это будет проверкой не только твоей способности, но и твоей силы и выносливости. Если ты не хочешь закончить в помойном корыте свиней, то ты выложишься полностью. Тебе ясно?
— Да, королева Сикс, — сказала Виолетта голосом, сдавленным слезами.
Как только Сикс, тащившая Виолетту, двинулась дальше, она хлопнула дверью спальни, закрывая за собой.
Во внезапной тишине, Рэйчел затаив дыхание, задалась вопросом, вспомнят ли они её и вернутся ли за ней. Она ждала, но, наконец, позволила себе дышать. Виолетта накинула замок, поэтому вероятно она не будет вспоминать о Рэйчел. У Виолетты имелись проблемы намного серьёзнее, чем волноваться об освобождении Рэйчел.
Рэйчел боялась, что ей придётся умереть в проклятом сундуке. Вызволит ли её кто-нибудь когда-нибудь? Возвратится ли Сикс и убьёт ли Рэйчел? В конце концов, Рэйчел была предназначена для развлечения Виолетты. Больше не было никакой причины для Сикс притворяться в поддержании высокого уровня Виолетты. Главной теперь была Сикс.
Рэйчел знала большинство людей, которые работали в замке. Она знала, что ни один из них не посмеет выговорить ни слова, когда Сикс скажет им, что теперь она их королева. Каждый боялся Виолетты, потому что она наказывала людей и казнила, но ещё больше каждый боялся Сикс, потому что она была тем, кто заставлял выполнять прихоти Виолетты. Кроме того, когда Сикс говорила о чём-то людям, то казалось, они теряли способность сделать что-нибудь другое, чем то, что она говорила им делать. Те, кто пререкался с Сикс, как выяснялось потом, исчезали. Рэйчел пришло в голову, что свиньи выглядели довольно хорошо упитанными.
Рэйчел снова подумалось о том, что когда Сикс избивала Виолетту, Виолетта, даже не делала попыток защититься. Рэйчел знала, что Сикс была ведьмой. Ведьмы обладали возможностью заставить людей забыть, как бороться против того, что происходило. Они делали только то, о чём она говорила, независимо от того насколько сильно они не хотели этого. Как те два охранника. Они видели королеву на полу с разбитым носом, взывающей к помощи, но они быстро выбрали то, что указала им сделать Сикс, а не Виолетта.
Глава 51
Рэйчел продолжала сидеть в железном сундуке вся в размышлениях и переживаниях о том, что же случится с нею. И вдруг у неё появилась мысль.
Осторожно и тихо, даже притом, что никого не было в комнате, а двери были закрыты, она плотно прижалась к крышке. Одним глазом она заглянула в щель. Поначалу, она огляделась, опасаясь, что ведьма, так или иначе, могла наблюдать за ней. Иногда ведьма являлась к ней по ночам... в её снах. Рэйчел никак не была бы потрясена, если бы вдруг Сикс материализовалась в центре комнаты. Было много слухов среди придворных о странных вещах, которые начали происходить в замке с появлением Сикс.
Но комната была пуста. В комнате никого не было, не было высокой фигуры в чёрных одеяниях. Уверившись, что она одна, Рэйчел посмотрела на замок. Она вглядывалась некоторое время, поскольку не была уверена, что то, что она видела, было возможно. Замок, висящий в засове, не был заперт.
Рэйчел помнила, как Виолетта закрывала его, когда Сикс стучала в дверь, но, скорее всего, в спешке она не заперла его. Если бы Рэйчел удалось вытащить замок из засова, она смогла бы откинуть крышку и вылезти.
Сикс увела Виолетту в пещеру. Виолетта и Сикс ушли.
Рэйчел пробовала дотянуться до замка через щель, но он висел слишком далеко. Нужна была палочка или что-то похожее, чтобы достать до него. Она поискала внутри спального сундука, но ничего похожего не было. Внутри не было палок, зато снаружи — были разбросаны повсюду. Снаружи было много чего, чем она могла бы воспользоваться, но они были вне сундука.
Замок был перекинут через стальные петли, проходящие через прорези в засове, а другого способа открыть крышку не было. Может и замок был заперт. Она плюхнулась на одеяло, подавленная тем, как тает её надежда.
Она потеряла Чейза. Какое-то время её жизнь была воплощённой мечтой. У неё была семья, замечательный отец, который ухаживал за ней и учил очень многим вещам. Рэйчел теребила конец грубой нити, которой была прошита кромка одеяла. Чейз был бы разочарован, увидев, как легко она сдаётся, увидев её угрюмость, но что она может сделать? В сундуке нет ничего такого, что бы она могла использовать для открытия замка. На ней было платье и ботинки. Её ботинки не пролезли бы через щель. Единственное, что было ещё, — её одеяло. Виолетта всё забрала. У неё больше ничего не осталось.
Поскольку она продолжала наматывать нить, распуталось больше грубой нити. Рэйчел глянула на нить, намотавшуюся вокруг конца её пальца, и неожиданно вдохновилась.
Она начала тянуть нитку, выводя стежки, вытягивая всё больше и больше. Вскоре она добралась до другого конца нити из испорченного одеяла, и теперь у неё была длинная нитка. Сдвоив, она закатала её между ладонью и ногой, закручивая её в более упругую нить. Ушло достаточно много времени на то, чтобы сделать несколько слоев и скатать плотную верёвочку. Она сделала петлю на конце и затем придвинулась к щели.
Она аккуратно набрасывала нить на замок, пытаясь накинуть так, чтобы она смогла зацепить его и вытянуть из засова. Сказать было легко, а вот на деле всё оказалось сложнее. Нить не была достаточно упругой, чтобы набросить метко. Рэйчел перепробовала несколько разных способов, но каждый из них или не увенчивался успехом, или даже если удавалось накинуть край петли на замок, нить соскальзывала в сторону. Никак не удавалось накинуть на дальний край крюка стержня замка. Нить была слишком лёгкой, чтобы накинуть её хорошо, но, в то же время, была слишком жёсткой для затяжки замка, когда она накидывалась туда, куда хотелось.
И всё же, она сумела заставить конец нити зацепить замок. Однако конец нити навис под углом, а вовсе не так, чтобы нить могла соскользнуть по стержню замка.
Она втянула нить обратно и намочила её слюной, затем попробовала ещё раз. Мокрая нить была немного тяжелее. Появилась возможность бросить нить немного точнее. На руке появилась ранка, кроме того, она утомилась от попыток — чтобы бросать нить она должна была изогнуться набок. Казалось, что всё утро она провела за этим занятием. Нить высохла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
