Придерживаясь руками за спинку кресла, служанка стояла, нагнувшись и выпятив попку, а пристроившийся к ней сзади барин, задрав платьице, вовсю «проверял ее чистоту». Долбя ее членом и так и эдак, он делал это очень тщательно, проверяя порядок на усадьбе!
Россия, середина ХIХ века, близилась отмена крепостного права.
100. Непрошеная услуга
Бродить одной по темным улицам ночного города – не очень приятное занятие, да и район у них был не самым благоприятным. Не то чтобы она была трусишкой, но рекомендациям полиции следовала и не искала себе на задницу приключений, стараясь быть дома не позже девяти, а если и задерживалась, то подъезжала на такси прямо к дверям подъезда.
Так было и в этот раз, поскольку она засиделась в гостях у подруги. Дом у них был приличный, с консьержем на входе, но в полночь он уходил, закрывая общую дверь на кодовый замок. Юркнув внутрь, она махнула рукой таксисту, отпуская машину, подстраховка никогда не помешает, она всегда так делала.
Пошел первый час, и ее каблучки одиноко цокали в тишине подъезда. Подойдя к своей квартире, она достала ключи и стала открывать дверь. И надо же было так случиться, что замок вновь заело. Вообще-то один раз у нее уже была такая история, но тогда, немного подергав дверь, она ее достаточно быстро открыла, а тут – не получалось, и все.
Пока она мучилась с замком, внизу хлопнула дверь подъезда. Видно, не она одна так припозднилась в этот день. Чертыхаясь, она продолжала свои безуспешные попытки, когда мимо нее проходил мужчина. Остановившись, он присмотрелся к ней и на секунду задумался.
– Помочь? – шагнул он в ее сторону.
– Да, если сможете, – обернулась она.
Незнакомец был в надвинутой на лицо шляпе, но в целом выглядел прилично, не вызывая опасений.
– Замок заело? – участливо спросил он, беря у нее ключи.
– Да, уже было такое. Тогда я просто дверь на себя дернула, а сегодня не получается.
– Может, сильнее надо.
– Попробуйте, вы же мужчина.
И точно. Резко дернув дверь на себя и немного вверх, он повернул ключ, и замок открылся.
– Ой, спасибо! – обрадовалась она. – А то уж думала, на коврике ночевать придется.
– Ну да! Такую красивую женщину, как вы, вмиг украдут, – оценивающе оглядел он ее. – Так, а что, дома никого нет? Я-то думал, вы своих будить не хотите.
– Да в том-то и дело, что все разъехались, – доверчиво выложила она, вынимая из двери ключ. – Да еще и соседи в отпуске. Некого попросить помочь. Вот и влипла в эту историю с замком. Поменять надо.
Незнакомец огляделся. На лестничной клетке было всего две квартиры.
– Поменяйте… конечно, – задумчиво протянул он, еще раз к ней присматриваясь. Выглядела она, конечно, привлекательно, сама знала это. Новое обтягивающее платье особо подчеркивало сексуальность ее фигуры, ей и подружка такой комплимент сделала.
– Еще раз большое спасибо, – зашла она в квартиру. – Выручили.
– Не страшно одной-то так поздно? – сделал вдруг незнакомец шаг в ее сторону, придерживая рукой дверь. – Не одиноко вам?
– Да нет… в общем, – стоя на пороге и натянуто улыбаясь, собиралась она закрыть дверь. Как-то ей становилось неуютно в ночной тишине с незнакомым мужчиной, а в груди у нее что-то боязливо екнуло.
– Одинокая женщина, и такая симпатичная. Хотите, составлю компанию? – и мужчина вдруг быстро зашел внутрь квартиры, так, что она не успела даже опомниться.
– Что это… вы? – оторопела она от неожиданности.
– В гости к вам, – и он толчком закрыл за собой дверь. Теперь они оказались наедине в ее квартире, и ситуация складывалась крайне неприятная.
– З…зачем? – начала вдруг заикаться она, чувствуя недоброе.
– Люблю одиноких женщин, – приблизился он к ней вплотную и нагло обнял за талию. – Вот таких симпатичных и одиноких.
– Да вы что?! – попыталась вырваться она, отталкивая его, но не тут-то было. Незнакомец оказался сильным. Резко развернув ее к себе спиной, он грубо удерживал ее. Теперь она стояла лицом к стене прихожей, ощущая, как горький комок страха подкатил к горлу.
Все это было настолько внезапно и неожиданно, настолько грубо, нагло и шокирующе, настолько выбило ее из колеи, что она совсем растерялась, ощущая весь ужас своего положения. Трепыхаясь в его руках, словно схваченный волком зайчик, она при этом дрожала от страха, не зная, что делать и как спастись.
– А еще я люблю, когда вот так сопротивляются. Это еще больше возбуждает, – прошептал ей на ухо незнакомец. – Вот только задушить случайно могу, – и, плотно прижимая одной рукой к себе, он второй схватил ее за горло. – Тонкая шейка запросто хрупнет, – чуть сжал он ладонь, заставив ее поперхнуться воздухом.
– Не надо, – сдавленно прохрипела она, чувствуя, как потемнело в голове.
– Я тоже так думаю, – судя по тону голоса, усмехнулся незнакомец, отпуская горло, и его ладонь скользнула ниже, на грудь. – Кому нужно мертвое тело? Лучше пусть будет живое и теплое, – одна его рука полезла в декольте платья, а вторая начала задирать его снизу.
– Что… вы… делаете? – рефлекторно схватилась она за наглеющие руки.
– Как что? Одиночество ваше скрашиваю. Ваше одиночество и свое, – в его шепоте появились зловещие нотки. – А ну, руки на стену! – и он опять сжал ее горло, становясь совсем грубым. – Будешь сопротивляться или кричать, сука, точно задушу!
Ужас сковал ее, она не могла кричать, да и некого было звать на помощь. Незнакомец знал это, ведь она проговорилась сама. Покорно опершись руками о стену, она продолжала мелко дрожать, будучи полностью деморализованной.
– А что ты так боишься-то? Не бойся, – хрипел он ей сзади на ухо. – Мы же оба с тобой одиноки этой ночью. Ты и я. Тебе абсолютно нечего бояться, я добрый, – продолжал он жадно щупать ее, забираясь руками под одежду и, судя по участившемуся дыханию, все сильнее возбуждаясь. – Вот только скрашу твое одиночество, и все.
– Н…не надо, – жалобно заскулила она, ощущая свою беззащитность. – Прошу вас, не надо.
– Ну как не надо? Что ты? Как не надо? – задрав платье, начал он спускать с нее трусики. – Красивые женщины ведь для чего созданы? Для любви. Ты же хочешь меня, я знаю. В глубине души хочешь.
– Нет! Нет! Не хочу! – дернулась было вновь она, но он тут же силой прижал ее лицом к стене, чуть не разбив при этом нос.
– А ну не рыпаться! Последний раз сказал! – словно зверь зарычал он сзади. Зверь, готовый перегрызть ей горло, именно это почувствовала она и, глотая слезы, обмякла.
Ощущение обреченности совсем лишило ее сил к сопротивлению, еще чуть-чуть – и она, наверное, упала бы в обморок, да и злить это животное становилось смертельно опасным. Судя по всему, он окончательно завелся, и теперь его было уже не остановить.
