Атмосфера среди родственников была напряженной. До меня дошли слухи, что Диана разозлилась из - за того, что я больше других выступал по телевидению на той неделе. Брюс огорчился, что Марта запретила ему произносить речь на церемонии. А Смит, написавший в честь Оуэна стих, был раздавлен, когда Марта не разрешила прочесть его. Марта попросила выступить Росса и меня, кроме того, она попросила, чтобы я рассказал несколько легких историй про Оуэна, перед тем как она выступит со своей прощальной речью. К несчастью, все, что я делал по просьбе Марты, еще больше настраивало родственников против меня. Я вовсе не хотел давать столько интервью для телевидения после моей смерти, и я боялся выступать на шоу Ларри Кинга сразу после похорон. Я хотел остаться один и предаться скорби, как любой другой человек.
Колонна машин росла с каждой милей, сверху кружили вертолеты прессы и полиции. Рестлеры WWF ехали в автобусе с плакатом " ОУЭН, ТЫ НАВСЕГДА В НАШИХ СЕРДЦАХ ". Этот плакат дал мне понять, что Винс рассматривает эти похороны как очередную попытку устранения последствий его ошибок, чем как дань уважения моему брату.
Это были одни из крупнейших похорон в Калгари - люди стояли на всем маршруте колонны, кто - то был одет в парадную одежду, кто - то стоял, склонив голову или подняв высоко плакат. Полиция Калгари, одетая в парадную форму, перекрыла главные улицы и предоставила эскорт из мотоциклов до поминальной часовни McInnis & Holloway, которая была окружена тысячами людей разных возрастов и образов жизни. Часовня вмещала только 300 человек, поэтому для персонала WWF устроили отдельную комнату с трансляцией церемонии, а для людей на улице была установлена система громкой связи.
Я помню только чередующиеся молодые и старые расстроенные лица. Близкий друг Оуэна, Крис Бенуа, стоял рядом с Киллером Ковальски, Фанками, Миком Фоли, Тэйкером, Бэд Ньюсом, Джерико, Хантером, Чайной и многими другими.
Мне отчетливо запомнилась искренняя клятва, которой Марта закончила прощание: " Еще наступит час расплаты. Это мое последнее обещание Оуэну. Я не подведу его ! "
Оставшиеся шесть братьев Хартов вынесли гроб Оуэна из часовни. Это была самая тяжелая ноша в жизни каждого из нас.
Процессия свернула к кладбищу Queen " s Park, где я когда - то давно стряхивал листья с надгробных плит и принял решение попробовать свои силы в этом сумасшедшем мире рестлинга. Слезы подступили к моим глазам, когда я увидел, как армейский офицер, одетый в парадную форму, стоял по стойке смирно, отдавая Оуэну честь.
Когда тело Оуэна предали земле, автоколонна отправилась в дом Хартов, где собрались друзья и члены семьи со всего мира. Вскоре ко мне подошел
LINK: Пэт Паттерсон. Он хотел сказать, что ничего не знал о том, что произошло в Монреале, но он сразу заткнулся, когда я спросил: " А где ты был, когда они вытащили на ринг карлика, одетого, как я ? "
Наконец, приняв участие в шоу Ларри Кинга из гостиной Марты, я отправился домой, совершенно без сил. На крыльце своего дома, среди целого леса из присланных цветов и прочей растительности, я нашел посылку от Карло. Я открыл коробку и нашел внутри окровавленный костюм Голубого Блэйзера, принадлежавший Оуэну. Я взял окровавленную голубую маску, которую срезали с лица брата, и вспомнил, что именно я когда - то предложил Оуэну выступать в маске. Я взял плащ и ушел прочь от запаха цветов на долгую - долгую прогулку.
Стих, написанный Смитом в честь Оуэна:
" Когда ты был с нами,
Все было по - другому, лучший из братьев.
Только на небе знают, почему пришла твоя очередь,
И мы верим, что ты ждешь нас там.
Я вкушаю запах лилий и роз, и читаю каждую искреннюю открытку,
И испытываю большое горе.
Что сказано, то пережито,
А что услышано о твоем величии, то навсегда останется в скорбящих сердцах тех,
Кто присутствует на этом мрачном собрании.
Я пишу этот стих уже 13 - й час Оуэн,
Ища слова признания и уважения,
И я чувствую твое чистое и милое присутствие.
Оуэн, я знаю,
Что твоя душа осталась в нашем доме.
К несчастью, я потерял больше, чем члена семьи, после смерти Оуэна ".
Утром в среду я со слезами на глазах читал в газете статью о похоронах брата, слушая, как Том Петти поет о комнате на вершине мира, с которой он никогда не спустится вниз. На следующий день я должен был отправиться в Миссури с Мартой, Пэм Фишер и Эдом Пипеллой, еще одним юристом Марты из Калгари. Я не опасался поддерживать Марту, которая хотела заставить WWF жестоко заплатить за крушение ее жизни и смерть мужа. Кто - то должен был меня уверить, что Оуэн не был убит каким бы то ни было образом. Я поклялся, что буду поддерживать Марту, что бы ни случилось, но я не мог остановить остальных Хартов от выступлений в прессе на тему смерти Оуэна.
Меня приехали навестить дети, и их игры поднимали мое настроение. Я вспомнил, как Оуэн, когда мы приземлялись в Калгари, хватал свои баулы и бежал по трапу, едва только открывались двери самолета, потому что Марта и дети всегда ждали его в аэропорту. Я пролистывал Calgary Herald и не мог не заметить не по делу улыбающееся лицо Дианы, которая позировала для фотографов с компанией расстроенных рестлеров, успокаивающих подавленного Стю. В газете приводились слова Дианы, заставлявшие мою кровь кипеть: " Папа был авторитетом для Винса, а Винс относился к Оуэну, как к сыну ". Почему нельзя было отказаться от комментариев, хотя бы пока не закончилось расследование, и мы не узнали, будут ли предъявлены Винсу или организации обвинения ? Ведь именно об этом нас просила вдова Оуэна !
Я позвонил Диане и совершенно не удивился, когда она стала огрызаться на меня. Она ошарашила меня заявлением, обвинив меня в зависти к Оуэну, поскольку он якобы был лучшим рестлером, чем я, и я не давал ему ходу. Она защищала Винса, заявив, что Оуэн мог бы также разбить себе голову в матче в клетке - это все случайности !
- Ты должна была просто отказаться от комментариев, - сказал я. - Неужели это так трудно, Диана ? Винса еще даже не оправдали.
- Ты злишься на Винса еще с Survivor Series, потому что ты не хотел тогда проигрывать Шону Майклзу. Ты злишься на него, поэтому ты единственный, кто хочет судиться с ним.
- Диана, речь идет о Марте. Это ее решение !
Потом к разговору подключилась Элли, которая холодно заявила: " Знаешь, Брет, я ненавидела тебя с самого твоего рождения, и я рада, что, наконец, сказала это тебе ". Я слушал, как они вдвоем кричат и ругаются, ощущая, словно мне на спину льют ледяную воду. Я всю жизнь старался защищать честь семьи, чтобы они могли мной гордиться, а теперь я просил Элли и Диану о том же, о чем бы их попросил и сам Оуэн, если бы мог. Держа трубку, я поднялся на ноги и закричал: " Если вы двое собираетесь использовать смерть Оуэна, чтобы вернуть работу своим мужьям, если вы немедленно не окажете поддержку Марте и детям Оуэна, я больше никогда в жизни не заговорю с вами ! "
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
