Поскольку отказать Пырьеву впрямую было невозможно, был придуман беспрецедентный для отечественного кинематографа ход: ему и Бондарчуку предложили снять «пилотные» варианты фильма (несколько эпизодов) с тем, чтобы комиссия Минкульта во главе с министром культуры Екатериной Фурцевой, просмотрев обе версии, выбрала достойного кандидата. Но до съемок «пилота» так и не дошло, поскольку Пырьев отказался участвовать в проекте после того, как Бондарчука поддержали высокопоставленные деятели из Министерства обороны.
Поскольку Пырьев был человеком злопамятным, он не смог простить Бондарчуку его поступка. Спустя несколько лет, когда фильм «Война и мир» будет снят, Пырьев внесет в Госкино предложение, чтобы авторам фильма урезали постановочные. Так как четыре серии шли как один фильм, авторам заплатят за первую серию 100 % постановочных, а за остальные – по 50 %. После того как правительство утвердит это решение, Бондарчук перестанет с Пырьевым даже здороваться. И не подаст ему руки вплоть до его смерти.
Съемки эпопеи «Война и мир», состоявшей из четырех фильмов, начались в сентябре 1962 года и продолжались более трех лет. Это был поистине адский труд. Достаточно сказать, что в процессе работы над картиной с дистанции сошли сразу трое операторов, которые не смогли выдержать ни напряжения съемок, ни диктата самого Бондарчука. Был момент, когда даже исполнитель роли Андрея Болконского актер Вячеслав Тихонов хотел покинуть проект, не найдя общего языка с режиссером. К счастью, этого не произошло, и двум выдающимся мастерам отечественного кинематографа удалось понять друг друга.
Сам Бондарчук во время работы над первыми двумя сериями едва не умер. Случилось это на просмотре фильма «Я – Куба» летом 64-го. Стояла невыносимая духота, а фильм длился четыре часа. В итоге, когда все вышли и отправились в буфет промочить горло, Бондарчуку стало плохо, и он как подкошенный рухнул на пол. Когда его привели в чувство, первое, что он произнес, было: «Я умираю. Картину пусть завершает Сергей Герасимов». И потерял сознание. К счастью, «Скорая» примчалась очень быстро и увезла Бондарчука в больницу. Там у него случилась клиническая смерть, но врачам удалось вернуть режиссера к жизни. И после этого он проживет еще почти 30 лет.
Уже первые две серии эпопеи вызвали небывалый ажиотаж у публики: очереди в кассы кинотеатров выстроились километровые. Картина зрителей по-настоящему потрясла. Происходящее на экране затмило все ранее виденное: это был по-настоящему первый советский блокбастер, где зрителя поражало буквально все: игра актеров, декорации, батальные сцены. В соответствии с этим распределились и финансовые затраты. Самый крутой советский блокбастер «съел» 8 миллионов 291 тысячу 712 рублей. Но все эти затраты окупились сторицей, поскольку четыре серии фильма собрали в прокате свыше 135 миллионов зрителей, каждый из которых заплатил за билет в среднем по 25 копеек. Если умножить и посчитать эти цифры, то легко можно себе представить, в какую астрономическую сумму уместилась прибыль от этого блокбастера. Таких денег советское кино еще не видело. Сам Бондарчук за режиссуру и исполнение роли Пьера Безухова удостоился не менее беспрецедентных по советским меркам денег – почти 42 тысяч рублей (правда, эти деньги выплачивались ему на протяжении трех лет съемок). Кроме этого, съемки фильма запомнились режиссеру и другим: во время них у него родились двое детей: дочь Алена и сын Федор.
Фильм запишут в грандиозные кинотворения ХХ века. Причем не только советские специалисты. 15 апреля 1969 года в Лос-Анджелесе, на церемонии вручения премии «Оскар» за 1968 год, фильм «Война и мир» был удостоен награды как лучший зарубежный фильм. Он также будет внесен в Книгу рекордов Гиннесса за то, что в его съемках принимало участие самое большое число киностатистов – 120 тысяч человек.
Слава о Бондарчуке как о великом баталисте разлетелась по всему миру. В итоге в конце 60-х его пригласили в Италию для съемок фильма «Ватерлоо». Он, конечно, произвел меньший фурор, чем «Война и мир», однако все равно был признан шедевром.
Закончив работу над «Ватерлоо» в 1970 году, Бондарчук на какое-то время отошел от кино, посвятив всего себя семье: общался с женой, детьми, а также занимался любимой живописью. Наконец, отдохнув, он вновь вернулся к своей основной профессии. В его планах было экранизировать для телевидения «Тихий Дон» М. Шолохова.
Как мы помним, с великим классиком Бондарчук познакомился еще в конце 50-х, когда взялся экранизировать его рассказ «Судьба человека». С этого момента между ними установились теплые отношения, которые постепенно переросли в крепкую мужскую дружбу. В результате Бондарчук оказался одним из самых принципиальных защитников Шолохова от всех нападок, которые позволяли себе недруги писателя. А последних у него было предостаточно, причем с каждым годом их число становилось все больше и больше. Особенно этот процесс активизировался с конца 1965 года, когда Шолохову была присуждена Нобелевская премия.
Дискредитацией Шолохова на Западе занимались идеологические центры тамошних спецслужб, которые методично внушали своим гражданам, что Шолохов – плагиатор. В Советском Союзе тоже находились люди, которые это мнение всячески поддерживали и старались распространить посредством провоза на территорию страны изданий, где пропагандировалась мысль о «плагиаторстве» Шолохова. Особенно эта кампания усилилась после того, как в начале 1966 года Шолохов выступил на ХХIII съезде КПСС и поддержал суровый приговор суда двум советским писателям – Андрею Синявскому и Юлию Даниэлю (их осудили на несколько лет тюрьмы за то, что они тайком печатали свои антисоветские произведения на Западе). После этого в кругах так называемых советских либералов ненависть к Шолохову достигла наивысшей точки. Она стала тем водоразделом, который навсегда разделил советских интеллигентов на два лагеря: на тех, кто почитал Шолохова (патриоты-державники), и тех, кто его ненавидел (либералы-западники).
Бондарчук относился к первым и прекрасно видел лицемерие многих коллег: когда они с высоких трибун произносили слова о гениальности Шолохова, но в душе тайно его ненавидели. Бондарчук своим поведением доказывал обратное: он не только вслух говорил о величии Шолохова, но и в творчестве старался подтверждать правоту этих слов.
Вот почему в начале 70-х, когда после событий в Чехословакии часть советской либеральной интеллигенции буквально взбесилась от антисоветизма, Бондарчук и решил обратиться к прозе Шолохова, задумав экранизировать «Тихий Дон» на телевидении. Стоит отметить, что Бондарчук очень хорошо относился к картине своего учителя Сергея Герасимова 1957–1958 годов выпуска, однако видел и ее недочеты: эпическое полотно Шолохова трудно было уместить в три серии (почти шесть часов экранного времени). Поэтому Бондарчук, на волне того сериального бума, который начался в Советском Союзе еще в конце 60-х, и решил снять телеверсию протяженностью в 13–15 серий, в которую должен был уместиться почти весь роман.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
