class="p1">Теперь, как только появлялась возможность, Иван Майоров входил в Интернет и нервничал – что нового написал журналист Бойцов? А тот обновлял свой блог регулярно. И во лжи его не обвинишь. Бойцов опирался на правдивые факты, но акценты расставлял так, что вывод напрашивался сам собой: в Следственном комитете работают тупые садисты, готовые посадить любого ради галочки в отчете об успешной борьбе с преступностью.
Прочитав последнюю публикацию Бойцова, раздосадованный Майоров выскочил в коридор. Валеева рядом не было, а выплеснуть возмущение нужно было немедленно.
К своему удивлению Ваня столкнулся с Галей Нестеровой. Любимая девушка вспыхнула от радости, взяла его под руку и нежно заглянула ему в глаза:
– А я тебя ищу.
– Ты что здесь делаешь? – застыл в недоумении Майоров.
– Сюрприз, – мило улыбнулась Галя, растягивая слоги.
– Какой еще сюрприз?
– Я! Ты чего? Я думала, ты обрадуешься.
– Я жутко обрадовался, – согласился Ваня, но его лицо по-прежнему оставалось каменным.
Посвящать подругу в служебные проблемы ему не хотелось. Если Галя узнает, что ему грозит увольнение – ее хватит удар. Они же решили пожениться, когда Ване присвоят капитанское звание. Эх, он не только майором, даже капитаном не станет!
– Надо было документы из нашего УВД в Следственный комитет передать, и я вызвалась, – объяснила Галя.
Майоров промолчал. Доставлять документы из одного ведомства в другое как правило поручали оперативникам, но бывало, что это делали и другие сотрудники. Специальные курьеры для этих целей предусмотрены не были.
Галина прильнула к Ваниному боку большой мягкой грудью и шепнула:
– Чего ты надулся? Я хотела тебя увидеть.
Ваня почувствовал прилив нежного тепла. Но ему не давала покоя последняя публикация Бойцова. Что происходит? Кто в этом виноват?
– Ты же знаешь, у меня дела, – оправдывался Ваня, высвобождая руку.
– Никак не можете найти вымогателя? – Галя знала о трагедии с заложницей.
Майоров покачал головой:
– Не в этом дело.
– А в чем?
– Галчонок, мне надо бежать. Вечером увидимся.
– Береги себя!
Галя Нестерова вскинула руку, глядя вслед быстро спускавшемуся по лестнице Майорову.
Ваня понял, с кем можно поделиться неприятной новостью. И посоветоваться. Этот человек что-нибудь придумает. Недаром его зовут Головастик.
Вбежав в лабораторию, Майоров бесцеремонно отодвинул Мишу от компьютера, вошел в Интернет и показал ему блог Бойцова:
– Ты только посмотри! Опять Бойцов!
– Поосторожнее, у меня приборы, – забеспокоился Устинов.
Ваня торопливо зачитывал:
– «Следственный комитет продолжает арестовывать невиновных. Пытаясь скрыть свои “топорные” действия, которые привели к гибели студентки-заложницы, сотрудники правоохранительных органов пошли по самому легкому пути и задерживают одного ее знакомого за другим. На этот раз схватили девушку, единственная вина которой – скромность. Она не захотела потерять честь даже ради алиби». – Майоров перевел дух и с возмущением указал на монитор: – Каково?! Бойцов узнает наши тайны мгновенно! Только что разобрались с Закировой – и вот! Как такое может быть?
– А у тебя какие мысли?
– Начистоту?
– Странное предупреждение.
– Тогда слушай. Экспертизу с майкой и цветами делали вы?
– Как и все остальные.
– Ты уверен, что твоя Маша Луганцева не причастна к сливу информации?
– Да что вы все на нее накинулись? – возмутился Головастик.
– Она была здесь. Так? Опять же, Харченко предупреждал…
– А может это твоя Галя? Она здесь бывает? Когда ты разговаривал с ней последний раз?
– Ну… – замялся Майоров.
Ему стало неловко за неосторожно вырвавшееся обвинение.
– Мальчики, не ссорьтесь! – подала голос Светлана Маслова, увлеченная своей работой.
– Я не ссориться пришел, – кивнул Ваня. – Мы должны разобраться. Иначе все будут подозревать всех.
– Заметь, ты первый начал, – напомнил Устинов.
– Да потому что меня этого первого коснулось!
– Сейчас речь не только о тебе, а и обо всем Следственном комитете.
– Я об этом и толкую. Миша, прощупай контакты борзописца Бойцова. Может кто-то из наших ему пишет или звонит?
– Уже делаю. Каждую свободную минуту. Но их у меня мало, да еще и ты отвлекаешь, – ответил Головастик.
– Хорошо, не буду, – пообещал Ваня.
– Я больше других заинтересован в том, чтобы снять обвинение с Маши. А ты пока успокойся, Майоров. Возьми шоколадку – и для мозгов полезно, и настроение поднимает.
Ваня последовал совету эксперта, налил себе чаю и сунул в рот шоколад. Приятная сладость немного успокоила его. Оперативник обратил внимание на сосредоточенную Маслову. Светлана сидела за компьютером, просматривая старые файлы, с которыми работала до ухода в декрет.
Время от времени она ворчала себе под нос:
– «Билдинг-трест»… Ничего не помню.
– Петелина говорит, что у Астаховской феноменальная память, – вспомнил Ваня.
– Верно! Она же работает в архиве. А ты сообразительный, – похвалила оперативника Маслова.
Ваня покосился на шоколад, облизнул испачканные губы:
– Помогает, однако.
40
Марат Валеев вернулся в Следственный комитет с Киевского вокзала, где показал фотографию Айшет Закировой продавцам киосков, патрульным полицейским и уборщицам. Никто на вокзале девушку не запомнил, камеры наблюдения ее тоже не зафиксировали. Еще один кирпичик в защитную стену ее невиновности. Похоже, Валерия Богданова исчезла без участия соседки. Придется придерживаться этой версии, пока не доказано обратное. Значит, снова тупик.
Марат вызвал напарника по телефону, пока поднимался по лестнице. Майоров встретил его в коридоре третьего этажа.
– Ваня, мы идем к Петелиной. Надо что-то решать, – быстро проговорил Валеев, не сбавляя шага. – Что это у тебя?
– Шоколад, – пожал плечами Иван. Он купил в буфете две шоколадные плитки и объяснил: – Одна Головастику, а то уже неудобно, другая – нам. Ты знаешь, что настоящий шоколад стимулирует работу мозга?
– Еще немного, и ты перейдешь на какао.
– Да ни в жизнь! – проворчал Ваня.
Марат открыл дверь в кабинет следователя. Оттуда попятился возмущенный Грищук.
– Вашей отставкой, Петелина, я не ограничусь! Это не расследование, а череда грубейших ошибок. Дожили – комитет клеймят даже в блогах! Я буду настаивать на комплексном внутреннем расследовании и проверке всех сотрудников! – Он обернулся. Пылающий взор натолкнулся на оперативников. Грищук пригрозил им пальцем: – Всех проверим, каждого!
Валеев и Майоров расступились. Подполковник одернул пиджак и заметил в руке Ивана шоколад.
– Развели бардак! Преступники на свободе, а офицеры целый день чаи гоняют! Никто не уйдет от ответственности. – Грищук сверкнул глазами и ткнул пальцем в грудь Майорова: – Так и знайте!
– Это для мозга, – попытался оправдаться Ваня, демонстрируя надпись на шоколадной плитке: – семьдесят процентов какао, как вы и советовали.
– Мозги надо было с детства тренировать. Вам уже поздно.
Грищук бросил еще один яростный взгляд на Петелину и удалился в оперативный офис.
Майоров злобно прошипел под нос:
– Как он меня достал! Сколько мы будем его терпеть?
– А что с ним делать? – сказал Марат. – Завалить?
– Твои бы слова, да Богу в уши.
Оперативники
