Но хранители Будды все же усомнились.
– Несколько дней тому назад, – сказал один из них, – Гуаньинь сообщила Будде Татагате, что ваш путь туда и обратно должен занять всего лишь восемь дней. Тогда и завершится сокровенное число, предопределенное судьбой. Ныне уже прошло более четырех дней. Боюсь, что Чжу Ба-цзе, падкий до еды и алчный до богатства и знатности, нарушит срок, и мы опоздаем.
Чжу Ба-цзе засмеялся.
– Мой наставник уже стал Буддой, и я тоже надеюсь стать им, – сказал он. – Зачем же вы подозреваете меня в алчности и честолюбии? Так могут говорить весьма нахальные люди! Ждите меня здесь, я отнесу священные книги и сейчас же вернусь, чтобы отправиться обратно вместе с вами.
С этими словами Чжу Ба-цзе поднял коромысло, Ша-сэн взял поводья, Сунь У-кун повел праведного монаха, и все они сошли на землю у самой башни.
Император Тай-цзун и вся его свита, увидев Сюань-цзана, поспешно сошли с вышки и встретили его у входа.
– Поздравляю тебя с возвращением, мой меньшой брат! – воскликнул Танский император, выступив вперед.
Сюань-цзан сразу же повалился ему в ноги и начал кланяться. Тай-цзун поднял его и спросил:
– А кто эти трое?
– Это – мои ученики, которые сопровождали меня в пути, – ответил Танский монах.
Император Тай-цзун очень обрадовался и приказал своим придворным:
– Приготовьте мне колесницу и оседлайте коня! Предложите моему младшему брату, праведному монаху, сесть верхом и отправиться со мною вместе во дворец!
Танский монах поблагодарил государя за милость и сел верхом на его коня. Великий Мудрец Сунь У-кун, следуя за конем, стал вращать колесом свой железный посох с золотыми ободками, а Чжу Ба-цзе и Ша-сэн повели коня, навьюченного священными книгами, и понесли коромысла с поклажей. Так все вместе, следуя за царским поездом, они вступили в столицу Чанъань.
Вот какие стихи сложены в честь этого события:
В тот дальний год счастливого правленьяБыл во дворце великолепный пир,Царил в стране порядок безмятежный,Царил в сердцах ненарушимый мир.И все, кто собрались на этот праздник –Гражданские, военные чины –Осанкой величавой поражали,И мудрости и доблести полны.Тем временем в священных облаченьях,Сойдясь толпою возле входа в храм,Монахи на площадке для молебствийМолились всемогущим небесам.А в изукрашенном дворцовом зале,Что полон колокольцев золотых,Слал император подданного к БуддеЗа полным сводом книг его святых.И грамоту дорожную, чей свитокБыл алыми печатями скреплен,Монаху царства Танов Сюань-цзануПожаловал собственноручно он.В пяти строках той грамоты дорожнойИзложена была и цель и суть.За книгами священными на западОтправлен был монах в далекий путь.С тех пор, терпя жестокие лишенья,Изведав и страдания и страх, –Повсюду злобных мар уничтожая,В заветный край с друзьями шел монах.И вот, свершив свой подвиг небывалый,На радость всем, сегодня поутру,Они вернулись в светлую столицу,Явились к государеву двору.
Продолжая следовать за царским поездом, Танский наставник и его путники прибыли во дворец. Во всем городе не было ни одного жителя, который не знал бы о прибытии праведника со священными книгами.
Монахи разного сана и звания из монастыря Великое счастье, того самого, в котором долгое время пребывал в прошлом Танский наставник Сюань-цзан, когда находился в Чанъани, заметили, что макушки нескольких больших сосен одна задругой начали поворачиваться к востоку. Испуганные и изумленные, они говорили друг другу:
– Вот чудеса! Ну и чудеса! С чего же это макушки этих сосен вдруг повернулись? Ведь ночью, кажется, вовсе не было ветра!
Среди монахов находился один из прежних учеников Сюань-цзана, который сразу же сообразил, в чем дело.
– Живо несите сюда парадные одежды! – велел он послушникам. – Прибыл мой наставник со священными книгами.
Монахи обступили его со всех сторон и стали допытываться:
– Откуда ты знаешь? – спрашивали они.
– В том году, когда наставник отправлялся в свое далекое путешествие, он сказал так: «Пройдет три года, а то и пять лет, может быть даже шесть или семь лет, после того, как я покину вас, но вы поглядывайте на вершины этих сосен и, если увидите, что они повернулись к востоку, знайте, что я вернулся». Уста моего наставника, как уста Будды, изрекают только вещие слова. Вот почему я и знаю, что он вернулся.
Монахи поспешно облачились в парадные одежды и вышли.
Когда они подходили к западной части города, им уже передали радостную весть.
– Только что прибыл тот, кто ходил за священными книгами, – говорили люди. – Государь наш, десять тысяч лет ему здравствовать, встретил его и повез к себе во дворец!
От этих слов монахи еще больше разволновались и побежали со всех ног. Им все же удалось встретить наставника, но, завидев царский поезд, они не посмели приблизиться к Сюань-цзану и, примкнув к шествию в самом хвосте, сопровождали его до дворцовых ворот. Танский наставник слез с коня и вместе со всеми вошел в императорский двор. У яшмовых ступеней, ведущих в дворцовую палату, он остановился вместе с Сунь У-куном, Чжу Ба-цзе и Ша-сэном. Ша-сэн подвел коня-дракона, священные кни ги сложили у самого входа. Император Тай-цзун передал повеление Танскому монаху явиться к трону, как полагается младшему брату императора, и пожаловал ему право сидеть в своем присутствии. Вновь поблагодарив за оказанную милость, Танский наставник уселся и велел внести священные книги. Ученики его стали доставать книги из узлов и передавать придворным служителям, которые подносили их государю.
– Сколько же всего священных книг ты принес? – спросил государь. – Расскажи, как тебе удалось их достать?
– По прибытии к чудесной горе Линшань, – начал Танский наставник, – я, твой покорный слуга и смиренный монах, удостоился лицезреть самого Будду. Он велел своим двум досточтимым ученикам, Ананде и Кашьяпе прежде всего угостить нас трапезой в Жемчужном тереме. После этого нас повели в Драгоценную палату и передали нам книги. Досточтимые ученики Будды потребовали у нас дары, но у нас ничего не было. Поблагодарив Будду за его милость, мы двинулись в обратный путь. Вдруг налетел злой вихрь и вырвал у нас все книги. К счастью, мои спутники-ученики кое-что смыслят в магии. Они пустились вдогонку за книгами и нашли их разбросанными и растрепанными. К тому же оказалось, что в них нет ни одного письменного знака и все они состоят из одних чистых листов бумаги. Мы ужаснулись и вновь отправились на поклон к Будде. Мы пожаловались ему и умоляли его помочь беде. Будда сказал: «Когда были написаны священные книги, некий премудрый монах-бикшу снес их с горы вниз, в страну Шравасти, прочел старейшине Чжао, после чего всем живым в его роду было даровано спокойствие и благополучие, а мертвым – освобождение от перерождения. За все это монах-бикшу потребовал всего лишь три доу и три шэна золота в крупицах. Однако мне, – сказал Будда, – показалось, что монах продешевил и что детям его и внукам не хватит денег». Тогда мы поняли, что Будде было известно о том, что его досточтимые ученики потребовали у нас дары, и нам пришлось преподнести им патру из червонного золота, которую ты, государь, соизволил пожаловать мне. Только после этого мы получили настоящие священные книги с письменами. Этих книг всего тридцать пять. От каждой из них было отобрано по нескольку тетрадей, всего пять тысяч сорок восемь тетрадей. Это число соответствует одному из трех сводов священных книг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
