Читаем без скачивания Тяжелые времена - Хиллари Клинтон

Наконец все детали были согласованы, все кусочки мозаики встали на свои места, звонок был сделан, и мы получили «добро» и из Иерусалима, и из Вашингтона. Эссам аль-Хаддад, советник Мурси по национальной безопасности, встал на колени, чтобы вознести хвалу Всевышнему. Мы с министром иностранных дел Амром спустились в битком набитую людьми комнату на пресс-конференцию и объявили, что договоренность о прекращении огня достигнута. Какое тут началось столпотворение, какая буря эмоций! Амр заявил, что у «Египта есть исторические обязанности по отношению к делу палестинского народа», а также «стремление остановить кровопролитие» и сохранить стабильность в регионе. Новое правительство «Братьев-мусульман», пожалуй, более никогда не казалось столь заслуживающим доверия, как в тот день. Я поблагодарила президента Мурси за посредничество и дала высокую оценку достигнутому соглашению. Однако, предупредила я, «ничто не может заменить справедливый и прочный мир», который бы «служил во благо безопасности, служил достоинству и законным устремлениям как палестинцев, так и израильтян». Поэтому нашу работу в этом направлении еще нельзя было считать завершенной. Я пообещала, что «в предстоящие дни Соединенные Штаты будут совместно со своими партнерами в регионе работать над укреплением достигнутого прогресса, будут делать все для того, чтобы улучшить условия жизни населения Сектора Газа и обеспечивать безопасность населению Израиля».

Пока наш кортеж мчался тем вечером по улицам Каира, я раздумывала над тем, долго ли продлится (да и состоится ли вообще) прекращение огня. Этот регион уже пережил столько вспышек насилия и столько несбывшихся надежд. Достаточно горстке экстремистов выпустить хоть одну ракету — и конфликт разгорится с новой силой. Обе противоборствующих стороны должны будут приложить немало усилий, чтобы сохранить мир. И даже если им это удастся, в ближайшие дни предстоит провести сложнейшие переговоры по всем тем непростым проблемам, которые не были затронуты в соглашении. Очень может статься, что мне вскоре придется вернуться сюда, пытаясь вновь сложить рассыпавшуюся мозаику.

В 9 часов вечера, как и было запланировано, в небе над Сектором Газа затих гул бомбардировщиков. Но под ним тысячи палестинцев высыпали на улицы в ликовании. Лидеры «ХАМАС», которым едва удалось избежать очередного разрушительного израильского вторжения, объявили о победе. В Израиле Нетаньяху мрачно предостерегал, что это было еще не все, что, «весьма вероятно», он будет вынужден применить «гораздо более суровые меры и начать военную операцию», если прекращение огня не будет соблюдаться. Однако, несмотря на эти противоположные реакции, мне казалось, что два наиболее важных стратегических последствия такого решения конфликта были очень выгодны для Израиля. Во-первых, по крайней мере на данный момент, Египет оставался партнером в мирном процессе, что было весьма проблематично после падения Мубарака. Во-вторых, успешное применение системы ПРО «Железный купол» упрочило «качественное военное превосходство» Израиля и наглядно продемонстрировало тщетность военных угроз со стороны «ХАМАС».

Когда мы были уже в самолете, я спросила Джейка, как складывалась ситуация с соглашением о прекращении огня. Это была шутка только наполовину. Он ответил, что пока оно соблюдается, и я стала устраиваться поудобнее — полет домой предстоял долгий.

Как и оказалось, прекращение огня соблюдалось лучше, чем кто-либо мог ожидать. 2013 год для Израиля выдался самым тихим годом за все десятилетие. Позже один высокопоставленный израильский правительственный чиновник признался мне, что правительство Израиля оставляло ровно сорок восемь часов до начала наземного вторжения в Сектор Газа и что только мое дипломатическое вмешательство предотвратило более чем взрывоопасную конфронтацию. Я, конечно же, по-прежнему считаю, что в долгосрочной перспективе ничто не сможет более упрочить будущее Израиля как еврейского демократического государства, кроме всеобъемлющего мира, основанного на принципе «два народа — два государства».

Часть VI

Будущее, к которому мы стремимся

Глава 21

Изменения климата: это касается всех нас

— Нет! Нет! Сюда нельзя! — твердил китайский чиновник, перегораживая руками дверной проем. А президент Соединенных Штатов без приглашения намеревался пройти на закрытое заседание с участием премьер-министра Китая — и остановить его не представлялось возможным.

Когда вы — высокопоставленный официальный представитель Соединенных Штатов за рубежом и уж, разумеется, если вы — президент или госсекретарь, каждый ваш шаг тщательно спланирован заранее, а любая дверь открывается перед вами как по мановению руки. Невольно привыкаешь, что по самому запруженному транспортом центру любого города вас моментально провезут с эскортом, вас проведут в обход таможни и личного досмотра в аэропорту, и лифта вам не нужно дождаться — он всегда уже ждет вас. Но порой дипломатический протокол дает сбой, и все вдруг превращается в хаос. В такие моменты приходится импровизировать. Так было и в тот раз.

На большой международной конференции в Дании, в Копенгагене, посвященной проблемам изменения климата, мы с президентом Обамой занимались поисками премьер-министра Китая Вэнь Цзябао. В декабре 2009 года в этом обычно столь чарующем городе царили холод и тьма, во всем чувствовалась необычайная напряженность. Мы понимали, что необходимо было заключить конструктивное соглашение по проблемам изменения климата. Достичь такого соглашения лидеры стран, которые являются наиболее серьезными источниками выбросов парниковых газов в атмосферу, в первую очередь Соединенные Штаты и Китай, могли, лишь собравшись вместе и придя к компромиссному решению. Выбор, который стоял перед нами, и компромиссные решения, которые нам необходимо было принять, были очень непростыми. Новые экологически чистые технологии выработки и повышения эффективности использования энергии могли позволить нам сократить выбросы парниковых газов, одновременно создавая новые рабочие места и новые отрасли промышленности. Кроме того, это могло помочь странам с развивающейся экономикой быстро преодолеть такие этапы промышленного развития, которые неизбежно сопряжены с большим количеством промышленных отходов и низким качеством их переработки. Но было совершенно очевидно, что добиться принятия такого политического решения по предотвращению климатических изменений будет очень нелегко, поскольку весь мир в то время лишь начинал оправляться после мирового финансового кризиса. В основном экономика всех стран мира базировалась на использовании топлива из ископаемого сырья. Лишь решительное руководство этим процессом и международное сотрудничество могли привести к существенным переменам в данном отношении.

Однако представители Китая не желали идти с нами на контакт. Более того, нам стало известно, что премьер-министр Китая Вэнь Цзябао созвал «тайную» встречу с делегациями Индии, Бразилии и ЮАР. Целью этого совещания было не допустить заключения или, как минимум, нивелировать эффект договоренностей, к которым стремились Соединенные Штаты. Когда никого из руководителей этих стран не удалось найти, стало понятно: что-то неладно. Мы разослали членов нашей команды на поиски по всему зданию, где происходила конференция. В конце концов им удалось их обнаружить, где шло тайное совещание.

Быстро переглянувшись («Мы ведь об одном и том же подумали?» — значили наши взгляды), мы с президентом устремились по длинным переполненным коридорам конференц-центра «Нордик», а за нами с трудом поспевали наши эксперты и консультанты. Позже мы шутили об этом марш-броске, придумав ему название «пеший кортеж», но в тот момент я была полностью сосредоточена на ожидавшем нас в конце этого похода дипломатическом столкновении. И вот, преодолевая пролет за пролетом, мы шли, то и дело натыкаясь на удивленных китайских чиновников, которые пытались направить нас по ложному пути. Но нас было не остановить. Журнал «Ньюсуик» позже назвал нас «дипломатическим вариантом Старски и Хатча».

Когда мы оказались у конференц-зала, где проходило совещание, там было настоящее столпотворение: помощники с обеих сторон выясняли отношения, нервничали агенты служб безопасности. Роберт Гиббс, пресс-секретарь Белого дома, сцепился с китайским охранником. В сутолоке президент проскользнул через дверь и очень громко крикнул: «Господин премьер!» Это привлекло всеобщее внимание. Стоявшие у дверей китайские охранники снова попытались перекрыть вход, но я нырнула им под руки и оказалась внутри.

В импровизированном конференц-зале, стеклянные стены которого были закрыты занавесами, чтобы избежать любопытных взглядов, мы обнаружили сгрудившихся вокруг длинного стола премьер-министра Китая Вэнь Цзябао, премьер-министра Индии Манмохана Сингха, президента Бразилии Луиса Инасио Лулу да Силву и президента ЮАР Джейкоба Зуму. Когда они увидели нас, у них открылись рты от изумления.