- И вы можете присягнуть в этом? - спросил полковник Гарднер.
- Да, могу, - ответила молодая девушка.
После такого решительного утверждения не оставалось ни малейшего сомнения в виновности Тексара. А между тем Джемс Бербанк, его друзья и все находившиеся в зале могли заметить, что подсудимый ничуть не утратил своего обычного самоуверенного вида.
- Что вы можете возразить на это? - спросил Тексара председатель.
- А вот что, - ответил Тексар. - Я отнюдь не собираюсь обвинять мисс Алису Стэннард в лжесвидетельстве. Я не буду обвинять ее и в том, что она играет на руку моим врагам Бербанкам, когда под присягой свидетельствует, будто бы я являюсь виновником похищения, о котором я впервые услышал лишь после моего ареста. Я утверждаю только, что если она думает, будто на самом деле видела меня в одной из лодок в бухте Марино, то она ошибается.
- Допустим, что в этом отношении мисс Алиса действительно ошиблась, - возразил полковник Гарднер. - Но не может же она ошибаться, утверждая, что слышала голос Зермы, которая кричала: «На помощь! Это Тексар!»
- Ну, что ж, в таком случае ошиблась не мисс Стэннард, а Зерма, только и всего!
- Как? Неужели Зерма стала бы кричать «Тексар!», если бы не видела вас в момент похищения?
- Очевидно, поскольку меня не было в лодке и я даже не появлялся в бухте Марино.
- Это надо доказать.
- Доказывать - дело моих обвинителей, но я все-таки докажу, тем более что это совсем нетрудно.
- Как! Опять алиби? - спросил полковник Гарднер.
- Да, полковник, опять, - холодно ответил Тексар.
В публике послышались иронические возгласы и ропот недоверия по адресу подсудимого.
- Если вы оспариваете свидетельские показания, ссылаясь на алиби, - заметил полковник Гарднер, - приведите доказательства.
- Нет ничего легче, - ответил испанец. - Для этого мне достаточно задать вам один вопрос.
- Говорите.
- Полковник Гарднер, не вы ли командовали войсками федералистов при взятии Фернандины и форта Клинч?
- Да, я.
- В таком случае вы, конечно, помните, что в тот момент, когда железнодорожный состав, шедший в Сидар-Кейс, проходил по мосту, соединяющему остров Амилью с берегом, он был атакован канонеркой «Оттава»?
- Отлично помню.
- Последний вагон, оторвавшись от поезда, застрял на мосту. Отряд федералистов забрал в плен всех, кто находился в вагоне. Пленных продержали под арестом двое суток, а затем отпустили, переписав их имена и особые приметы.
- Все это мне известно, - согласился полковник Гарднер.
- Ну так вот, я был в числе пленных.
- Вы?
- Да, я.
Столь неожиданное заявление было встречено еще более неодобрительным ропотом.
- Пассажиры находились под арестом со второго по четвертое марта, - продолжал Тексар. - Нападение же на плантацию и похищение, в котором меня обвиняют, произошли в ночь на третье марта; следовательно, я не имел физической возможности участвовать в них. Стало быть, Алиса Стэннард не могла слышать, как Зерма кричала мое имя. Она не могла видеть меня на корме лодки в бухте Марино, потому что в то время я находился под арестом.
- Ложь! - вскричал Джемс Бербанк. - Этого не может быть!
- Я клянусь, что видела Тексара и узнала его, - подтвердила Алиса.
- Справьтесь по документам, - отрезал Тексар.
Полковник Гарднер приказал найти среди бумаг, переданных в Сент-Огастине коммодору Дюпону, документ, касающийся пленных, захваченных в день взятия Фернандины в поезде, следовавшем в Сидар-Кейс. Документ был принесен: имя Тексара действительно значилось в списке арестованных пассажиров; указаны были также и его особые приметы.
Итак, никаких сомнений не оставалось. Испанец не мог участвовать в похищении, и мисс Стэннард, очевидно, ошибалась, утверждая, что узнала его. Он не мог находиться в тот вечер в бухте Марино. Его отсутствие в Джэксонвилле в течение двух суток объяснялось также очень просто: в то время он сидел под арестом на одном из судов эскадры федералистов.
Значит, и на этот раз неопровержимое алиби, подтвержденное к тому же официальным документом, снимало с Тексара всякое обвинение. Невольно возникал вопрос: уж не основывались ли и все прежние обвинения против него на столь же явной ошибке, как та, которую суду пришлось признать сегодня в связи с событиями в Кэмдлес-Бее и бухте Марино?
Джемс Бербанк, Джилберт, Алиса и Марс были глубоко удручены таким исходом дела. Тексар снова ускользал от них, а с ним и всякая надежда узнать что-либо о судьбе похищенных Ди и Зермы.
Подсудимому удалось доказать свое алиби, и он мог не сомневаться в оправдательном приговоре. Обвинения в грабеже и похищении с Тексара были сняты. Он вышел из зала суда с гордо поднятой головою, друзья приветствовали его громкими криками «ура!».
Тем же вечером испанец покинул Сент-Огастин, и никто не мог сказать, в какой части Флориды скрылся этот авантюрист, чтобы продолжать вести свои таинственные и темные дела.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ Последние слова умирающего
В тот же день, 17 марта, Джемс и Джилберт Бербанк, Стэннард с дочерью и муж Зермы вернулись домой на плантацию.
Невозможно было скрыть правду от миссис Бербанк, хотя в том состоянии крайней слабости, в котором находилась несчастная женщина, этот новый удар мог оказаться для нее роковым.
Последняя попытка выяснить, какая участь постигла малютку, не увенчалась успехом. Тексар отказался отвечать. Разве можно было его принудить к этому, если он утверждал, что к похищению никакого отношения не имеет? Более того: столь же необъяснимым образом, как и прежде, он сумел доказать, что не мог находиться в бухте Марино в момент совершения преступления. С него было снято предъявленное ему обвинение, и теперь уже, конечно, нельзя было заставить его признаться, где он скрывает похищенных, пообещав за это избавить от наказания.
- Но если не Тексар, так кто же мог совершить это преступление? - твердил Джилберт.
- Это могли сделать его подручные, - заметил Стэннард. - Они действовали, возможно, с его ведома, но без его непосредственного участия.
- Другое объяснение трудно найти, - согласился Эдвард Кэррол.
- Нет, отец, это не так! Это не так, мистер Кэррол! - настойчиво твердила Алиса. - Тексар находился в лодке, увозившей нашу маленькую Ди, я его видела, узнала его, я ясно слышала, как Зерма кричала: «Это Тексар! Тексар!» Я его видела... видела...
Что можно было ответить на такое категорическое утверждение? Алиса продолжала уверять, что не могла ошибиться; она утверждала это теперь дома, как уже показала под присягой на суде. Но как согласовать подобное утверждение с тем фактом, что Тексар находился в Фернандине среди пленников, доставленных на одну из канонерок коммодора Дюпона как раз в то время, когда совершалось похищение в бухте Марино?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
