танк, он принял парад республиканских войск и обратился с горячей речью к многотысячной толпе.
По словам Муссолини, мало какое из его прежних выступлений встречало такой искренний восторг, как в тот день. Давно уже отвыкший от спонтанных выступлений, он был немало вдохновлен своим «успехом» в Милане. Простые итальянцы всегда были за него, с удовольствием рассказывал дуче своему окружению после возвращения из Милана, рабочие и крестьяне – вот будущая основа фашизма. Они настоящие патриоты, их не купить на деньги интернационального по своей сути капитала.
Муссолини был доволен своей поездкой, но во всем этом было что-то апокалиптическое. Приближался финал войны, и диктатор цеплялся за любую надежду, чтобы не ужаснуться все более отчетливо проступающей перспективе. В январе 1945 года началось грандиозное наступление советских войск, взломавших германскую оборону в Польше, а западные союзники возобновили свое продвижение к Рейну. В марте разгром группировки вермахта в Руре и провал немецкого контрудара в Венгрии подвели черту – возможности Германии к дальнейшему сопротивлению были практически исчерпаны.
Генералу Генриху фон Фитингхофу, сменившему на посту главнокомандующего в Италии отозванного на Западный фронт фельдмаршала Кессельринга, досталось тяжелое наследство. Оставшийся из-за нехватки топлива, полного господства в воздухе авиации противника и наступившего коллапса германской военной промышленности без каких-либо мобильных резервов Итальянский фронт был обречен рухнуть после первого же прорыва союзников.
Понимание неизбежности надвигающейся катастрофы заставило немецких военных и эсэсовцев начать тайные переговоры с западными союзниками. Они надеялись сохранить свои армии в Италии, чтобы затем перебросить их на Восточный фронт и остановить дальнейшее продвижение советских войск в Германию.
Сложная паутина интриг, сплетавших в единую сеть представителей вермахта, СС и политического руководства в Берлине, не является темой этой книги, но не затронуть ее нельзя.
Швейцарские власти и Ватикан, по понятным причинам одинаково не желавшие превращения Северной Италии в поле боя, стали посредниками между высокопоставленными офицерами СС и американцами из Управления стратегических служб – организации внешней разведки США. К этому времени западные союзники уже не раз сталкивались с попытками немцев (как нацистов, так и их противников) завязать переговоры, но каждый раз они получали один и тот же ответ – с нацистским правительством или без него Германию ожидает лишь безоговорочная капитуляция. Тем не менее на этот раз предложение немцев было слишком заманчивым, чтобы отвергать его с порога. Прибывший в марте 1945 года в Цюрих эсэсовский генерал Карл Вольф гарантировал, что вся группировка вермахта в Италии сложит оружие.
Гитлер и Гиммлер знали о налаживаемых в Швейцарии контактах, но расценивали их совершенно по-другому. Гитлер полагал, что генерал зондирует почву в интересах всего Третьего рейха – он все еще надеялся на раскол в коалиции врага и перемирие с США и Британской империей. А вот Гиммлер, всерьез рассчитывавший на то, чтобы стать преемником фюрера, был крайне недоволен действиями своего подчиненного. Рейхсфюрер СС давно уже пытался добиться негласного соглашения с западными союзниками и потому рассматривал «сепаратные» переговоры Вольфа как помеху своим планам.
Убедившись, что Вольф действительно пользуется влиянием на немецкое военное командование в Италии, союзники рискнули продолжить «игру». Разумеется, в Лондоне и Вашингтоне и не думали предоставлять немцам возможность для переброски куда бы то ни было нескольких армий и не собирались вступать ни в какие политические переговоры. Союзников интересовала лишь перспектива быстрой капитуляции армий Фитингхофа, открывавшей для них путь на Балканы и в Центральную Европу.
Муссолини ничего не знал о происходящих в Швейцарии событиях. Присущая дуче подозрительность заставляла его выражать свои опасения насчет возможной капитуляции немцев, но участвовавший в установлении контактов с союзниками немецкий посол Рудольф Ран неизменно заверял итальянского диктатора в том, что Германия никогда не оставит Социальную республику.
На самом деле немцы все же предприняли попытку спасти если не фашистский режим, то хотя бы его главу. Они убеждали союзников в положительной роли, которую дуче мог еще сыграть в послевоенной Италии. Однако представители американцев и англичан не пожелали обсуждать политическое будущее Муссолини, отчетливо дав понять, что не видят для дуче и его сторонников иных перспектив, кроме полной сдачи на милость победителей.
Немцы в свою очередь не знали о том, что в это время Муссолини тоже попытался перебросить мостик к западным союзникам. В марте 1945 года его сын Витторио, исполнявший обязанности секретаря дуче, передал миланскому кардиналу Альфредо Шустеру предложения главы Социальной республики. Муссолини обещал сформировать коалиционное правительство и предлагал закончить гражданскую войну перемирием и амнистией. Он выражал надежду, что американцы и англичане поддержат борьбу Италии и Германии с Красной армией, уже покорившей Балканы и вступившей в Центральную Европу.
Пройдет совсем немного времени, и в страхе перед военной мощью СССР союзники будут всерьез рассматривать возможность заново вооружить миллионы пленных солдат капитулировавшей Германии, но уцелеть до этого изменения настроений в руководстве западных держав фашистский режим не имел ни малейшего шанса. Протянутая дуче рука повисла в воздухе.
Между тем переговоры в Швейцарии оказались надолго прерванными из-за перевода Кессельринга на Западный фронт и интриг Гиммлера, отозвавшего Вольфа в Берлин. Не сумев убедить Фитингхофа капитулировать в Италии безо всяких обязательств, союзники заручились обещанием немцев не применять тактику выжженной земли и фактически занять нейтралитет в гражданской войне между фашистами и их противниками.
В то же время, планируя развернуть в апреле масштабную наступательную операцию, англо-американское командование в Италии согласовало свои действия с итальянским Сопротивлением, готовящимся к масштабной атаке на Социальную республику. Впрочем, соглашение о совместных действиях с партизанами ничуть не помешало союзникам продолжать наносить воздушные удары по итальянским городам, сотнями убивая мирных жителей, многие из которых с радостью ожидали прихода британских или американских войск. Свою лепту в успех предстоящей операции внес и Гитлер, в очередной раз запретивший немецким войскам заблаговременный отход на удобные для обороны позиции. Поэтому, когда в 9 апреля 1945 года британские и польские пехотинцы открыли начало битвы, все козыри были в руках у союзных армий.
Как и всегда, немцы защищались очень упорно, но предотвратить поражение уже было нельзя. Вместо того чтобы встретить противника укрывшись за По, немецкие и итальянские солдаты перебирались через реку вплавь, оставляя тяжелое вооружение на берегу. Значительная часть итало-германских войск оказалась в окружении и сложила оружие. К середине апреля стало понятно, что для Социальной республики пробил последний час – ее территория стремительно уменьшалась с каждым днем. На этот раз Муссолини почувствовал значение произошедших на фронте событий, хотя и не предполагал, что до капитуляции немецких войск оставалось меньше двух недель.
Дуче колебался. Одни его соратники хотели
