Иные шары валились на противников Эвенгара; заключённые в них создания бились от ужаса, кидались на стены, корчились, закрывая лица руками (те, у кого имелось и то, и другое). Здесь ждала участь ничем не лучше, чем у гибнущих на алтаре: призрачные сферы взрывались, охваченные огнём существа, повинуясь какому-то заклятью, яростно бросались на соратников Динтры, тратя последние мгновения своего существования на тщетные попытки пробить их защиту.
Отступая перед натиском незримого, Динтра и пришедший ему на помощь воин в воронёных доспехах оказались на самом краю пропасти. Дракон и летучий змей бросились им на выручку, и тут один из шаров врезался прямо в змея. Вспышка, дым, разлетающиеся брызги пламени; заключённое в сфере существо, напоминавшее громадного шестилапого пса, вцепилось в шею змея многозубой пастью. Оно уже горело само, пылала шерсть, с лап валилась пылающая плоть, однако огонь перекинулся и на соратника Динтры.
Радужный змей и пёс вместе рухнули на содрогающийся, трескающийся пол пещеры. Существо из шара сгорело без остатка, не оставив даже обугленных костей; змей, покрытый собственной кровью и копотью, попытался взлететь, зашипел-засвистел, корчась от боли, и, конвульсивно дёрнувшись, пополз к гному с бронзовой треногой.
Салладорец вновь захохотал.
* * *
В опрокинутой пирамиде явно творилось что-то неладное; на верхних ярусах до сих пор полыхал драконий огонь, полыхал весело, не собираясь гаснуть, пожирая развалины боевых башен и колоннад. Однако затихали и глубины, в отряд Клары и кружащих драконов уже не летел сплошной поток молний, смешанных с огнешарами или ледяными копьями.
Золотой дракон скрылся в серых тучах. Неправдоподобная ночь истаивала, но в горячке боя этого никто не заметил. Бельт опустился на одно колено, склонил голову, подняв сцепленные руки, словно воздавая последние почести скрывшейся сущности.
— Великий Дух, — прошептала Ниакрис, провожая золотого дракона взглядом.
— Вы его знали, — резко повернулась к ним Клара. На Сфайрата-Аветуса она старалась не смотреть.
— Знали, — глухо подтвердил Бельт. — В иной жизни, прожитой в иных мирах. В других личинах. С другой памятью, от которой остались лишь туман да пережитая боль.
— Достаточно, — резко бросил Фесс. — Кто-то сражается с хозяевами этого милого местечка, помимо нас. И притом очень хорошо. Окажем ли мы помощь этим нежданным союзникам — или пойдём дальше, вглубь?
— Ты никуда не пойдёшь… — начала было Клара, однако некромант рассмеялся ей прямо в лицо, несмотря на недовольную гримасу Сфайрата. Аэсоннэ предупредительно заворчала, показывая боевой чародейке внушительные клыки.
— Не стоит, Клара, — покачал головой некромант. — Мы оба явились сюда с одной целью. Вот только пути к ней совершенно разные. Мне больше не нужны эти Мечи. Я ошибался, уповая на них. Надеяться можно только на себя. Мы сами — страшное оружие, превыше всех и всяческих артефактов. И разве ты не понимаешь, что спускаться по этой лестнице ты можешь бесконечно? Или у тебя хватит смелости броситься в провал? Или надеешься, что здесь сработает заклятье левитации? Эта пирамида не имеет дна, Клара. Там, внизу, — он ткнул пальцем, — только новые и новые этажи. Может, населенные, может, безлюдные. Это неважно. Главное — ты не достигнешь дна. А достигнув, ничего не сможешь там сделать.
— Мечи… — начала Клара, однако Фесс уверенно перебил волшебницу:
— Мечи дают лишь то, что мы готовы им отдать сами. Тебе придётся броситься в пропасть, да и то без особой надежды, что попадёшь, куда нужно.
— А ты? — зло сощурилась Клара. — Ты, мальчишка, сумеешь оказаться именно там, где надо? И сделать то, что требуется?
— Да, — спокойно кивнул Фесс. — Мы окажемся. Вот вместе с ней.
Аэсоннэ склонила изящную шею, выразительно взглянула янтарными глазищами прямо в лицо Кларе, и чародейка невольно попятилась.
— Тогда я пойду с тобой, — решила волшебница.
— Нет. Тебе придётся прикрывать нас. Потому что, чувствую, та битва, — Фесс кивнул в сторону кипящего пламенем облака над южной стороной опрокинутой пирамиды, — рано или поздно закончится. Сильно подозреваю, тому, кто бы в ней ни победил, наше самоуправство придётся не по вкусу. Вроде того, как тебе не пришлось по вкусу моё.
— Ерунда! — вспылила Клара, однако Сфайрат осторожно коснулся её плеча.
— Некромант прав.
Чародейка отдёрнулась, чуть ли не отскочила. Теперь её разъярённый взгляд впился в дракона-Аветуса.
— Ты, ты, ты… — прошипела она, не находя слов.
…Остальные драконы садились поблизости, только жадные до боя Менгли, Флейвелл и Редрон заливали пламенем ярусы пониже. Смысла это особого не имело — если пирамида и впрямь уходит в бесконечность.
Сфайрат и Клара заспорили вполголоса, взгляд волшебницы метал молнии; дракон же говорил мягко, спокойно, словно и не отличался никогда прескверным и вспыльчивым характером.
Безымянная осторожно помогла спуститься Рыси-неупокоенной; та двигалась безвольно, словно мягкая тряпичная кукла.
Спутники Клары, передовые ряды орков изумлённо воззрились на странную пару.
— Ты нашла, что искала, Безымянная?
— Нет, — глухо ответило деревянное существо. — Здесь всё ещё слишком много порядка. Глубже, надо ещё глубже!
— Ну, за этим дело не станет, — заметил Чаргос, тоже опустившийся и принявший человеческий облик. — Только надо поспешить. Скоро силачи намнут друг другу бока и вспомнят о добыче полегче.
— Хотел бы я знать, кто там сражается… — обронила Тави.
— А тут и гадать нечего, — обернулся к ней предводитель крылатых Хранителей. — Бьётся тут один наш маг, прозвищем Эвенгар Салладорский. Давний прихвостень Западной Тьмы, как мы подозреваем…
— И не только, — вставил Фесс.
— И не только, — согласился дракон. — А вот его противники…
— Силой они не обделены, — заметила мельинская воительница.
— Но не те, что сражались на Боргильдовом поле, — вдруг произнесла Райна. — Не Молодые Боги. Не Ямерт и иже с ним.
Фесс наморщил лоб — в этом предмете он разбирался скверно. Но Чаргос слова Райны явно понял как следует.
— Надо идти дальше, вниз. Вернее, лететь. Нам, драконам. А вам, орки…
Зеленокожие удальцы капитана Уртханга не теряли времени даром — вышибли несколько ближайших дверей, зашарили по комнатам. Возвращались не с пустыми руками — местные обитатели знали толк в роскоши.
Фесс поморщился, но останавливать орков не стал.
— А им надо уходить, — докончила за него Клара, повернувшись к мрачному Уртхангу. — Здесь нет чести, капитан. Ни чести, ни доблести. Только полчища безмозглых зомби. Сейчас нам повезло, мы получили передышку; надолго ли? Кицум… он поддержал меня, иначе наш щит просто бы смели. Отсюда надо уходить. Всем. Или наверх, к кораблям… или вниз. Храбрецам-оркам там точно делать нечего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
