пишут на рукояти.
Макс молча взял уже почищенный меч и положил графу на колени. Тот некоторое время изучал покрытую рунами рукоять, потом вздохнул:
– Не могу прочесть. Я знаю шесть языков, и нигде не встречал такой письменности. Могу лишь предположить, что это очень древний, забытый язык. И это странно.
– Почему же? - заинтересовался Макс.
– Судя по форме меча, он был выкован примерно в эпоху Первого Мрака, то есть около тысячи лет назад, скорее всего, оружейниками Сассии. Но тогда почему такие руны? В Сассии в то время была принята буквенная письменность.
– Может, это магические знаки? - предположил Макс, - Например, какое-то заклинание?
– Может, - согласился граф.
– Извините, что перебиваю, - вмешался Роки, - Макс, когда ночуешь на открытом воздухе, держи под рукой чеснополох!
Вокруг костра клубилось несколько туманных фигур, сливаясь в один клубок и снова разлетаясь. Они вились друг вокруг друга, то взмывая высоко в ночное небо, то стелясь по земле. Призраки издавали жалобные стоны, от них исходил неприятный сырой холод. Макс, которому после перспективы быть съеденным трупоедами появление обычных привидений представлялось дружеским визитом, неторопливо потянул руку к мешку. Он достал кисет с вонючим порошком и уже сунул было туда руку, но граф сделал протестующий жест:
– Погоди! Слишком уж часто появляются призраки в последнее время!
– Если вы не заметили, в последнее время много всякого появилось, - ответил Макс.
– Но ведь призраки - это неупокоенные души людей. Откуда их столько?
– Кладбище рядом, падальщики тела отрыли, души обиделись, теперь возмущаются - пояснил Макс очевидную, по его мнению, вещь.
– Ах, пан Макс! - рассмеялся граф, - Совсем-то ты ничего не знаешь о душах! А ведь ты христианин, как и я. Через девять дней после кончины душа покидает бренный мир, и отправляется в чистилище. Оттуда - в ад, или в рай. Так что покойники на кладбище, так сказать, пусты. Их души уже не здесь. Случается, что душа остается в нашем мире, отсюда и привидения. Но это ведь единичные случаи! А тут прямо нашествие призраков!
– И что это значит?
– Не знаю. У меня только одно предположение: где-то находится большой могильник, в котором лежат тела невинно убитых тайно захороненных людей. И их души, из-за неправедного погребения, не могут покинуть землю, взывая о помощи.
– Что-то я не слышу призывов, - усомнился Макс, - И вообще: что вы предлагаете? Терпеть и наблюдать, как они будут здесь фланировать? От них же сырость! Мы можем простыть.
– А мы сейчас с ними поговорим! - пообещал граф и торжественным тоном обратился к молочно-белой туманной фигуре, зависшей прямо у Макса над головой:
– Что вам нужно, пан призрак? Или вы панна? Чем мы можем вам помочь?
Привидение, казалось, удивилось и, заложив крутой вираж вокруг костра, исчезло в темноте леса. Через некоторое время оно вернулось с подкреплением: теперь над головами Макса и графа гордо реяло несколько десятков расплывчатых силуэтов.
– Так чего вы все-таки хотите? - настаивал граф.
Призраки взмыли вверх над костром, к сияющему звездами небу. Покрутившись в загадочной вышине, они делегировали одного, самого прозрачного, который, зависнув в метрах в трех от земли, требовательно и громко заявил:
– Отдайте нам наши тела!
– Где они? - деловито уточнил граф.
– Отдайте тела! - настаивал призрак.
Эту фразу он упорно повторял еще несколько раз, в ответ на все попытки графа добиться конструктивного диалога.
– Да надоели они мне! - разозлился наконец Макс и швырнул в костер щепотку чеснополоха.
Издавая разочарованные стоны, призраки удалились. Вскоре к костру подошли Кшиштоф и Янош, чтобы сменить часовых. Макс расстелил на земле плащ, улегся на него, укрылся пледом из донного льна, под который тут же нырнул Роки, и моментально уснул. Ни падальщики, ни демоны, ни призраки не могли вызвать у него бессонницу.
Глава 50.
В полдень отряд подъехал к высоким резным воротам, по обе стороны которых высились две сторожевые башни. За ними был Староград - столица, к которой так долго стремились путники, преодолевая на своем пути препятствия, подвергаясь опасностям, сражаясь за свою жизнь. Макс опасался, что стража не пропустит их в город, потребует подорожную, например. Но все обошлось гладко: подорожные предъявил граф, представив всех остальных своими слугами.
Въехав в Староград, всадники двинулись по широкой мостовой.
– Где нам искать Желтого? - озадачилась Виктория, - Лев Исаакович, вы ничего такого не чувствуете?
– Ничего такого, а также другого, - расстроенно ответил Гольдштейн, - После отравления мой дар так и не вернулся.
– Тогда придется что-то предпринимать самим, - сказал Макс, - Только надо где-то остановиться.
– У меня, - заявил граф тоном, исключающим всяческие возражения, - В Каменном переулке.
По пути к дому графа Макс с интересом оглядывался по сторонам. Столица Славии была очень красива. Широкие мостовые из камней красноватого цвета, по обеим сторонам которых высились дворцы знати, многочисленные площади, тенистые сады, где под сенью деревьев прятались мраморные статуи - роскошь и богатство города поражали воображение.
– Каменный переулок, - объявил граф, - Добро пожаловать!
Макс удивился фантазии того, кто назвал эту широкую улицу переулком. Все дома здесь были построены из цветного камня и окружены садами. Дом графа располагался в самом центре Каменного переулка, к нему вела аккуратная дорожка, по обеим сторонам которой золотились осенней листвой высокие дубы. Дверь дома распахнулась, на каменное крыльцо выбежала пожилая женщина и с причитаниями бросилась к графу:
– Пан Штефан! Вот радость-то!
– Это моя нянюшка, Гражина, - обнял женщину граф.
– Что ж вы не написали, что приедете? Мы бы большой обед приготовили.
– Ничего, - улыбнулся граф, - Янош, займись!
Шустрый Янош соскочил с коня и исчез в доме. А оттуда уже спешили лакеи и горничные, радостно приветствуя своего хозяина. Подбежавший кучер занялся лошадьми, гости прошли в дом.
Столичная резиденция графа была меньше и скромнее, чем его замок в Нижнем, но и здесь все было устроено с блеском и большим комфортом. Расторопные лакеи отвели гостей в комнаты, чтобы те могли привести себя в порядок перед обедом. Гостевая комната Максу очень понравилась: она была уютной и светлой, а главное - посреди нее стояло большое фарфоровое корыто, которое двое лакеев сейчас наполняли теплой водой. В ожидании ванны Макс выпустил Роки из мешка, а сам присел на кровать, застеленную белым шелковым покрывалом, которое украшала великолепная вышивка. Пес тут же взгромоздился рядом.
– Нет уж, дорогой! Давай-ка мы тебя вымоем, иначе ты все здесь испачкаешь, - строго сказал
