И вроде бы все складывалось нормально, разведчики докладывали, что кочевники начинают потихоньку обживаться на новом месте, поэтому Ренард решил ослабить пограничные посты, так как рабочих рук катастрофически не хватало. Но через полгода недобитки решились на месть. Прорвав кольцо постов, около десяти тысяч аллинцев устремились в степь, грабя и сжигая немногочисленные альтарские поселения. Не знаю, на что они надеялись, нападая на горцев. Ведь наверняка понимали, что им не удастся не то, что отбить земли, которые они привыкли считать своими, но даже банально выжить. Наверняка на такой шаг их погнал голод, так как земледелием, по примеру своих оседлых сородичей, они упрямо не желали заниматься, а большую часть их стад при выселении оставили себе альтары. В общем, как только земля немного подсохла, армия кочевников напала на степь.
Они не смогли далеко пройти, так как при выселении лишились всех своих коней, поэтому даже не достигли возводимых городов и рудных разработок. Да и вообще, если разобраться, в самом начале наступления им сильно повезло. Посты пограничников не смогли сдержать такую армаду, хотя немного ее уменьшили, а в поселках альтаров, расположенных на юге, совсем не оказалось магов. Все они в тот момент либо проходили обучение в Школах, расположенных в крупных городах, либо были отправлены в Мардинан для усиления его армии. Ну а все поселки, которые кочевникам удалось захватить, находились недалеко от границы, поэтому их жители просто не успели отступить.
Ренард быстро организовал сопротивление. Хотя, какое там сопротивление… Он просто поднял по тревоге всех магов, собрал армию и кинулся на перехват. Но всего одна его ошибка (или же ошибка его советников — кто теперь разберет?) привела к большой трагедии. Решив дать степнякам увлечься нападением на один из поселков, чтобы в результате легко их окружить, он приказал его жителям остаться и держать оборону. Понадеявшись на крепкие стены и воинское мастерство поселян, Ренард рассчитывал, что успеет к ним на помощь. Но данные разведки оказались неточными, и армии альтаров не хватило всего нескольких часов, а за это время кочевники с огромными потерями захватили поселение и разорили его.
Однако нет худа без добра — подоспевшие на помощь маги и воины быстро окружили буйствующих в селении захватчиков и организованно их уничтожили, не дав никому улизнуть. Ренард не стал ни с кем церемониться и приказал добыть лишь нескольких пленных, чтобы узнать места расположения их стойбищ. Оставшиеся в живых кочевники вскоре сделались разговорчивыми и сообщили вождю все, что его интересовало, поэтому мой брат повел свое войско дальше на юг. А вскоре наступил трагический финал жизни аллинцев как отдельного народа. Все дело в том, что в уничтоженном селении обнаружилось больше трех сотен мертвых альтаров, в основном, женщин и детей. Не все они были убиты в бою, некоторым не повезло уцелеть после захвата, и кочевники над ними вволю поиздевались, не сдерживая свою извращенную фантазию и мстя за потери. Истерзанные детские тела производили страшное впечатление даже на воинов, повидавших всякое, а то, что аллинцы делали с захваченными женщинами…
В общем, после этого участь степняков была решена окончательно. Почти месяц потребовался Ренарду, чтобы пройтись со своим войском по южным землям и вырезать все стойбища степняков. Никого жалеть он не стал и приказал убивать всех, даже женщин, и детей, ведь повторения пройденного не хотел, а потомки уничтоженных кочевников вскоре бы выросли и наверняка взялись бы за старое. Огненный вал двигался по югу, стирая с лица континента народ аллинцев и оставляя после себя только разрушенные стойбища.
В этой войне альтары потеряли около полутысячи человек, в основном, тех, кто находился в поселках, стоявших на пути кочевников и воинов пограничных отрядов, принявших на себя первый удар. А вот аллинцев никто и не думал считать. Виран, которому довелось поучаствовать в их истреблении, рассказывал, что сами нападения на поселения степняков были молниеносными, намного дольше приходилось закапывать мертвые тела. Даже при помощи магов работа иногда продолжалась не один час.
Вот так и получилось, что в тот момент, когда меня только-только начинала одолевать хандра в королевском дворце Дара, Ренард здесь «развлекался» по-крупному, гоняясь за кочевниками. Поначалу они были резвыми, и даже пытались сопротивляться, но потом начали просто убегать, лишь только завидев армию альтаров. Конечно, многих беглецов убивали, но всех кочевников уничтожить так и не смогли. Просто сил не хватило оцепить всю эту территорию и потом прижать уцелевших к океану. Прочесав близлежащую местность частой гребенкой и ликвидировав последние очаги сопротивления, Ренард не стал вылавливать всю мелочь и приказал возвращаться, давая возможность всем уцелевшим время хоть как-то объединиться, чтобы потом не нужно было долго их искать.
С того момента на юг постоянно направлялись разведчики с заданием найти новые поселения кочевников и оценить их численность. Поинтересовавшись успехами, я узнал, что за месяц, минувший после бойни, остаткам аллинцев удалось собраться лишь в пяти уже известных альтарам местах. А горцы не посылают к ним войска только потому, что выжидают, пока к ним постепенно подтянутся остальные выжившие, чтобы прихлопнуть всех одним махом. Еличка и Виран были направлены сюда как раз за тем, чтобы оценить, стоит ли ждать дальше, или уже нужно вызывать отряды карателей. Всего кочевников на юге осталось немного, едва ли пара тысяч человек. Но и они могли в будущем превратиться в угрозу для поселений альтаров, поэтому эти корешки все равно нужно было вырвать.
После рассказа о печальных событиях на поляне наступила напряженная тишина. Я задумался, а разведчики не рисковали отвлечь меня от весьма невеселых мыслей и молча сидели рядом. А я в этот момент размышлял о том, что если бы не мое сопливое человеколюбие, то сейчас полтысячи альтаров остались бы живы. Так ведь нет — вместо того, чтобы отдать приказ о полном истреблении кочевников, я посоветовал выселить тех, кто не будет сопротивляться. Вот и получил закономерный итог. Теперь понятно, почему Ренард не стал мне ничего сообщать. Он-то знал, что я возьму на себя вину за гибель стольких представителей моего народа, и пытался уберечь от душевных терзаний. А ведь альтары — это мой народ, как ни крути, так же как и гномы с эльфами.
В общем, только случайность позволила мне узнать об этой трагедии, произошедшей в результате моей ошибки. Демоны меня задери, да если бы не мое мышление цивилизованного человека, воспитанного земной культурой, этого не произошло бы! Ведь мои братья при обсуждении результатов войны настойчиво предлагали мне решить проблему кочевников радикально, но я подумал о том, что убивать сотни невинных женщин и детей будет крайне жестоко, и предложил альтернативу. Как теперь выяснилось, зря. Я не учел психологию аллинцев, не учел их мировоззрение, которое оказалось весьма устойчивым, а за мою ошибку тем, кто считал меня своим Повелителем, пришлось расплачиваться своими жизнями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
