Пыль и грязь поднялись на двадцать футов в воздух вокруг создания.
Монстроворд издал один последний медленный, задыхающийся крик, который скатился от разрывающего уши рева в полную тишину.
Эрен обратил свой взгляд к Бернарду и вытаращился на него.
— Кто угодно мог это сделать, — сказал Бернард слабо.
Дикое ликование, слабое по контрасту, донеслось из города внизу, и из резервных позиций за ними.
Граф Кальдерон закрыл свои глаза и прислонился к стене башни, очевидно изможденный, и поморщился при движении плечами.
— Это была, вороны забери, большая цель.
Он открыл один глаз чтобы взглянуть на второго монстроворда.
— Да уж. Если бы я только имел еще одну такую стрелу. И подходящий шар. И выспаться бы. Он покачал головой. — Мы все просто так чертовски устали. Я не представляю, как Череус держится.
Эрен сел рядом с Бернардом, глядя на оставшегося монстроворда. — Граф? Что же мы будем делать со вторым?
— Чтож, сир Эрен, — философски сказал Бернард. — Что ты предлагаешь? Мой оружейник говорит, что он сможет изготовить еще одну такую стрелу послезавтра. Я мог бы послать Легионы, но они просто будут раздавлены сотнями. Наши Рыцари и Граждане все либо на стене, бьются с полчищами, или они уже у утеса.
Он провел рукой по своим коротким волосам.
— Мы не можем затянуть их в трясину, как было у прошлой стены, потому что весь утес это цельный камень, и если мы его потревожим, он может взорваться и убить нас всех, включая наших беженцев. У меня больше нет таких стрел, или сверхмощных огненных камней, или сил выстрелить из этого лука. Кажется, я что-то порвал. Моя спина в огне.
Он поморщился.
— Так что будем надеяться, что Граждане и Лорд Череус смогут ослабить его, пока он не добрался сюда, и я не буду вынужден просить Дорогу и его наездников на гаргантах совершить последнюю отчаянную попытку, которая скорее всего убьет их без какой-либо пользы.
— Но мы не можем просто сидеть здесь, — запротестовал Эрен.
— Нет? Спросил Бернард. — У нас не осталось резервов, Сир Эрен. Ничего не придержано про запас. Это остается старому Череусу и Гражданам на том склоне. Если оно доберется сюда, война окончена. Все просто.
Они оба на мгновение замолчали.
Крики и звуки битвы, и отдаленные отголоски заклинаний, вертелись бесполезно вокруг монстроворда.
— Иногда, сынок, сказал Граф Кальдерон, — ты должен признать, что твое будущее в чьих-то других руках.
— Что нам делать? — тихо спросил Эрен.
— Ждать, сказал Бернард, — а там посмотрим.
Верховная Леди Плацида Ария отпрянула назад, когда ворды хлынули в улей сквозь отверстия в потолке, и Исане пришлось быстро откатиться в одну сторону, чтобы ее не растоптали.
В первые мгновения, воины-богомолы приземлялись и вырывались вперед короткими, стремительными движениями, очевидно дезориентированные.
Ария отлетела к стене с коротким вскриком. Исана встревоженно вскинула глаза.
Организм Леди Плациды был сильно поврежден ядом и ранениями. Исана залечила сломанную кость, и Благословение Ночи исцелило от отравления, но Верховная Леди была чрезвычайно истощена.
— Я н-не могу, выдохнула она, и покачала головой. — Это последнее земляное заклинательство… Я не могу.
Исана обратила взгляд на Амару, которая была в еще худшем состоянии, чем Ария.
Курсор смогла лишь приподняться на локтях.
Что означало…
— Что это остается сделать мне, — выдохнула Исана. Она задумалась о подходящей фразе, чтобы выразить все чувства от этой ситуации, и остановилась на «О, кровавые вороны».
Затем она собралась, потянулась за поясом Арии, и вытащила аккуратный дуэльный меч из ножен.
Она повернулась лицом навстречу шести вордовским воинам, несколько раз взвесив меч в правой руке, проверяя его вес и баланс.
Потом она протянула левую руку к бассейну с водой и сузила глаза.
Жидкость объемом с ванную резко отделилась от воды и собралась у ее левой руки.
Исана сконцентрировалась на ней на несколько секунд, и вода сформировала круглый диск толщиной в несколько сантиметров, лежащий на ее левом предплечье.
Диск начал двигаться и переливаться, как поток воды, все быстрее и быстрее.
Вращающийся диск странным образом облепил верхнюю половину ее тела, но Исана смогла сделать несколько шагов и стать между вордами и выжившими после нападения в улье, меч и импровизированный щит в руках.
Один из воинов заметил ее и бросился на нее с неприятным шипением, как выкипающий чайник. Исана увидела как серповидные конечности богомола устремились к ее голове, и подняла руку, чтобы задействовать водяной щит.
Бритвенно-острые орудия легко проткнули воду — и были так неистово отброшены влево от Исаны, что богомола протянуло несколько шагов в том же направлении.
Исана взмахнула длинным, узким дуэльным клинком в почти вертикальном разрезе, и бритвенно-острая сталь впилась в одну из ног богомола, открывая рану более тридцати сантиметров длиной.
Ворд издал резкий свист и отпрянул.
Еще три богомола повернули свои головы к Исане и поспешно двинулись вперед. Исана поняла, что не сможет просто закрыться щитом от каждого из серпов — но она выбрала крайнего справа богомола, сделала шаг в его сторону, выигрывая секунду, в которую ее цель могла ее атаковать, но два других — нет.
И снова, она подняла переливающийся водяной щит, и снова руки-оружие богомола были жестко отброшены налево, толкая богомола за ними.
Создание налетело на своих соратников, мешая их атаке, и у Исаны было время дважды взмахнуть мечом, оставив еще две, очевидно, болезненные, но отнюдь не смертельные, раны.
Она отступила чтобы снова оказаться между вордами и ранеными, тяжело дыша, все ее тело сотрясала дрожь от страха.
Битвы не были ее сильной стороной. Где же Арарис?
Еще дважды она была атакована одинокими воинами-богомолами, и оба раза она отразила их нападения таким же образом, хотя на последней попытке у нее так сильно дрожали руки, что она чуть не уронила меч.
Ворды издавали свист и шипение, их тела начали качаться вверх и вниз в общем оживлении.
И так, двигаясь вместе, все шестеро расположились полукругом вокруг нее и начали медленно и уверенно приближаться.
Исана закатила глаза и сказала самой себе потрясенным тоном: «Ну, это уж слишком».
Ворды одновременно ринулись вперед.
Исана не смогла бы ответить, когда именно она решила сделать то, что сделала. Это просто случилось, само собой, будто она планировала и тренировала это неделями.
Снова она подняла вращающийся водяной щит горизонтально, но на этот раз она разделила переливающийся диск воды на части, как головку сыра.
