— Гнев? — переспросил один из людей. — Как мы сможем воспылать гневом, когда боимся?
— Эти люди изнасиловали ваших жен, сестер, матерей, дочерей, теть, кузин, подруг и соседок, — печатая шаг, ответил Ричард. — Думайте об этом, когда будете глядеть в глаза врагов, подходящих к вам. Они увели большую часть ваших женщин. Вы все знаете почему. Они пытали детей, чтобы заставить вас сдаться. Подумайте об ужасе, испытанном вашими детьми, помните, как они кричали от страха и боли, умирая в крови и одиночестве, после того, как эти люди изувечили их. — Жар гнева Ричарда переливался в произносимые им слова, заставляя их жечь сердца бандакарцев праведной яростью. — Подумайте об этом, увидев самоуверенные улыбки солдат, когда они будут подходить к вам. Эти люди мучили дорогих вам людей, людей, которые не сделали им ничего плохого. Подумайте об этом, когда эти люди с окровавленными руками подойдут к вам. Эти люди увели в рабство многих из вашего народа. Гораздо больше людей они убили. Подумайте об этом, когда они придут, чтобы убить и вас. Не может быть разногласий или несогласия во мнениях. Не может быть обсуждений или неуверенности насчет предметов морали этих людей. Это насилие, пытки, убийства. — Ричард повернулся лицом к своей армии. — Подумайте об этом, столкнувшись лицом к лицу с этими тварями. — Он поднес руку к груди. Его зубы заскрежетали. — И когда вы столкнетесь лицом к лицу с этими людьми, людьми, сделавшими все это с вами и теми, кого вы любите, встречайте их с сердцами, переполненными ненавистью. Сражайтесь с ними с ненавистью в сердце. Убивайте их с ненавистью в ваших сердцах. Они не заслуживают лучшего.
Деревья хранили тишину, как и люди, обдумывающие его страшные слова. Ричард знал, что его гнева и ненависти достаточно, чтобы жаждать добраться до каждого из людей Ордена.
Он не знал, где Кэлен, но намеревался найти ее и вернуть. Она сделала все, что должна была ради того, чтобы достать противоядие и спасти его жизнь. Ричард понимал причины ее решения, и не мог винить ее — это было в природе женщины. Кэлен любила его так же беззаветно, как и он ее. Она сделала то, что должна была.
Но он не собирался позволять ей уйти из этого мира. Жена рассчитывала на то, что он придет за ней.
Жестокая ирония заключалась в том, что все усилия были напрасны. Противоядие, ради обладания которым Кэлен пожертвовала собой, вовсе не было противоядием. Это была фальшивка, плод коварного обмана.
Ричард взглянул на лица людей, сосредоточившихся на том, что он рассказал им накануне этой решающей битвы, и вспомнил слова, начертанные на статуе при входе в эту страну, слова Восьмого правила волшебника: «Талга Васстернич».
— Мне осталось сказать вам последнее, — промолвил он. — Самое важное из всего.
Ричард глядел на них как глава Империи Д'Хара, империи, сражающейся за то, чтобы выжить, быть свободной. И он произнес эти два слова на их языке.
— Будьте достойны победы!
Было уже светло, когда они вошли в город. Только одна Дженнсен осталась позади — Ричард запретил ей участвовать в битве. Будучи юной девушкой, достаточно сильной от природы, но несравнимо более слабой, чем любой обученный солдат противника, она стала бы привлекательной целью. Насилие было священным оружием нечестивцев, которое враг использовал с религиозным рвением. Люди Имперского Ордена сплотятся при виде такого лакомого приза. Кара же была совсем другой — тренированной воительницей, более смертоносной, чем любой из них, за исключением разве что самого Ричарда. Морд-Сит была готова к бою.
Дженнсен не слишком понравилась перспектива оставаться позади, но она понимала мотивы Ричарда и не хотела, чтобы он беспокоился еще о ком-то. Они с Бетти остались в лесу.
Со стороны аллеи показался человек, посланный ими на разведку благодаря хорошему знанию местности. Встретившись с ним, все пошли вдоль стены, пытаясь быть как можно незаметнее.
— Я их обнаружил, — пытаясь перевести дух, выпалил разведчик. Он показал направо от их пути через город.
— Сколько их? — спросил Ричард.
— Думаю, это место сосредоточения их основных сил в стенах города, лорд Рал. Там они спят. Солдаты пока что там, и еще не проснулись. Они заняли здания городского совета. Но есть и плохие новости. Горожане защищают их.
Ричард провел рукой по волосам. Он пытался не дать себе раскашляться и ухватился за оконную раму стоящего рядом дома, чтобы устоять.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что их защищают?
— Толпы горожан окружают здания, занятые солдатами. Люди защищают солдат — от нас. Они хотят остановить нашу атаку.
— Ладно, — с гневом выдохнул Ричард. Он обернулся к встревоженным, ожидающим лицам людей. — Слушайте меня. Мы идем на битву со злом. Если кто-то на одной стороне со злом, если он защищает злых людей, то тем самым служит увековечению зла.
Один человек засомневался.
— Вы говорите, что если они попытаются нас остановить, мы можем использовать против них силу? — неуверенно спросил он.
— Чего хотят достигнуть эти люди? Какова их цель? Они хотят не дать нам уничтожить Имперский Орден. Они предпочли свободе рабство, потому что ненавидят жизнь. — Ричард встречал взгляды людей с суровой решимостью. — Я утверждаю, что любой, кто поддерживает и защищает врага по каким бы то ни было причинам, на одной с ним стороне. Это несложно понять. Если они попытаются защитить врага или помешать нам делать то, что мы должны — убейте их.
— Но они не вооружены, — заметил человек.
Самое тяжелое сражение, которое Ричарду пришлось вести в Бандакаре — это сражение со страхом и сомнениями этих людей, рожденными многовековой привычкой к рабской покорности. Его гнев заполыхал с новой силой.
— Они вооружены до зубов! — закричал он. — Вооружены идеями, пытающимися обратить мир в рабство! Если они преуспеют, вы умрете. Спасению жизней невинных людей и ваших любимых лучше всего послужит как можно более быстрое и решительное уничтожение врага. Тогда здесь наступит мир. Если эти люди, жители Нотвика, пытаются это предотвратить, то они стоят на стороне тех, кто пытает и убивает; они помогают злодеям прожить еще один черный день для того, чтобы снова приняться за насилия и убийства. Этих людей нельзя называть никак иначе, как теми, кем они в сущности являются — слугами зла. Если они попытаются остановить вас, убейте их, — заключил Ричард.
Мгновение царила тишина. Затем Энсон положил руку на сердце.
— С ненавистью в сердце… месть без пощады.
Люди смотрели с непоколебимой решимостью. Они все положили руки на сердце в знак клятвы и подхватили клич: «Месть без пощады!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
