Читаем без скачивания Брисингр - Кристофер Паолини

Орик коротко рассмеялся:

— Едва ли. Но мы сумели отследить путь этих кинжалов от Кифны до одного торговца оружием в Далгоне, это далеко, сотни лиг отсюда. А тот продал их одной кнурлаф…

— Кнурлаф? — переспросил Эрагон.

— Ну да, — оскалился Орик, — кнурлаф, женщине. Женщине с семью пальцами на каждой руке. Она купила эти кинжалы два месяца назад.

— И вы нашли ее? На свете, наверное, не так уж много семипалых женщин.

— Вообще-то у нас это самая обычная вещь, — ответил Орик. — Но, в общем, да, несмотря на определенные трудности, мы эту кнурлаф из Далгона все же нашли. Мои воины хорошенько допросили ее и выяснили, что она из клана Дургримст Награ. Однако, насколько нам удалось выяснить, действовала она по собственному почину, а не по приказу своего вождя. От нее также удалось узнать, что купить кинжалы ей велел некий гном и он же приказал ей затем доставить их к одному виноторговцу, который должен был вывезти эти клинки из Далгона. Ее наниматель, правда, не объяснил, для чего предназначается это оружие и куда его затем отвезут, но мы поспрошали у других торговцев и купцов и выяснили, что этот виноторговец из Далгона отправился прямиком в один из городов-крепостей клана Аз Свельдн рак Ангуин.

— Значит, это все-таки они! — воскликнул Эрагон.

— Может, и так. А может, кто-то очень хочет, чтобы мы думали, что это они. Нам нужны дополнительные улики и доказательства, прежде чем мы окончательно установим их виновность. — В глазах Орика блеснул хитрый огонек, и он, подняв вверх палец, прибавил: — Однако с помощью весьма сложных заклинаний нам удалось проследить путь этих убийц по нижним туннелям, и в итоге мы вышли в заброшенные пещеры на двенадцатом уровне Тронжхайма, расположенные неподалеку от вспомогательной штольни в южном углу западного квадранта возле… ладно, все это сейчас совершенно неважно. А тебе как-нибудь надо специально заняться изучением довольно сложной системы туннелей и помещений, находящихся на разных уровнях Тронжхайма, чтобы ты всегда сам мог легко найти в нашем городе нужное место в случае чего. Короче говоря, след привел нас к заброшенной кладовой, где и сидели эти трое. — И он кивком указал на связанных гномов. — Они нас, разумеется, не ждали, так что нам удалось взять их живьем, хоть они и пытались покончить жизнь самоубийством. А затем, правда с большими трудностями, мы сумели проникнуть в мысли двоих из них. А третьего оставили для допроса еще кому-то из гримстборитхов — пусть попробует его расколоть на досуге. И от этих мерзавцев мы узнали все, что им самим было известно об этом покушении. — Орик снова ткнул пальцем в сторону пленников. — Собственно, именно они и готовили тех убийц; они дали им кинжалы, они одели их в черное, они укрывали их у себя и кормили их.

— Но кто же они такие?

— Ха! — И Орик с отвращением сплюнул на пол. — Это же варгримстн! Воины, обесчестившие себя и изгнанные из своих кланов. Изгои, с которыми никто не хочет иметь дело, кроме, может быть, тех, что сами творят гнусные преступления и не хотят, чтобы об этом узнали другие честные кнурлан. Эти, например, получали приказания напрямую от Вермунда, вождя Аз Свельдн рак Ангуин.

— И никаких сомнений, что это действительно так?

Орик помотал головой:

— Ни малейших. Тебя пытались убить представители клана Аз Свельдн рак Ангуин, Эрагон. Но мы, наверное, так никогда и не узнаем, были ли замешаны в заговоре и другие кланы. Впрочем, если мы выставим на всеобщее обозрение этих предателей и докажем, что покушение — дело рук Аз Свельдн рак Ангуин, это заставит всех остальных задуматься, и те, кто еще принимал участие в столь позорном деле, вполне могут покинуть своих бывших союзников и прекратить или хотя бы временно отложить все дальнейшие происки против клана Дургримст Ингеитум. В общем, если с умом воспользоваться сложившейся ситуацией, эти «перебежчики» на выборах отдадут свои голоса мне.

А у Эрагона перед глазами стояла жуткая картина: узкий кинжал, торчащий из шеи Квистора, и искаженное смертной мукой лицо раненого гнома.

— Но как же нам наказать Аз Свельдн рак Ангуин за убийство? Может, нам следует убить Вермунда?

— Нет, это ты оставь мне, — сказал Орик и задумчиво постучал пальцем по переносице. — У меня есть план получше. Но действовать придется очень осторожно, уж больно это деликатная ситуация. Такого предательства не случалось давным-давно. Ты не принадлежишь к нашему народу, тебе не понять, каким гнусным и отвратительным преступлением считается у нас нападение на гостя. И то, что ты — единственный Всадник, который сражается против Гальбаторикса, лишь усугубляет вину преступников. Возможно, без нового кровопролития тут не обойтись, но спешить ни в коем случае нельзя; в настоящий момент это может спровоцировать лишь новую войну между нашими кланами.

— Но, возможно, такая война — это единственный способ разделаться с предателями из клана Аз Свельдн рак Ангуин, — заметил Эрагон.

— Я так не считаю. Хотя, если я ошибаюсь и война все-таки окажется неизбежной, мы должны сделать так, чтобы это была война всех кланов против одного Аз Свельдн рак Ангуин. И тогда можно будет обойтись, так сказать, малой кровью. Общими силами с ними можно будет, наверное, и за неделю разделаться. А вот если кланы разобьются на две или даже три фракции, это вполне может привести к ослаблению и гибели всего нашего народа. Вот почему так важно, прежде чем обнажать мечи, убедить всех вождей, что клан Аз Свельдн рак Ангуин виновен в тяжком преступлении. Правда, под конец тебе придется позволить нашим магам и колдунам немного покопаться в твоей памяти, выяснить подробности этого нападения и убедиться, что все происходило именно так, как это утверждаем мы, что все наши обвинения справедливы и абсолютно лишены личной выгоды. Пойдешь ты на это?

Эрагон колебался. Ему вовсе не хотелось открывать свои мысли перед какими-то заклинателями, да еще и принадлежащими к совершенно чуждой ему расе. Поэтому он ответил не сразу, а мотнул головой в сторону трех связанных гномов, лежавших друг на друге, и спросил:

— А эти как же? Разве их памяти недостаточно, чтобы убедить кланы в виновности Аз Свельдн рак Ангуин?

Орик поморщился:

— В принципе этого должно было бы хватить, но чтобы все окончательно расставить по своим местам, вожди, безусловно, захотят сравнить их воспоминания с твоими, а если ты откажешься открыть свои мысли, Аз Свельдн рак Ангуин может заявить, что мы что-то скрываем от Совета Вождей, что все наши обвинения — это всего лишь ложь и клевета.

— Хорошо, — сказал Эрагон. — Раз это необходимо, я согласен. Но если кто-то из ваших заклинателей сунет нос, куда ему даже случайно соваться не следует, у меня не будет иного выхода, кроме как выжечь из их сознания все, что они успеют узнать. Есть вещи, которые я не могу открыть никому другому.